Всё это произошло буквально за пару секунд. Я только и успела, что прижаться к стволу, сжаться в комочек, насколько позволял мешок, и всхлипнуть:
— За что?
От этого движения боль вновь полоснула по руке, и я вспомнила про щепку. Выдернув её, подавив очередной вскрик боли, я зажала ранку другой рукой и вновь взглянула на тех, кто недавно стали мне почти друзьями, а сейчас смотрели, как на врага.
— Да что здесь, чёрт возьми, происходит? — воскликнул кто-то.
— Он не мракобес, — уронил капитан. — А ты, Грэдир, после возвращения, отправишься под арест за нападение на гражданского.
— Но он же мраком управлял! — баюкая обожжённую руку, возмутился Грэдир. Мой сосед встал и, тяжело вздохнув, подошёл к нему и стал рассматривать рану.
— Мракобесы — маги, как и боевики, ты это прекрасно знаешь.
— Но в нём же ни капли магии нет!
— Вот именно, — к говорившим, пошатываясь, подошёл лейтенант Азерк, тот самый блондин, что был заместителем капитана. Это он во время боя сел на землю, словно его ноги уже не держали. — В парнишке нет магии, любой из нас это видит, тем не менее, он управлял и мраком, и боевыми снарядами. Как такое возможно?
— Я не знаю, — покачал головой капитан. — Он из другого мира — может, там все такие?
— Мне странно, что он дожидался, пока его едва не убьют, прежде чем уничтожить врагов. Почему не сразу? — продолжал недоумевать лейтенант.
— Кажется, я знаю, — раздался ещё один голос. Говорил тот из магов, кто тоже держал в руке огненный шар, но, в отличие от Грэдира, кидать его в меня не спешил. Сейчас шара в его руке уже не было, и смотрел он на меня, в отличие от остальных, не подозрительно, а словно бы восхищённо. С чего вдруг?
— Знаешь? — раздалось сразу несколько удивлённых голосов.
— Мне в детстве бабушка сказку рассказывала, — начал маг. Кто-то насмешливо фыркнул, но капитан поднял руку, безмолвно веля весельчаку заткнуться, потом ободряюще кивнул говорившему, продолжай, мол. — В общем, там были такие существа, они сами магией не обладали, но если на них пытались магией воздействовать — они могли ею пользоваться.
— Зеркальщики, — кивнул лейтенант Азерк. — Я тоже о них слышал. Но это же миф. Легенда, не более. В нашем мире таких существ просто нет.
— В нашем мире, — повторил капитан. — А парнишка откуда?
— Но почему он тянул до последнего? — продолжал сомневаться лейтенант.
— Кажется, я знаю, — мой сосед, убравший обгоревший рукав Грэдира, что-то делал с его рукой. Судя по всему, что я прежде читала в фэнтези — лечил. — Я тоже слышал о зеркальщиках, и хотя сказки — не самый достоверный источник информации, но я помню, что магия должна быть направлена именно на них. А Оллон до последнего прикрывал нас щитом. И лишь когда потерял сознание — мрак стал угрожать Габриелю. Думаю, именно в тот момент он его и отзеркалил.
— А ты что скажешь, Габриель? — это уже ко мне вопрос от капитана. — Ты зеркальщик?
— Я не знал, что нас так называют, — в растерянности пожала плечами. Собственно, о том, что об этой особенности знает кто-то вне семьи, я тоже не подозревала. — Но в моей семье есть такая способность — отражать чужой дар, направленный во вред. Просто у нас это редко случается, только с парой моих родственников было, я и забыл об этом совсем.
— То есть, магия в вашем мире всё же есть? — уточнил капитан.
— Нет, только иногда у кого-нибудь дар появляется.
— Например? — заинтересовался врач, ну, я решила, что врач, прервав лечение руки психа Грэдира.
— Ну, один мой дядя может чувствовать, у кого что болит, а другой может прикосновением боль снимать. Но лечить они оба не могут. То есть, могут, но не с помощью дара, а знаниями и умением.
— А ещё? — спросил кто-то из толпы.
— Ещё? — я потихоньку расслаблялась и уже не жалась к бревну, села поудобнее. Хотя смотреть на окружающих снизу вверх было не очень удобно. — Ещё мой папа может находить золото по запаху на очень большом расстоянии. И ещё я знаю того, кто мысли читает, и ту, кто видит будущее. Но они мне не кровные, просто через брак родня.
— А у тебя весьма одарённая семейка, — капитан присел на корточки, видимо, заметил, что мне неудобно задирать голову.
— Ну… Это как сказать. Семья у меня очень большая, а дар есть только у некоторых. А у людей — ещё реже встречается, может, один одарённый на миллион.
— У людей? — уточнил Лорни.
— Я же говорил, что нечистокровный человек. И все одарённые родственники с отцовской стороны — с той, где оборотни.
— А с материнской?
— А там все — зеркальщики, — я пожала плечами. — Только я забыл об этом, говорю же, бесполезный дар, как зонтик в пустыне. Да и потом, я думал, что он тоже исчез.
— Тоже? — лейтенант присел рядом.
— У меня были ещё… способности. Они все исчезли, когда я сюда попал. Я думал, что стал обычным человеком, а оказалось — что-то всё же сохранилось.
— И какие же у тебя были способности? — снова капитан.
— Разные. Я был очень быстрым и сильным. Зрение было острее, слух, обоняние. И я был намного твёрже.
— Сильным — верю, — хмыкнул Лорни. — Теперь хотя бы понятно, как ты свой мешок тащить мог. Но что значит «твёрже»?
— Ну, шкура у меня была крепче. Чтобы пораниться, мне нужно было постараться. И уж точно какая-то щепка не смогла бы проткнуть мне кожу.
И я продемонстрировала окружающим свою раненую руку. Они с любопытством уставились на неё, потом, вопросительно, на меня. Опустив глаза, я с удивлением уставилась на свою окровавленную, но совершенно невредимую руку.
Глава 3. Совет магов. Часть 1
Глава 3
Совет магов
День второй
— Но твоя рука невредима, — пожал плечами Азерк. — Причём здесь щепка?
— Но я же поранился, — пробормотала я, рассматривая свою кисть. Потом огляделась и подняла с земли щепку, на полдюйма покрытую кровью — именно настолько она вонзилась в мою руку. — Неужели?.. — я не могла поверить в своё везение. — Регенерация тоже осталась?!
— Что? — переспросило сразу несколько голосов, а потом кто-то один недовольно буркнул: — Опять он на своём иномирном языке говорит.
— Исцеление, — пояснила я более понятным словом.
— Так ты ещё и исцеляешься? — ко мне придвинулся врач, тоже опустившись на корточки и слегка подвинув плечом капитана Лорни — тот никак на такое непочтительное обращение не отреагировал. — Покажи!
Рассмотрев со всех сторон и мою руку, и щепку, мужчина покачал головой.
— Доводилось мне сталкиваться прежде с исцелением, но чтобы рана исчезала так быстро и бесследно — не видел. Ни у эльфов, ни у оборотней, хотя до них людям далеко. Разве что, слышал, перевёртыши, войдя в зрелый возраст, становятся неуязвимыми, да вроде как драконы, но это уж вообще слухи — слишком закрытая раса. Габриель, и давно ты исцеляешься?
— Я таким родился, — пробормотала я, пытаясь осмыслить свалившееся на меня счастье — моя регенерация осталась со мной. Хвала всем богам и этого, и нашего мира! Я уже не настолько беззащитна, как считала ещё прошлым вечером. Конечно, лучше бы крылышки остались…
— О таком я вообще никогда не слышал, — врач оглянулся на окружающих. — А из вас кто-нибудь с подобным сталкивался? Может, слухи, легенды?
С таким не сталкивался никто. Ни в своём мире, ни в нашем. Правда, учитывая, что в нём никто не бывал уже несколько тысячелетий — не удивительно. Интересно, зеркальщики из их мифов — это Джон и его экипаж? Потому что в то время моей семьи на Земле ещё просто не существовало.
— Я должен срочно сообщить обо всём магистру Рандолфу, — капитан решительно поднялся.
— Но он выйдет на связь лишь вечером, — возразил ему Азерк.
— Он дал мне пару накопителей на всякий случай, чтобы я сам смог послать ему вызов, если понадобится. Думаю, сейчас как раз такой случай. А ты пошли кого-нибудь посмотреть, что осталось от мракобесов, и нет ли возможности узнать, что они вообще здесь делали.
