конечно. И тут, согласись, боевитая и решительная жена будет очень кстати...
— Но я думал, что девицы положили на него глаз, как на будущего судью...
— Одно другому не мешает, внучек, — назидательно изрёк Марк Тиберий. — Ещё ни одной жене не помешала высокая должность, которую может занять супруг. Карьера — это игра далеко не в одни ворота.
— Ого! Ты уже начал овладевать спортивной терминологией, — восхитился я.
— Секу помаленьку, — скромно улыбнулся Князь Драконьего Двора. — Хочу предложить Лиге свою кандидатуру на должность судьи от Благора.
Интересно: а кто будет судьёй от Сан-Инферно?.. — мысли мои понеслись вскачь. — Наверняка это кто-то из моих знакомых, — как любой культурный человек, я искренне порадовался за того, кому достанется эта почётная, хотя и хлопотная должность.
Как существо, имеющее в своём генофонде немалую толику драконьей ДНК, я тут же принялся подсчитывать потенциальные прибыли, которые может принести такое знакомство...
— Вернёмся к женитьбе, — решительно прервал мои приятные мысли Князь.
— К женитьбе?.. — я даже вздрогнул. Где-то я эти разговоры уже слыхал... — Но мне кажется, барон де Сигоньяк в состоянии сам принять такое ответственное решение.
Дракон на мгновение опустил веки. Его возраст, его опыт и очевидная мудрость были, можно сказать, картой этих век.
Морщины, лопнувшие сосуды, белые, как ледяные сосульки, ресницы...
— Почему ты меня всё время сбиваешь? — тихо, и как-то потерянно спросил дед и выпустил слабенький язычок пламени из одной ноздри. — Ведь я СПЕЦИАЛЬНО нашел тебя, чтобы обсудить этот животрепещущий вопрос. Давние договорённости, знаешь ли, никто не отменял.
— Ка... — мне пришлось сглотнуть, чтобы голос не дал позорного петуха. — Какие договорённости? — ой, не к добру это. Пятой точкой чую: не к добру...
— Я и твой прадед Золтар, в те давние времена, когда мы ещё были друзьями, заключили соглашение: потомок Аурики должен вернуться на Благор и жениться на драконице.
— Но... — я ещё раз сглотнул. — Ведь речь шла об их СЫНЕ, верно? И я вас прекрасно понимаю: как дедушка, вы хотели качать драконёнка на колене, рассказывать ему сказки и делать "козу"... Кто виноват, что вы разругались?
— В соглашении ясно сказано: ПОТОМОК, — суконным голосом повторил Тиберий Коммод. — А это значит — и ты тоже. В том числе.
Сюда бы Крючкотворса, — тоскливо подумал я. — Уж он бы нашел лазейку в этом их соглашении...
Но к добру или к худу, Крючкотворс, вместе с Розарио, крепко зависли в Златом Замке, в обществе господина Фаберже, Тамберлена и ещё нескольких господ драконов, дабы подготовить свод правил для проведения будущих игр.
— Ладно, хорошо... — у меня появилась одна идея, как отмазаться. — А это должна быть КОНКРЕТНАЯ драконица?
Ведь есть же Зебрина! По крайней мере, на ней меня хотят женить уже давно, и к этой проблеме я успел привыкнуть.
— Кларисса Фейрчайльд, — объявил дед. — Вот твоя невеста и будущая королева Заковии.
— Что?.. Уховёртка?
— Именно о ней, как о подающей большие надежды молодой даме, и думали мы с твоим прадедом.
— Но МОЛОДОЙ дамой она была полторы тысячи лет назад!
— И что? — Марк Тиберий поднял белые брови. — Не варить же тебе её... К тому же, Кларисса — владелица тринадцати замков. А ещё пары лесов, пяти озёр и трёх мостов.
— Вероятно, именно мосты меня и должны впечатлить, — ядовито, словно на языке сидела оса, промолвил я.
— КАЖДЫЙ из них расположен в начале платной магистрали, соединяющей столицу Благора с провинциями. Это очень прибыльное предприятие.
— Магистрали? — я хитро прищурился. — Но я думал, вы преодолеваете расстояния по-другому, — я взмахнул руками, имитируя полёт. — Типа, левитируете.
— Всё время махать крыльями? Мы ж не попугаи какие... — фыркнул дед. А потом сморщился, словно съел лимон. — Не сбивай меня, любезный внучок! Ох уж эта молодежь... Кстати, если тебя это утешит: господин Фаберже, а также граф Капканс полностью одобряют кандидатуру Клариссы. Казначея впечатлил размер приданого. А Капканс через этот брак надеется укрепить связи при дворе Благора...
— Вот только меня забыли спросить! — как специалист по паническим атакам, я уже чувствовал одну на подходе. И как только она начнётся — мало никому не покажется.
А ведь я обещал вести себя хорошо...
— В принципе, суть ты уловил, — Князь невозмутимо вздёрнул подбородок. — Видишь ли, внук... — крепко обняв меня за плечи одной рукой, он принялся неторопливо вышагивать по залу. Мне поневоле пришлось следовать рядом, чтобы не упасть. Другие гости расступались перед нами, словно вместо двух беседующих мужчин на них пёр бульдозер. — Монарх не принадлежит себе.
— А кому? Королеве?
— Он принадлежит всем: народу. Политикам. Экономистам. Военным.
— Журналистам, — ввернул я. И пояснил: — Ну, газетчики — это же пятая власть, правильно?
— В какой-то степени, — хладнокровно кивнул Князь. Поэтому ЗДЕСЬ я их не держу... — он посмотрел на меня с укоризной. — Опять ты меня сбиваешь!
— Вы говорили о том, что монарх принадлежит всем, кто попросит, кроме самого себя.
— А ещё — девушкам брачного возраста, которым приспичило выйти замуж за принца, — и он подмигнул. — И вот для этого как раз и существуют давние соглашения.
— То есть, никакой любви, никаких чувств, одни только прибыли?
— Ты не поверишь, внук, насколько хорошо прибыли могут заместить и любовь, и чувства и всю остальную дребедень, которую вы, люди, зовёте романтикой.
— А как же Аурика? — запальчиво спросил я. — Ведь она ПОЛЮБИЛА своего Золтара! И ей не помешали ни гнев отца, ни даже смерть.
Князь, не скрываясь, выпустил из ноздрей длинные струи вонючего дыма.
— Это исключение из правил, — проскрежетал он.
— Да что ты?.. А Зоя и Руперт?
И тут случилось странное.
Князь Драконьего Двора воровато огляделся, и подступив ко мне вплотную, тихо, но внушительно произнёс:
— Не в моих правилах напускать туману, но я не имею права о них говорить, и не могу объяснить, почему.
Я не осмелился оттолкнуть деда, и отступил сам. Потому что испугался: в животе дракона начинало что-то гудеть. Это было похоже на гул пламени в плотно закрытой печке, или на бульканье парового котла... Словом, я решил не искушать.
