— Руку дай! Левую!
Девушка молча протянула ему руку. С минуту он водил своей ладонью над её кистью и пальцами, потом озадаченно выпустил и почесал затылок. Браслета, встроенного в кожу, который мог бы так быстро помочь начать соображать, не чувствовалось, однако всё же это было очень странно, что пленница так быстро пришла в себя. Охотник неожиданно для самого себя отомкнул дверцу и махнул рукой на выход, вылезай мол. Лена вылезла, прихватив свои вещи, и тут же скрючилась — онемевшие ноги болели и толком слушаться не желали.
— Ты чего, меня выгоняешь, что ли? Прямо на дороге? — возмущённая девчонка схватилась за прутья решётки. Да и стоять так было значительно легче.
Перебирая руками по ограждению повозки, она решительно начала пробираться к месту возницы. Сумка и пакет болтались на плече. Охотник постоял, смотря, как упрямо она ползёт вперёд, а потом подхватил её, отодрав от прутьев, и закинул на скамейку, на которой до этого времени сидел один. Удобная высокая спинка услужливо подставилась под онемевшую спину Лены. Она покосилась на странную деревяшку и перевела взгляд на ящерицу, которая с любопытством глазела на девушку, хлопая длиннющими ресницами.
— Ты точно иномирка? — осторожно задал вопрос мужчина, щёлкнув колючим бичом. «Лошадка» послушно потрусила дальше по дороге.
— Ну да, — не менее осторожно ответила Лена, — А что?
— Ведёшь себя больно странно. Не кричишь, не возмущаешься, а ведь довольно давно в себя пришла. От щерыя не шарахаешься, даже от моей незабываемой улыбки в обморок не падаешь, — он растянул губы, демонстрируя великолепный набор острейших зубов.
— Щерый — это что? — вычленила незнакомое слово девчонка.
— Щерый — это моя лошадка. Одна из распространённых пород гужевых ящериц.
— Ну, щерый, так щерый, чего уж теперь. А насчёт твоей улыбки — может, в детстве съел что-то не то, вот зубы у тебя такие и выросли, — равнодушно отметила Лена, решив для себя, что чересчур удивляться не стоит, как и попытаться удрать и остаться одной в неизвестном месте.
— Сархат меня зовут, — решил познакомиться охотник, предоставив ящерке самостоятельно топать по дороге. Хотя по её уверенному ходу можно было заключить, что дорогу она прекрасно знает.
— Лена Верликина.
— Так, Лена это имя, Верликина фамилия, — уточнил Сархат, — Здесь такие имена не приняты. Будешь Лена Верли. Или Лиэна, но это имя больше подходит для леди, а ты на неё не очень-то похожа.
— Верли! Пойдёт. Танцовщица я, выступала в ресторане, развлекала публику.
— Видел я твой костюм, — отмахнулся охотник, — Я на Тайлии, на Земле по-вашему, не в первый раз. Заказов на иномирянок вполне достаточно, и спрос всегда есть. Вот и мотаюсь, собираю раз в три месяца. Хочешь, я тебя обратно верну?
Лена задумалась. Опять возвращаться в ресторан? Хозяин точно её уволит или уже уволил. Опять на склад, изо дня в день фасовать коробочки и пакеты? Тоже не особенно много желания.
— Почему ты хочешь меня вернуть, а не продать? — в серых глазах девушки зажёгся любопытный огонёк.
— От тебя веет ледяным ветром опасности, как будто кто-то могущественный стоит за твоей спиной. Тот, кто мне не по зубам, — Сархат снова продемонстрировал ряд острейших зубов и вертикальные зрачки, — Да и что ты будешь здесь делать? Здесь работать надо…
— Первый раз слышу, чтобы за мной кто-то стоял, прикрывая мою спину, — пробормотала танцовщица. Однако в голову услужливо толкнулась сцена в салоне дорогого авто, и мужчина, протягивающий ей серьги, — А работать и там надо. И тоже опасно, очень опасно, — вздохнула и вспомнила охранников в подворотне. Куда они делись, тогда? Она же очнулась в машине, рядом с дружелюбно настроенным незнакомцем.
Охотник промолчал, погружённый в свои мысли. Приличная часть демонической крови в его жилах позволяла чувствовать опасность ещё до того, как она возникнет. Да и видение ауры у него было вполне неплохо развито. Что-то не так с аурой у девчонки. В ней проскальзывают призрачные серебристые искорки, не всегда, но появляются. Например, когда она нервничать начинает. А серебристый цвет — очень плохой, это цвет запредельной силы, находящейся просто за гранью всеобщего понимания. С таким могуществом не стоит связываться, себе дороже выйдет, если вообще удастся сохранить голову на плечах.
Ящерка, мотая толстым хвостом, бодро топала по утоптанной дороге. Пейзаж почти не менялся, разве что добавилось немного шарообразных кустарничков с бледно-зелёными листочками. Возница молчал, изредка косясь на сидевшую рядом девушку. Пошарив под скамейкой, он вытащил широкополую шляпу и нахлобучил её на голову Лене. Та даже не вздрогнула, только натянула нежданный подарок поглубже. Солнце стояло в самом зените, а падать в обморок из-за перегрева ей совсем не хотелось.
На ближайшей остановке Сархат пошёл поить пленниц зельем, притупляющим чувство восприятия действительности, а Верли слезла на землю, чтобы хоть немножко размять ноги. Убегать она не собиралась, рассудив, что все миры в принципе одинаковы. Выживать нужно уметь везде, что на своей родине, что на чужой. Вернувшись, охотник протянул ей совсем другую флягу, на дне которой бултыхалась вода, и кусок лепёшки. До города оставалось не так уж и много. А там, что будет там? Оставался один вопрос — как выучить язык этого мира, хотя бы один, чтобы можно было спокойно общаться и понимать чужую речь.
Забравшись снова на своё место, Лена тронула за рукав рубашки полудемона.
— Мы с тобой разговариваем на языке моего мира, а вот как мне выучить ваш?
— Ошибаешься, девочка, — довольно усмехнулся охотник, — мы с тобой разговариваем на всеобщем с самого начала. Это межмировой язык, его используют везде. У множества рас, конечно, существуют и свои диалекты, но этот знают и понимают абсолютно во всех мирах. Просто твоя родина находится на окраине, поэтому там его и не знают. Сейчас не знают, — поправился он.
— А с чего вдруг я на нём заговорила? — не поняла девушка, — Ведь я же ничего не учила, да и не помню, чтобы ты заклинания какие-нибудь на меня шептал.
— В них нет необходимости. Это знание встроено в портал перехода из одного мира в другой. Чтобы не тратить время, деньги и старания на обучение пленниц, я заплатил один раз за жутко дорогой артефакт. Правда, он уже давным-давно окупился. В момент перехода вы получаете знание местной основной речи и можете свободно разговаривать с момента прибытия. Но знания письма в него не встроено, поэтому написание букв и чтение придётся учить самой.
Лена ошарашено разглядывала Сархата. Насколько он предусмотрителен! Позаботился и о том, будут ли его пленницы понимать, что им говорят. Однако, вопрос разрешился очень быстро и безболезненно. Оставалось только письмо, но девушка надеялась с ним справиться. Память у неё была очень хорошая, особенно зрительная, хотя конечно, на запоминание разных движений она тоже не жаловалась, довольно легко доводя танец до совершенства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
