В марте 1838 г. А. Д. Бланк начал добиваться места инспектора врачебной управы в провинции. Его просьбы поддержали граф Ю. П. Лита и князь А. Н. Голицын. В июне 1838 г. после сдачи экзаменов А. Д. Бланк получил звание инспектора врачебной управы и медика-хирурга, которое выдавалось врачам, успешно сочетавшим терапевтическую и хирургическую деятельность. В 1838 г. Бланк был пожалован высочайшим указом в коллежские асессоры.
В декабре 1840 года умерла его жена Анна Ивановна и была похоронена в Петербурге на Смоленском евангелическом кладбище рядом с родителями. В феврале 1841 г. А. Д. Бланк дал согласие на работу инспектором Пермской врачебной управы, нашел покупателя на семейный дом и продал его за 3 тысячи рублей серебром. Заботу о детях целиком взяла на себя сестра Анны Ивановны, Екатерина Ивановна фон Эссен, овдовевшая в том же году. 10 апреля 1841 года Александр Бланк подал прошение на «вступление в законный брак с вдовою чиновника 12-го класса фон Эссена Екатериною Ивановою». Однако получил отказ - закон не разрешал утверждать брак отца с крестной матерью его дочерей. Екатерина Ивановна стала его гражданской супругой и поехала с ним в Пермь.
А. Д. Бланк был первым врачом Пермской гимназии и уездного училища в 1841 -1843 годах. Следующие два года он занимал должность заведующего Юговским заводским госпиталем в поселке Юг Пермской губернии. На Юговском заводе он основал первую на Урале водолечебницу и возглавил Юговский госпиталь. С сентября 1845 г. А. Д. Бланк был врачом Златоустовской оружейной фабрики. В июне 1846 г. А. Д. Бланк был произведен в надворные советники (чин VII класса, подполковника), дававшее право стать потомственным дворянином. Используя возможность, Бланк направил ходатайство в Казанское дворянское собрание. В конце 1847 г. ушел на пенсию, не дослужив трех лет до срока, дававшего право на пенсию, равную окладу. Его оклад, когда он работал, был 571 руб. 80 коп. в год. Поскольку он не закончил срока службы, ему ещё оставалось работать 3 года, пенсия ему была определена всего в половину оклада – 285 руб. 90 коп. в год. Причиной ухода, как предполагает Штейн, мог оказаться конфликт с новым директором оружейной фабрики В.А. Бекманом. Прежний руководитель Аносов был переведен на Алтай и звал Бланка с собой. Но тот не захотел уезжать за Урал.
Незадолго до выхода на пенсию А. Д. Бланк взял ссуду в Дворянском земельном банке, при этом в качестве первоначального взноса использовал свои сбережения и средства Екатерины Ивановны фон Эссен. Ссуду Бланки получили на 50 лет под залог приобретенного имения, которое было заранее внимательно осмотрено и затем куплено у дворянина П. А. Веригина. В имение вошла деревня Кокушкино в 40 км от Казани, Общая площадь территории имения составляла 462 десятины (1 десятина = 1,092 га) или 503,6 га. В архивном фонде Казанской палаты гражданского суда имеется дело «О совершении купчей крепости на недвижимое с крестьянами имение между коллежским асессором Петром Алексеевичем Веригиным и надворным советником Александром Дмитриевичем Бланком» за 1848 г. Как следует из текста документов куплю-продажу совершить сразу не удалось. Веригин вел судебную тяжбу с наследниками купцов Войлошникова и Габбасова, а также имел несколько кредиторов, у которых брал деньги под залог имения. В результате на имение было наложено запрещение. И 4 августа 1848 г. был заключен договор в нижеследующем:
«1. Я, Веригин, отдаю ему Бланку на двенадцатилетнее содержание собственную свою деревню Казанской губернии Лаишевского уезда Янасалы, Кокушкино тож, с сорока с ней душами дворовых и крестьян с женами и детьми их после ревизии рожденными, со всем господским и крестьянским имуществом, строением, скотом, птицею и со всем прочим господским имуществом какое имеется в деревне и со всею землею, обозначенной в плане Генерального межевания, с лесом, покосами, водами и другими угодьями и вновь выстроенной мельницей о двух поставах на реке Ушне…
2. Я, Бланк, обязан уплачивать ему, Веригину ежегодно за арендное содержание триста восемьдесят четыре рубля серебром, несмотря на урожай или неурожай…».
По снятии с имения запрещения обязывались Веригин – продать, а Бланк – купить указанное имение, а данный договор уничтожить. Согласно имеющемуся в деле прошению о совершении купчей крепости от 5 ноября 1848 г., запрещение с имения было снято в этом же году, и Кокушкино было продано А.Д.Бланку по цене 240 рублей за каждую ревизскую душу, всего 9 600 рублей серебром. Что же касается господского имущества, то оно большей частью находилось в старом обветшалом состоянии. Около Кокушкино Александр Дмитриевич Бланк приобрел водяную мельницу, которая приносила доход около 100 руб. в год. Через 12 лет после подачи прошения 16 августа 1859 г. указом по Департаменту герольдии Правительствующего Сената А. Д. Бланк и его дети были утверждены в потомственном дворянстве и внесены в 3-ю часть родословной книги Казанской губернии.
Какой вывод можно сделать из приведенной биографии родителей матери и отца В.И. Ленина? По российским правилам Мария Александровна (мать Ленина) была еврейкой, а сам Владимир Ильич был русским, так как отец Илья Николаевич Ульянов был по отцу русским. При этом Владимир Ильич был еще на четверть евреем, на одну восьмую калмыком, немцем и шведом. По законам Галаха мать Ленина не была еврейкой, ее мать Анна Йоганновна Гроссшопф была протестанткой, а значит, и дети ее были неевреями. Мария Александровна была крещенной, ее крестной матерью была сестра матери Екатерина Ивановна фон Эссен. Венчалась Мария в православной церкви.
Следует обратить внимание на три интересных момента из жизни Александра Бланка, на которых почему-то историки не захотели останавливаться. Крестниками Александра Дмитриевича Бланка были действительный тайный статский советник граф А. И. Апраксин и жена сенатора Баранова Варвара Александровна, родная сестра жены графа А. И. Апраксина – Марии Александровны. Согласно христианской традиции крестный отец и крестная мать являются духовными родителями крестника. В ходе таинства крещения крестные родители принимают ответственность перед Богом за духовное воспитание крестника. В обязанности восприемников входит помощь крестникам в повседневной жизни: защита крестников от соблазнов и искушений, совет в выборе образования и профессии, в выборе супруга или супруги.
Для продолжения службы братья Бланки были переведены в Петербург не без помощи графа Апраксина. Молодые врачи были способными и амбициозными, но продвигаться столь успешно по карьерной лестнице им, наверняка, помогали их высокопоставленные родители. Консультант государственной юстицколлегии по делам Лифляндии, Эстляндии и Финляндии Йоганн Готлиб Гроссшопф, отдал замуж свою дочь не за бедного еврея-врача, а за крестного сына графа. И это означало много. Дом, в котором поселилась молодая семья по Лиговскому каналу и который Бланк сдавал в наем, был приобретен на средства родителей Гроссшопфов и Апраксиных. Великосветские пациенты у молодого врача появились, наверняка, по рекомендации статского советника. Жизнь разросшейся семьи Бланков в Петербурге протекала под опекой крестников, поэтому она была столь благополучной, и приобретенный в собственность деревянный дом за 8 тысяч рублей ассигнациями не кажется свалившимся с небес даром. В это время семья могла позволить себе такие расходы, и они могли с помощью родителей собрать такие средства. Бланки не были в это время дворянами, не входили в круги светского общества (только соприкасались), но относились к слою обеспеченных мещан и вели не роскошный, но достойный образ жизни в столице.
Второй момент относится к подаче прошения в провинцию на место инспектора врачебной управы. Самый главный покровитель Александра Бланка, крестный отец брата Дмитрия, сенатор Баранов к этому времени умер. Но был жив князь Голицын, устроивший братьев из Житомира в 1820 году в Императорскую академию. 28 октября 1840 года князь Голицын, член Государственного Совета, сенатор, камергер, написал письмо министру внутренних дел графу А. Г. Строганову с просьбой подыскать его знакомому доктору Бланку место инспектора врачебной управы. Граф Строганов предложил доктору Бланку место инспектора врачебной управы в Пермской губернии. Большинство историков сходятся к мысли, что столь странная петиция была вызвана лишь амбициями Бланка и его желанием продвинуться по карьерной лестнице. Пожалованный в это время высочайшим указом чин коллежского асессора (чиновника 8 разряда), соответствующий в армии чину майора, как бы не удовлетворял Бланка.
