она лично достала платье из вороха разноцветных тканей и протянула Вайолет. – Помоги мне!
– Миледи… – ахнула та.
– Помоги миледи, Вай, – хмыкнула Фелисити. Она подошла к кровати и демонстративно подняла мужской плащ, который все еще валялся на полу. – А я подам плащ! Предпочтете этот, миледи?
Кровь бросилась в лицо. Анна понимала, что все оправдания бессмысленны. Но отступать было нельзя. Показать свою слабость сейчас означало гибель для всех.
Не сводя взгляда с дерзкой девицы, леди Скай медленно подошла и протянула руку, требуя отдать находку.
Фелисити отвела взгляд первой. Хмуро протянула тяжелую ткань, подбитую мехом, и отступила.
– Ты хотела узнать, захочу ли я надеть это, Фелисити? – Анна небрежно кинула плащ герцога Амьенского на кровать. – Мой ответ – да.
Она обвела взглядом притихших девушек и продолжила:
– Да, потому что это – небольшая цена за жизни. Ваши жизни!
Она зло посмотрела на своих гарьярд, хранительниц чести госпожи, как их ночью назвал Повелитель драконов. Глупая традиция брать в услужение юных девушек, как будто они могли предотвратить хоть что-то…
Под пристальным взглядом госпожи Фелисити опустила голову, за ней последовала Вайолет. Уна шмыгнула носом и вдруг кинулась к Анне, обняла, прижалась к плечу, выплакивая весь ужас последних дней.
Леди Скай растерянно погладила девушку по голове. Больше всего ей самой хотелось разрыдаться вслед за Уной, но она не могла себе этого позволить.
– Что ты, милая, все образуется, – прошептала она, поглаживая девочку по голове.
– Папа… он мертв? – все всхлипывала Уна.
Анна беспомощно посмотрела на остальных.
Вайолет часто заморгала и отвернулась, украдкой вытирая слезы, а Фелисити криво улыбнулась и подошла к окну, глядя на ярко-голубое небо, видневшееся над крышами замка.
– Поверь, для них будет лучше, если все они умерли, – с горечью произнесла она. – И для нас тоже…
– Нет, нет!!! – Уна забилась в рыданиях.
За ней всхлипнули и остальные.
Анна почувствовала, что сама близка к тому, чтобы впасть в истерику, и сжала кулаки, вонзая ногти в ладонь. Боль помогла, слезы отступили, оставив привкус горечи.
– Хватит! – решительно приказала она гарьярдам. – Самое главное – мы живы! – она помолчала и добавила едва слышно, – и невредимы!
Отстранив все еще плачущую девочку, леди Скай прошлась по комнате, собираясь с мыслями, потом повернулась к остальным. Три пары глаз настороженно следили за госпожой. Она провела рукой по лбу, собираясь с мыслями. Сейчас одно неосторожное слово могло разрушить то немногое доверие, которое девушки все еще питали к ней.
– Я не буду скрывать или тешить себя и вас ложными надеждами. Скорее всего, ваши отцы, как и … лорд Скай – погибли, – она надеялась, что девушки не заметят ее заминки при упоминании о муже. – Вчера герцог Амьенский сказал, что не воюет с женщинами. Как видите, он держит слово. Возможно, через несколько дней нам позволят уехать в монастырь. А теперь – помогите мне одеться!
Платье Анна все-таки выбрала черное. Траур не по мужу, но по жизни, которую она в одночасье потеряла. Сшитое на шестнадцатилетнюю девочку, оно даже с распущенной шнуровкой жало в груди и слишком плотно облегало бедра.
Не желая покрывать голову вуалью, леди Скай приказала заплести косы и уложить короной вокруг головы. Фелисити хотела возразить, что негоже замужней даме ходить простоволосой, но Анна покачала головой – хватит с нее и неудобного платья.
– Но миледи, – попыталась возразить Вайолет. – Что если кто-то увидит…
– Интересно, кто? – фыркнула Фелисити. – Не думаю, что солдатам герцога есть дело до приличий!
– А… слуги? – робко возразила Уна.
– Они давно разбежались, – леди Скай горько улыбнулась. – А те, кто остался…
Она отвернулась, по привычке скрывая слезы. Странно, но она больше скорбела о вассалах и слугах, чем о муже. Анна вдруг поймала себя на мысли, что не будь ее положение таким ужасным, она бы обрадовалась вдовству, и устыдилась своих мыслей.
– Герцог прислал своих людей, – мрачно сообщила Фелисити.
– Зачем? – встревожилась Анна.
За эту ночь она не раз пожалела, что вела себя грубо с тем, от кого напрямую зависела их судьба.
– Как я поняла, прислуживать нам, – все еще дрожащим от слез голосом сообщила Уна.
– Конечно! – фыркнула Вайолет. – Наверняка они должны следить за нами! Будто нам и без этого мало унижений!
Анна кивнула. Даже если прямого приказа не было, люди Повелителя драконов наверняка передадут все, что услышали, своему господину. К тому же был еще Гарет. Что-то подсказывало, что друг герцога не погнушается повыпытывать у слуг информацию о пленницах.
– В таком случае, нам надлежит вести себя так, как положено девам из благородных семей!
Бросив предупреждающий взгляд на гарьярд, Анна первой вышла в соседнюю комнату, где, как правило, они с гарьярдами сидели с рукоделием.
Пяльцы с гобеленом так и стояли у окна. На плотной ткани гончие бежали по зеленому полю за зайцем. Самих охотников вышить не успели. Подразумевалось, что это должен был быть лорд Скай и его свита. Теперь, даже если вышивку закончат, у охотников будут совершенно другие лица.
Стол в центре комнаты, который Анна обычно использовала для писем, уже накрыли к завтраку. Вернее, поставили на непокрытую скатертью столешницу огромные блюда, схваченные вперемешку из трех сервизов. Вопиющая небрежность заставила леди Скай скривиться. Она холодно взглянула на еду.
Все те же остатки пиршества, которыми ее вчера угощал герцог: холодное мясо, сыр, начавший черстветь хлеб.
Поглощенная созерцанием хаоса, Анна не сразу заметила двух мужчин, неуверенно топтавшихся в углу. Судя по гербу, вышитому на туниках, именно они были присланы герцогом.
– Кто вы? – резко спросила леди Скай. – И где Ханна?
– Ханна? – мужчины, забыв поклониться, непонимающе взглянули на нее.
– Моя служанка. Что с ней сделали?
– Понятия не имею, миледи, – честно ответил один из них. – Милорд герцог утром приказал нам принести вам завтрак и прислуживать весь день!
– Вот как? – как ни старалась Анна, голос был ледяным. Пять лет она пробыла хозяйкой замка, и теперь оказаться на правах незваной гостьи было неприятно. – В таком
