Поливая про себя парня, утро и колючие кусты самыми не лестными эпитетами, полезла в душ, чтобы хоть как-то привести себя в порядок перед занятиями. Когда я всё-таки выползла из ванной комнаты, Эбби была уже на ногах и активно пыталась зашнуровать платье.
— Помочь? — спросила, некоторое время понаблюдав за безуспешными попытками девушки затянуть корсет. Она вздохнула и согласно кивнула, поворачиваясь ко мне спиной.
— И как ты в этом ходишь? Неудобно же. Дышать нечем, движения сковывает… Сплошное недоразумение. Самого бы в эти корсеты затянуть, кто придумал это жуткое орудие пыток.
Эбби рассмеялась на мою гневную тираду и уточнила:
— Ты разве никогда такое не носила?
Я на секунду замялась, а потом произнесла:
— Приходилось. Но это было уже довольно давно, и вспоминать об этом я не хочу.
Девушка нахмурилась, но вопросов задавать не стала.
Спустя непродолжительное время, мы полностью собрались и отправились в столовую. На моем столе вскоре красовалась кружка с любимым напитком и большой кусок хорошо прожаренного стейка.
— Ари… Ты уверена, что это лучший вариант для завтрака? Может закажешь кашку или омлет?
Я скривилась. Ненавижу кашу. Мясо — вот пища настоящих магов.
— Эбс! Не будь занудой. Сама ешь свою кашу… А я буду кушать то, что требует мой молодой растущий организм, — с этими словами я закинула в рот отрезанный кусочек и довольно прищурилась, на что подруга только покачала головой, но разубеждать меня перестала.
Я тщательно пережёвывала пищу, но подавилась от пойманного на себе взгляда знакомых синих глаз, на которые не более часу назад я дала себе зарок больше не попадаться. Брюнет двигался на выход, когда увидел меня, а уловив мою реакцию, быстро подошёл и похлопал по спине со словами:
— Ты жуй, жуй хорошенько, а то помрёшь бесславной смертью. Я так тебя даже ничему научить не успею, — подмигнул и, удостоверившись, что я в порядке, продолжил свой путь. А я была не в порядке. Чему это он меня учить собрался?!
— Ты о чём вообще? — крикнула ему вслед.
— Скоро узнаешь, — бросил мне в ответ парень, обернувшись на ходу и одарив ехидной ухмылкой.
— А я говорила, что твоя затея с настолько плотным завтраком была не самой лучшей идеей, — вклинилась Эбби.
— Даже не начинай… — я закатила глаза и, отодвинув от себя подальше тарелку, прильнула к кружке с кофе.
***
Вот что называется день не задался с самого утра. Лекции были откровенно скучными и наводящими сонное состояние. Только на бытовой магии я смогла сносно выполнить все задания преподавателя ни разу не зевнув.
Пару по боевому искусству по какой-то причине отменили и я, решив не терять времени зря, отправилась на поиск информации.
В библиотеке академии я оказалась впервые. Учебники и все необходимые пособия уже ожидали каждого из адептов в их комнатах ещё в день заезда. Так что надобность в посещении обители знаний на данный момент времени отпадала у большинства учащихся. Мне это было однозначно на руку. В тишине я могла полностью погрузиться в поиск нужных мне сведений.
Здание библиотеки с виду было совсем небольшим, но вот внутри оказалось поистине огромным. Оно представляло из себя трëхэтажное строение овальной формы. По периметру каждого из его этажей тянулись стеллажи с книгами, чередующиеся с альковами и нишами для уединëнного чтения. По центру же было открытое пространство до самого сводчатого потолка, что делало помещение визуально ещё более внушительным. Деревянные массивные лестницы с плавными линиями поручней, по спирали убегали вверх. Зал библиотеки был заставлен овальными столами, мягкими пуфами и глубокими мягкими креслами. Казалось, в архитектуре и декоре этого здания вообще не было жёстких и грубых контуров, а лишь мягкие, текучие, округлые изгибы.
Вдоволь налюбовавшись красотой библиотеки, я запустила поисковое заклинание, которое очень кстати, было освоено сегодня на занятии по бытовой магии. По запросу "запретные ритуалы" нашлось четыре здоровенных фолианта авторства величайших историков Тэссэрании, девять книг менее известных, но именитых учёных, и сто тринадцать брошюр любительского или художественного изложения. Результаты, мягко говоря, впечатлили. Теперь бы суметь во всём этом разобраться. Я обложилась книгами за столиком в уютном светлом алькове и приступила к изучению информации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
За восемь часов, проведенных в книгохранилище, я осилила только треть первого фолианта и две брошюры. Солнце уже начало клониться к закату, а я не нашла ничего, даже отдалённо похожего на случай, что произошёл со мной. Всё сводилось к сведениям о том, кто изобрёл ритуал, кто проводил, какие последствия наступили и почему он был запрещён. Конечно же, никаких подробных инструкций о ходе проведения всех этих ритуалов не было. Да это и понятно. Иначе, несмотря на запрет, кто-нибудь по глупости или из любопытства мог попытаться повторить опыт горе-предшественника.
Я уже практически не разбирала смысла написанных слов, когда от чтения меня отвлекло деликатное покашливание. Это оказался старичок библиотекарь, который тактично напомнил мне о том, что время посещения библиотеки уже истекло.
Извинившись, что стала причиной задержки, засуетилась и поспешила расставить книги по своим местам. Напоследок я уточнила у почтенного старца, могу ли прихватить с собой несколько книг для домашнего изучения и, получив положительный ответ, выбрала пару брошюр и побрела в общежитие.
Тёмно-красное светило практически скрылось за горизонтом. Птицы уже не пели, и умиротворённую вечернюю тишину нарушал только игривый ветерок, шелестящий в кронах деревьев и путающийся в моих длинных волосах. Я не торопилась возвращаться в комнату. Мне хотелось насладиться свежими потоками воздуха и уходящим теплом, поймать последние лучи заходящего солнца и не думать. Ни о чём. Только вот… Сны. Они стали приходить всё чаще. И каждый раз пугают меня сильнее предыдущего.
Воспоминания ко мне так и не вернулись, а для меня было очень важно вспомнить каждую минуту того злополучного дня. Целители, менталисты и прочие маги, что пытались восстановить мою память, потерпели крах. И я с какой-то отчаянной надеждой взялась за создание артефакта, который смог бы мне помочь. Целых два года я потратила на то, чтобы подобрать необходимые для него компоненты. В своей работе я пыталась использовать различные кварцевые минералы и в конечном счёте мой выбор остановился на сардониксе. В сочетании с лунным камнем и железной оправой он должен был открыть мне правду и вернуть утерянные знания. Я тогда влила практически весь свой магический резерв, чтобы достаточно напитать сотворённый мною кулон. Я не знала каким именно образом артефакт будет возвращать воспоминания, а потому просто надела кулон на шею и надеялась, что он исполнит мою волю. В ту же ночь мне приснился первый сон из цепочки сновидений.
В том видении я беззаботно гуляла по саду, собирая букет из нежных весенних цветов. Хотела украсить ими мрачноватую, на мой взгляд, гостиную. Я так увлеклась, что зашла в дальнюю часть сада, где на берегу большого синего пруда стояло несколько беседок. От одной из них до меня долетел гневный голос отца:
— …не бывать этому! Я не допущу, чтобы моя дочь оказалась в твоих руках. Они же по локоть в крови! В твоём герцогстве народ даже слово сказать лишний раз боится, чтобы не загреметь в тюрьму или на плаху!
— Управление должно быть жёстким, — ровным тоном ответил собеседник отца, лица которого я пока не видела.
— Жёстким, — согласился отец, — но не жестоким. Ты деспот. Я не отдам за тебя свою дочь. Не желаю ей такой участи!
— Ты хорошо подумал? Я ведь могу поспособствовать твоему продвижению по службе. Или наоборот: превратить в пыль тебя и всё, что тебе дорого.
— Угрожать мне в моём же доме? Это сильно. Но, вероятно, ты запамятовал, что мои возможности и влияние при дворе ничуть не уступают твоим? Я смогу защитить свою семью. Уходи. Более тебе здесь не рады.
