Там, в отчуждении, мы и прожили последние три года. Грегори Велаз раз за разом писал письма начальнику городской стражи, доместику и даже самому императору, пытаясь убедить в моей невиновности и необходимости продолжать расследование, но всё было тщетно. Время шло, и даже у бывшего герцога начали опускаться руки. Тогда я и приняла решение о поступлении в академию. Если уж не смогу сама докопаться до правды, то хоть выучусь и устроюсь на хорошую работу. Это позволит мне вытащить семью из долговой ямы, в которую мы угодили после вынужденного переезда.
Вынырнув из тяжких мыслей, я перевела взгляд на преподавателя и постаралась вникнуть в тему лекции. Получалось откровенно плохо.
Следующей парой была история артефакторики, а за ней основы магии. Я старательно слушала и конспектировала входящую информацию. Её было много. Очень много. Профессора не щадили, и голова уже готова была расколоться от непрерывного потока знаний, когда прозвучал сигнал об окончании занятия. Не теряя времени, я поспешила на воздух, чтобы проветрить уже закипающий котелок и уложить по полочкам всё, что узнала за сегодня.
Четвёртой парой у нашей группы в расписании значилась физическая подготовка. Переодевшись в раздевалке близ полигона, я поспешила к отведённому нам для занятий сектору. Адепты уже выстроились перед профессором, и я, не теряя больше времени, пристроилась в конец шеренги.
— Как вы уже, вероятно, знаете, меня зовут профессор Аурелий Нортон. Я буду преподавать физическую подготовку у вашего факультета на протяжении всех пяти лет обучения. Иногда это будут простые занятия с теоретической составляющей, как например сейчас, а иногда это будут занятия с углубленным разбором какой-либо ситуации и соответствующей практикой. Сегодня же я расскажу вам о том, что нужно делать и как себя вести, если вы оказались в безмагической зоне. Итак, для разминки пробегите десять кругов вокруг вот этого самого поля, — профессор Нортон вскинул руку и, обведя ей вокруг себя, обозначил нужную территорию, — потом быстренько пройдите полосу препятствий, что начинается воооон там у кромки леса, — с этими словами профессор указал на виднеющееся вдали странного вида сооружение, — а затем возвращайтесь сюда и мы приступим к изучению основной темы нашего занятия. Через час жду вас всех здесь. Вопросы?
Вперёд выступила сногсшибательная красотка. Я ещё не всех успела запомнить, но кажется, её звали Лея. Длинноволосая брюнетка с раскосыми глазами и ярко-алыми пухлыми губами, которыми с капризной интонацией произнесла:
— Уважаемый профессор! И это вы называете простым занятием? Я могу понять, для чего такие нагрузки требуются мужской половине нашего коллектива, но неужели вы считаете, что это нужно девушкам? Мы рождены, чтобы нести в мир красоту, любовь и счастье! Одним своим видом мы просто обязаны восхищать и покорять. И как, скажите на милость, я смогу вызвать восхищение, если буду источать ароматы не достойные аристократки и кривиться от боли в мышцах при каждом шаге?!
Глаза преподавателя потемнели, а на скулах заиграли желваки.
— Леди Винжербрахт, я понимаю? Наслышан. Можете быть свободны. — От ледяного тона профессора брюнетка опешила и еле слышно прошептала:
— Как так, свободна?
— Видите ли, леди… Профессиональный артефактор должен быть хорошо подготовлен. Работа мастера не всегда заключается в протирании штанов, — бросил брезгливый взгляд на девушку, — а в вашем случае — юбок. Чаще она сопряжена с тяжёлым поиском недостающих для создания артефакта элементов. Что вы будете делать, если в старых шахтах, где вы проводите поиски, начнется обвал? Глазками, падающим на вас камням, похлопаете? Уверяю, не поможет. Они не восхитятся и не покорятся. А так как в шахтах часто сбоят магические потоки, то полагаться только на магию откровенно глупо. Так что повторюсь — вы свободны. Данная специальность не для тех, кто боится запачкаться, она требует полной отдачи и недюжинных усилий, хоть со стороны порой кажется, что это не так. Ещё вопросы есть? — обвёл взглядом притихших адептов. — Нет? Тогда время пошло. Кстати, оно пошло ещё шесть минут назад, так что скажите спасибо леди Винжербрахт и бегите уже!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
После слов профессора мы все, как один, сорвались с места и пустились наворачивать по беговой дорожке положенные десять кругов.
Побледневшая Лея так и осталась стоять. Что-ж… Каждый сам делает свой выбор.
Полоса препятствий мне показалась довольно сносной, хоть некоторые девушки и застопорились на её прохождении, но к месту сбора все успели вернуться за отведенное время. Профессор Нортон выглядел вполне удовлетворённым нашими результатами и, не теряя времени, приступил к зачитыванию лекции.
Вообще, теория была довольно интересной. Я узнала неимоверное количество новой и важной для меня, как для артефактора, информации.
В конце занятия, когда мы уже шли на выход с полигона и проходили мимо отдельных учебных площадок, наша группа стала свидетелем проводимой на одной из них тренировки третьекурсников. Как я поняла, они осваивали навыки ведения боя в безмагическом пространстве, потому как в их руках были только мечи, а сама территория была накрыта сверкающим антимагическим куполом.
"Вот и полученная информация пригодилась", — успела подумать я, а потом…
(На этом моменте я бы посоветовала вам включить трек Sabaton — Panzerkamp. Так атмосфернее. На любителя, конечно, но для меня картина описанная ниже, становится более полной.)
Обнажённые по пояс адепты отрабатывали удары и ставили блоки. Синхронно, чётко, без доли заминки, отточенными движениями уничтожали невидимого врага. Настолько это зрелище было завораживающим, что я остановилась, не в силах отвести глаз. Девчонки же с моего факультета, позабыв о том, что собственное занятие ещё не окончено, сбились в кучку у края площадки и бросали восхищённые и многозначительные взгляды на занимающихся парней. Преподаватель что-то ещё говорил, но его уже мало кто слушал. Всё внимание приковали к себе разгорячённые, полураздетые тела. Однокурсники смотрели с плохо скрываемой завистью, а однокурсницы с горящим в глазах интересом и неприкрытым обожанием.
Вскоре куратор третьекурсников разделил их на пары и тройки для спарринга. Мой же взгляд притянулся к одной единственной фигуре, выделяющейся на общем фоне. Высокий черноволосый парень, одетый лишь в белые тренировочные шаровары и мягкие сапоги, своими атакующими движениями теснил сразу двух противников. Он будто перетекал из одной стойки в другую неуловимым движением. Вот только что стоял лицом к одному из своих соперников, как уже наносит ему удар с противоположной стороны, не оставляя шанса на отражение атаки. Другим мечом при этом блокирует рубящий удар второго оппонента и, делая в приседе подсечку, валит последнего на землю. И всё это за какие-то доли секунды! Я настолько была поражена, что не заметила, как незнакомец уже какое-то время сканирует меня взглядом, а его соперники, подобрав мечи и держась за побитые бока, поодаль слушают наставления своего куратора и понуро кивают на его тираду.
Я смущённо отвела взгляд, но спустя секунду вернула его обратно и попала в плен синих глаз. Молодой человек всё так же сосредоточенно смотрел на меня, а потом, что-то бросив стоящему невдалеке парню, двинулся в мою сторону, от чего сердце пропустило удар, а потом застучало в ускоренном темпе.
Подойдя, он ещё какое-то время изучающе разглядывал моё лицо, а потом лениво обронил:
— В следующий раз постарайся так пристально не пялиться. У меня спина горит от твоего взгляда. Отвлекает, — с этими словами парень прошел мимо и направился в сторону душевых, а я только и могла, что хлопать глазами и хватать ртом воздух от такой наглости.
Весь оставшийся день мои мысли то и дело возвращались к темноволосому незнакомцу, который смог вывести меня из себя всего одной фразой. Сосредоточиться на выполнении домашнего задания удавалось с трудом, а потому я решила оставить его на утро и дать себе немного отдохнуть.
