Читаем без скачивания Корабль мечты - Лука ди Фульвио

– Она выглядела как воровка, вся грязная, в лохмотьях… – буркнул он.

– Да, конечно. Она только прибыла из сиротского приюта святого архангела Михаила, в котором его высокопреосвященство выбирает своих… личных служанок. А вчера девушка должна была пройти первое испытание. «Испытание золотой монетой», как его называет его высокопреосвященство, наш досточтимый господин епископ. Каждой новой служанке мы даем золотую монету и отправляем куда-нибудь купить еды. Если она возвращается с ужином, то достойна получить надлежащее воспитание. Если же девушка забирает монету себе и убегает, то его преосвященство сообщает о ней страже, и с ней обходятся как и с любой воровкой. – Меркурио снял шапочку, чтобы отвлечь внимание своей жертвы. Его задача состояла в том, чтобы не дать трактирщику возможность сосредоточиться и подумать.

– А откуда мне знать, что ты не мошенник? Ты слишком уж молод… – Как Меркурио и предполагал, трактирщик не спешил ему поверить. Глазки толстяка беспокойно бегали. – Если ты монах, то где же твоя тонзура?

– Я novizium saecolaris[5], – ответил Меркурио, радуясь тому, что давно уже придумал такое наименование, которое помогло ему обстряпать не одно дельце.

Достав льняной кошель с монетами, которые он украл у купца, Меркурио распутал завязки. Монеты звякнули, когда юноша вытряхнул их на ладонь и сунул под нос трактирщику.

– Поступать так меня заставляет вера в завет милосердия, недоверчивый ты человек. Посмотри на эти монеты. Разве они не выглядят так же, как та, что ты отобрал у девушки? Разве они не одной чеканки, с одной стороны лилия, с другой – профиль Иоанна Крестителя? Такие монеты не в ходу в Риме.

Трактирщик подался вперед, рассматривая золото, а затем достал из кармана монету Бенедетты.

– И откуда мне было знать? – проворчал он, нервно подбрасывая и ловя монету.

Меркурио молчал.

Трактирщик подкидывал монету все выше, не сводя глаз с Бенедетты.

– Откуда мне было знать? – повторил он.

Было видно, что трактирщик готов сдаться.

Но в этот момент на Вико-де-Фунари раздался душераздирающий крик:

– Воры! Проклятые воры!

Трактирщик резко повернулся и увидел еврея, тычущего пальцем с сторону Бенедетты, мальчика и громилы.

Теперь он понял, что его пытаются надуть, но монета была еще в воздухе! Меркурио оказался быстрее своего собеседника. С ловкостью кошки мнимый священник подпрыгнул и на лету перехватил монету.

– Ну ты и дурак! – Юноша расхохотался трактирщику в лицо и бросился бежать.

– Держи вора! Держи вора! – завопил трактирщик и помчался за ним.

Меркурио бегал быстрее, но ему пришлось двигаться в сторону купца, все еще оравшего на Бенедетту, Цольфо и Эрколя.

Юноша ловко протиснулся в узкий проем между купцом и стеной, но на бегу у него из-под сутаны начало сыпаться сено.

Шимон Барух не узнал его, и Меркурио беспрепятственно последовал дальше, однако дорожка сена, отмечавшая его след, вызвала у купца некоторые подозрения. Присмотревшись, он понял, с кем имеет дело, и тут же пустился в погоню за Меркурио.

– Вор! Держи вора!

За ним мчался трактирщик.

– Вор! Держи вора! – уже хором кричали они.

Так как они оба преследовали только Меркурио, Бенедетта, Цольфо и Эрколь оказались спасены. Вначале они пустились наутек, двигаясь в противоположном направлении. Глаза Эрколя расширились от страха. Троица успела отбежать не так уж далеко, когда Бенедетта резко остановилась, свернув за угол.

– Мы должны помочь ему, – решительно заявила она.

Меркурио бежал со всех ног, пытаясь отделаться от преследования, но ему мешала длинная, до самой земли, сутана.

Трактирщик вскоре отстал. Меркурио видел, что он остановился в первом же переулке, запыхавшись и согнувшись от боли в боку. Но всякий раз, когда юноша оглядывался, оказывалось, что купец немного приблизился к нему. И еще немного. И еще. Меркурио свернул в переулок, ведущий к Сан-Паоло-алла-Регола. За этой церковью тянулся лабиринт узких улочек, где легко было спрятаться.

Тем временем купец уже почти догнал его. Оглянувшись, Меркурио заметил Бенедетту. Подобрав платье, девушка мчалась со всех ног, точно одержимая. Последовав ее примеру, Меркурио подобрал сутану, стиснул зубы и набычился. Ноги вязли в грязи, легкие горели. Если бы сейчас парень выбросил кошель с монетами, купец наверняка бы остановился, чтобы поднять его, и Меркурио был бы спасен. Но парню не хотелось расставаться с деньгами.

Свернув к Сан-Сальваторе-ин-Кампо, он заметил, что перебирать ногами становится все труднее. «Не сдаваться!» – подумал он.

Меркурио петлял переулками. Когда он в очередной раз оглянулся, купца сзади не было видно, но парень знал, что тот может появиться в любой момент.

Он свернул в грязную улочку… и понял, что очутился в ловушке. Впереди был тупик. Меркурио услышал, как к нему приближается купец. Затаив дыхание, он вжался в стенную нишу между двух колонн из красного кирпича.

Шимон Барух добежал до развилки. Невзирая на то, что евреям запрещено было носить оружие, он купил кинжал с длинной рукоятью и обоюдоострым лезвием. Впереди было три пути – две улицы справа и маленький переулок слева, засыпанный отбросами с находившегося неподалеку овощного рынка.

– Будь ты проклят! – воскликнул Шимон, сворачивая в переулок.

Он остановился, думая, что потерял след вора. Купца охватило отчаяние.

– Проклятый мерзавец! – повторил он, уже направляясь к выходу из переулка.

И тут он услышал позади какой-то плеск. Как ужаленный, Шимон резко дернулся в сторону, повернулся и побежал назад.

Меркурио поскользнулся в грязи и так привлек к себе внимание купца.

– Попался, вор! – заорал Шимон Барух. – А ну отдавай мои деньги!

– Господин! – Меркурио поднял руки в примирительном жесте. – У меня нет ваших денег…

Но Шимон не успокаивался. В него точно бес вселился: глаза налились кровью, ноздри раздувались, он запыхался от быстрого бега, из открытого рта брызгала слюна.

Рука с кинжалом дрожала, но купец не отступал.

– Отдавай деньги! – Он сделал выпад в сторону Меркурио.

За спиной Шимона возникли Бенедетта, Цольфо и Эрколь. Бенедетта жестами показала Меркурио, чтобы он их не выдал, а затем принялась что-то шептать на ухо Эрколю. Громила покачал головой, в его глазах отражался ужас.

Шимон же надвигался на Меркурио, даже не подозревая о том, что происходит за его спиной.

– Ах ты мерзкий ублюдок, хотел меня со свету сжить? А ну отдавай мои деньги, не то прирежу!

В движениях Шимона сквозила неуверенность, точно купец никак не мог решиться, нападать ему или убегать. Похоже, он и сам испугался охватившей его ярости. Шимона била крупная дрожь, глаза расширились, в горле пересохло. Он приставил кинжал к груди врага, вжавшегося спиной в стену дома в переулке. Чтобы набраться храбрости, купец кричал.

Меркурио замер, точно окаменев. Он закрыл глаза.

Бенедетта подтолкнула Эрколя.

– Эрколь боитша! – жалобно пролепетал великан.

И в тот самый момент, когда Цольфо толкнул своего приятеля вперед, купец резко повернулся. Громила с широко разведенными руками двинулся к Шимону, чтобы его обезоружить, но то ли от страха, то ли от неуклюжести Эрколь поскользнулся и полетел в сторону купца. От неожиданности Шимон выставил оружие вперед, и оно вошло в тело великана.

Меркурио услышал удивленный возглас Эрколя, сменившийся сдавленным стоном.

Открыв глаза, он увидел, как залитое алой кровью острие кинжала вышло из спины громилы.

Шимон отпрянул назад, вытащив клинок из тела, и испуганно уставился на Эрколя.

– Я не хотел… – пробормотал он. – Не хотел…

Великан медленно осел на землю.

– Эрколю… больно…

– НЕЕЕЕЕТ! – в отчаянии завопил Цольфо.

– Я не хотел… – беспомощно повторил Шимон Барух, а потом его охватила новая волна ненависти. Словно обезумев, он набросился на Меркурио: – Это все ты виноват! Ты виноват, только ты! – кричал он.

На этот раз Меркурио не стал закрывать глаза. Ему удалось схватить купца за руку. Страх придавал юноше силы, и Меркурио удалось отразить первую атаку. Он опустился на колени, но запястье Баруха так и не отпустил. Окровавленное лезвие царапнуло стену над его головой.

– Это все ты виноват! Ты виноват, только ты! – вновь и вновь повторял купец.

Меркурио, сжимая его руку, резко повернулся, дернув Шимона в сторону. Купец повалился в грязь, потянув юношу за собой.

В голове Меркурио пульсировала только одна мысль: ни в коем случае нельзя отпускать руку с кинжалом.

И вдруг хватка купца ослабела, он ударился спиной о стену, локоть и запястье неестественно вывернулись. Не рассчитав движение, Меркурио дернул его вниз, и лезвие вошло купцу в горло.

Меркурио услышал, как сломались шейные позвонки. Этот звук напомнил ему хруст, который раздается, когда давишь ногой таракана. В лицо ему брызнула кровь.