— Пустяки.
— Для вас, Андрей Алексеевич, возможно, пустяки. Для меня — нет. Спасибо большое за завтрак. Я чуть позже буду на рабочем месте.
— Уже обед, Ника, — тихо смеется он, от чего и я улыбаюсь. Интересно, как бы он выглядел, если бы был сейчас передо мной? Я никогда не видела его смеющимся. — До скорой встречи.
Он отключается, даже не дает мне возможности сказать что-либо. Снова... Снова он грубо так... Ладно, нужно привыкать. Он такой, и его не изменить.
Не решаюсь завтракать, звоню Дане. Она в больнице, говорит, что попросила разрешения у самого Андрея и он, к нашему удивлению, не отказал. Странный человек... По крайней мере, для меня. Таинственный, загадочный.
Подруге не хватает четыреста тысяч, и эта сумма нужна к завтрашнему дню. Квартиру выставила на продажу, но так быстро имущество не продается, если даже покупают, то только за копейки. Намного дешевле, чем оно стоит на самом деле.
Собрав волю в кулак, дрожащими пальцами набираю номер мамы, надеясь, что она ничего не расскажет своему мужу. Сумму, в которой нуждается Дана, может одолжить мне только мать.
— Да, дорогая, — она отвечает сразу после второго гудка. — Как ты, моя хорошая?
— Спасибо, мам. Нормально я, а ты как? — пока я тут грызу ногти, она из-за чего-то тихо смеется. — Ма, ты одна?
— Да. Алёша только что уехал на работу.
Фу. Блин. Как же она так нежно, с любовью произносит его имя. Аж тошно становится.
— Отлично, — глубоко вздыхаю. — Мам, мне деньги нужны. Срочно. Ты можешь мне одолжить? Я верну в течение двух месяцев...
— Ты что-то натворила, Вероника? Во что-то вляпалась? — перебивает она меня.
— Нет. Просто нужно. Мама, я в долг хочу. Если можешь одолжить, буду очень благодарна, а если нет, то и тянуть не нужно. Четыреста тысяч. Да или нет? Мне нужен конкретный ответ, и, судя по тому, что на противоположной стороне трубки тишина, помощи мне не видать.
— Я тебе вечером позвоню и отвечу, — говорит мама.
Выдохнув, я отключаю вызов. Ага. Позвонит она. Ни фига подобного. Ну и ладно. Прокручиваю в голове ситуацию подруги, пытаюсь найти какой-то выход, но, увы, у меня нет никого, к кому я могла бы обратиться ради Даны. Алексея я видеть не хочу, хоть и уверена, если я позвоню ему, он обязательно даст ту сумму, но, конечно же, на своих условиях. А об этих условиях я даже думать не хочу.
— Нужно одеться... — шепчу себе под нос.
От безысходности мне становится не по себе. Хочется рыдать до хрипоты в голосе, потому что я знаю: Дана очень долго не придет в себя в случае, если потеряет отца.
Стянув с себя сорочку, надеваю нижнее белье, блузку и юбку-карандаш. Ну и чулки, конечно.
Вздрагиваю в очередной раз из-за дверного звонка. Боже... Это уже чересчур. Мне нужно волосы в порядок привести. Кто там снова пришёл?!..
В глазок не смотрю, открываю дверь и буквально замираю на месте. Мужчина, стоящий напротив, усмехается. Одет в дорогой черный костюм, руки в карманах брюк, смотрит так... Господи, нет слов, чтобы описать...
— Ну привет, Ник. Кофе угостишь?
Он рассматривает меня с ног до головы, а я мысленно влепляю себе пощечину, потому что наверняка сейчас выгляжу глупо. Пялюсь на него с открытым ртом. Ну, вы уж простите, но мой босс такой… красивый. Просто глаз не оторвать!
— К-конечно… Проходите, — отхожу от двери, жестом приглашаю внутрь. — Не разувайтесь!
Но мужчина меня не слушает.
— Мне несложно, — отвечает он, поворачиваясь в мою сторону. Я же так и стою у прохода, словно вкопанная. — Ник, где кухня? Ник… Ника…
Так меня называет только он и иногда Дана.
— Я… Прошу прощения. Просто не ожидала. Немножко в шоке, — честно признаюсь и сразу же нервно сглатываю. — Кухня здесь.
Заходим в скромное помещение. С этим мужчиной не стыдно. Я помню, как кривился мой бывший парень, когда я пригласила его в свою съемную квартиру. Прошло больше года, но его лицо даже сейчас перед глазами. Рассматривал всё вокруг и вел себя так, будто оказался на какой-то помойке. Да, у него была хорошая должность, но это не значило, что он должен был считать меня букашкой. Ещё тогда нужно было его послать к черту, но я думала, умру без него. Пару недель после расставания скучала, да. Но… Потом плевать на него стало, тем более когда увидела его с другой. Просто пожала плечами и, смеясь, прошла мимо. А Андрей…
Садится на стул и смотрит только на меня. Ему абсолютно всё равно, где он находится. Мне кажется, разглядывать меня ему нравится больше, нежели место, где я живу. Вон синие глаза смотрят прямо на грудь. Потом чуть ниже… Снова на меня, и наши взгляды цепляются.
— Кофе! — напоминаю я себе. — Минуточку.
Хорошо, хотя бы сладости убрала в шкаф, а то стало бы неловко. Пара минут — и кофе готов. Ставлю его перед боссом и сама сажусь напротив.
— Что с отцом твоей подруги? — спрашивает в лоб, а мои брови автоматически ползут вверх.
— Он болен, Андрей Алексеевич…
— Просто Андрей. И тут, и на работе, если…
Господи… Почему он так смотрит на меня?! Уголки его губ поднимаются, изображая ухмылку.
— Если мы наедине. В принципе, мне всё равно, но, думаю, тебе будет неприятно, когда за спиной некоторые бабы будут перешептываться. Поверь, там много таких…
Он замолкает. Явно хотел произнести какое-то матерное слово, но вовремя остановился.
— Вкусно. Спасибо, — пьет кофе.
Сглатывает, и его кадык дергается. Я почему-то облизываю пересохшие губы, и мужчина это замечает. Усмехается.
— Да не за что, — смутившись, отворачиваюсь.
— Что с ним?
До меня не сразу доходит, что Андрей спрашивает об отце подруги.
— Ему операция нужна, но у Даны проблемы с финансами, — на мои глаза наворачиваются слезы. — Не знаю, что она будет делать.
Встаю со стула и иду к окну. Открываю форточку, пытаюсь справиться со слезами, но получается так себе.
— Твой телефон звонит, Ник, — до меня доносится голос Андрея. Чувствую его за спиной. — Держи.
Звонит мама. Я хочу отойти от мужчины, но он нависает надо мной так, что я прижимаюсь спиной к стене, не могу даже
