«Соран, передай ему!» – я подался вперед. – «Альк, Арда не может погибнуть, она материальна. Это островок, плывущий в потоке Предвечного пламени. Колебание породит небольшую волну, Дорри рассчитал даже сколько времени продлится эффект. Мы просто ничего не заметим – а воля, державшая всех нас в цепях, погубившая Нуменор, превратившая наш прекрасный мир в очаг непрерывной войны – эта преступная воля исчезнет навсегда!»
Орленок передал слова Альку и обернул ко мне голову:
«Я еще добавил, что нет более достойного подвига, если смертный, самый слабый из творений Эру, победит создателя, доказав всем свое право на свободу!»
«Молодец,» – я потрепал его по крылу. – «Хорошо сказано.»
Но Альк мрачно мотнул головой.
–В этом деле я вам не помощник. Соран, отнеси меня вниз, в долину. Я поеду в Гондор и стану скульптором. Буду жить, как полагается смертному.
Изумленный орленок моргнул и что-то сказал побратиму. В ответ, тот неожиданно вскочил и с силой топнул ногой:
–Не хочу! Я не хочу вас бросать! Это вы... – он запнулся и пару мгновений не мог говорить. – Ну зачем вам это?! Мы же прекрасно жили в пустыне, никому не мешали! Думаете, если вы совершите свой «подвиг»... – он пнул пергамент – ...вам за это «спасибо» скажут?!
«Нас сожгут» – ответил я жестом.
Альк, сглотнув, уставился на меня.
–Юрми... – взмолился он. – Ты же эльф. Ты самый спокойный из нас, эльфы никогда не спешат. Ну скажи, ЗАЧЕМ вам это надо? Тебе мешает Эру? Или тебе?! – он обернулся к орлу.
«Знаешь, мои родители тоже спокойно жили и никому не мешали,» – сурово ответил Соран. В его глазах мерцал недобрый огонек. – «И родители Юрми. И наши дети, если мы успеем их завести – они будут недоумевать, за что весь мир ненавидит их отцов!»
Альк поник.
–Но ведь должен быть иной путь... – прошептал он едва слышно. – Зачем уничтожать? Зачем нести смерть? Одумайтесь, вы же не люди! Почему для вас нет иной дороги?!
«Укажи!» – я резко шагнул вперед. – «Укажи нам дорогу!»
–Я не знаю! – крикнул Альк. – Я не знаю верного пути! Мне ясно лишь, что ваш путь неверен!
Он схватил меня за руки.
–Юрми, так нельзя. Только не так. Это же чудовищно глупо! Как мы смеем называть себя разумными существами, если не видим ни одного выхода кроме звериного?!
Альк обратил блестящие от слез глаза к Сорану.
–Вцепиться в горло, убить любого, кто стоит на пути – так сделает зверь. Зверь! А мы не звери, мы не должны убивать!
Орленок грозно приоткрыл клюв.
«Ты слышал о Нуменоре?» – спросил он с такой яростью, что даже я вздрогнул.
Альк с трудом кивнул.
«Ответь: как назвать того, кто уничтожил Нуменор? Разумным? А? Разумным?!» – Соран смотрел на побратима с высоты своего роста. – «Я тебе скажу, как! Тех, кто истребляет народы, мы зовем чудовищами! И не смей оскорблять зверей сравнением!»
Он расправил крылья и схватил Алька громадной лапой за телогрейку. Я вскочил:
«Соран, не надо!»
«Не бойся, я просто отнесу его в долину и оставлю там,» – все еще гневно отозвался орленок. – «Потом мы за ним вернемся. Может быть.»
–Юрми! – испуганный Альк пытался вырваться. Соран что-то сказал ему и, прежде чем юноша ответил, рванулся в небо, взвихрив за собой снежную пыль. Крик Алька быстро пропал вдали.
4
Соран не возвращался целую вечность. Я нервно ходил по снегу, пару раз перечитал пергамент. Дорри, очевидно, был очень мудрым гномом, но даже его воля не выдержала подобного знания. А мы? Разве мы лучше? Мудрец, вникнувший в самые сокровенные тайны мироздания, не счел себя вправе перейти к действиям. Мы же всего лишь юнцы, дети трех незначительных народов, обученные полубезумным стариком и насмотревшиеся памяти орлов. Только час миновал с тех пор, как мы узнали секрет Дорри, а многолетняя дружба уже дала трещину... О, Элберет, что если мы и в самом деле не достойны? Что, если в стремлении к мнимой свободе, мы уничтожим нечто стократ более мудрое и лучшее, чем мы сами?!
Сомнения грызли меня подобно пожирателям гор. Ко времени, когда вдали показался Соран, я уже не был уверен, что с радостью приму его план. Но судьба подготовила мне гораздо более страшное испытание.
Орленок летел, как-то странно припадая на левый бок, будто одно из его крыльев работало хуже. Дурное предчувствие кольнуло меня задолго до того, как Соран приземлился. И чем ближе он подлетал, тем это чувство становилось сильнее.
Наконец, орленок с шумом опустился на снег. Я бросился к нему... И понял все, увидев две стрелы, торчавшие из-под белых перьев.
«Нет...» – покачнувшись, я закрыл глаза. – «Скажи, что это был не Альк. Скажи!»
Соран тяжело дышал.
«Он выстрелил мне в спину,» – орленок повернул голову, недоверчиво глядя на стрелы. – «Он выстрелил мне в спину! Я оставил его у перевала, а он выстрелил мне в спину!»
Я опустился на снег.
«Как же так...»
«Он кричал, что не позволит нам совершить ошибку», – глухо отозвался Соран. – «Он хотел убить меня, Юрми. А я считал его братом.»
«Где он сейчас?» – спросил я, заранее содрогнувшись.
Орел покачал головой
«Нет. Я его не тронул. Просто улетел.» – Соран обратил ко мне яркие синие глаза. – «Я не такой, как он. А ты?» – он наклонил голову. – «Ты бы выстрелил мне в спину?»
Подняв взгляд, я посмотрел на орленка. Он ждал.
«Не знаю,» – сказал я наконец. И лишь одной Элберет ведомо, чего мне это стоило.
Соран легонько вздрогнул.
«Почему?» – только и спросил он.
«Если бы я столь же сильно верил, что спасаю весь мир...» – я зажмурился. – «Не заставляй меня думать об этом, брат.»
Орленок долго молчал. Затем мотнул головой в сторону:
«Помоги вытащить стрелы.»
Потом мы долго сидели, глядя на алые точки в снегу.
«Дай мне образ,» – сказал наконец орел. – «Все свои сомнения, все страхи. Прежде, чем принять решение, я должен знать: ты выстрелишь или нет.»
Меня передернуло. Но Соран был прав. Собравшись с мыслями, я отправил орленку яркую картину, где высказал все, о чем размышлял пока его не было. Пернатый зажмурился.
«Ты и в самом деле так думаешь, Юрми?»
«Меня грызут сомнения.»
«Но почему? Разве не о свободе мечтали мы вечерами, вспоминая как наших предков унижали и убивали? Разве не грезили, как врываемся в замки врагов, неся им отмщение?!» – в мыслях орленка ясно угадывалось отчаяние.
Я придвинулся ближе и обнял побратима за могучую шею.
«Ты прав,» – сказал как можно ласковей. – «И мечты наши никуда не исчезли. Просто я не уверен, что путь, открывшийся здесь, ведет к цели.»
«Другого шанса у нас не будет,» – глухо возразил Соран. – «Конечно, я тоже хотел бы решить все как в сказке. Ррраз – и Эру из тирана превращается в доброго творца, два – и Валар вместо смерти несут просвещение... Да только знаешь где они, эти сказки?!» – орел гневно дернул здоровым крылом. – «В Алой книге!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
