Читаем без скачивания Ангел, презумпция жизни - Ostin Mars

- Каким образом?

- Нам подвластно время. Точнее, для нас оно не константа, а динамическая величина, если так тебе будет понятнее. Ты можешь оказаться в любой его точке и что-то изменить. Только ты не будешь собой тогдашним, ты будешь сторонним наблюдателем.

- Я смогу поговорить с собой и что-то посоветовать?

- Нет, чтобы являться, нужна очень большая необходимость. Ты сможешь подсказывать… заставить обратить на что-то внимание, шепнуть на ухо, как внутренний голос. Тело у тебя будет, сможешь подбросить какой-то наводящий на мысль предмет… Только этим не увлекайся, если человек обнаружит у себя в кармане то, что он точно туда не ложил – это халтура, не стоит так. Что ещё… Крылья у тебя будут, сможешь передвигаться очень быстро куда захочешь, видеть то, что ты ищешь в многомиллионном городе, чувствовать направление. Тело станет нечувствительным – ни голода, ни жажды, ни прочих потребностей. И холодно никогда не будет, как, впрочем, и тепло. Тело – всего лишь инструмент для действий, главное – душа. Душой ты будешь чувствовать даже больше, чем раньше. Ну так что, ты решил?

Я думал, мозг работал в бешеном темпе.

- И когда я сделаю так, что… этого всего не случится, что тогда?

- Самоуверенный, - улыбнулся архангел. - Ты хочешь, чтобы не случилось одно конкретное событие – чтобы твоя любимая не расхотела жить. Когда это случится, значения не имеет — хоть сейчас, хоть год назад или через десять лет. Если ты сделаешь так, что у неё за всю жизнь не появится желания шагнуть из окна, ты вернёшься в этот самый миг. И на это место. Только ситуация будет другая, та, которую ты сам создашь.

- А если я не смогу?

- Тебе нужно было стать юристом, - погрозил пальцем Гаврила.

- Я думал об этом, - кивнул я. - Ну так как?

- Ты сможешь. У тебя Вечность в распоряжении, ты бессмертен, ты – только душа, а тело без потребностей – хороший инструмент. Вечный и безотказный. Ну так что? Ты решил?

Я думал. Я же этого и хотел, чтобы мне позволили просто СМОЧЬ что-то изменить. Осторожнее нужно хотеть…

- Если у меня будут ещё вопросы, можно будет по ходу дела обращаться?

Старик засмеялся:

- Можно, можно! У меня Вечность времени, я всегда подскажу что захочешь. Значит, ты согласен?

- Да, - я кивнул. Я понимал, что никогда не делал большей глупости и вряд ли когда-нибудь сделаю, но если я этого не сделаю, я никогда себя не прощу.

- Смелый маленький ангел, - старик поднялся, поправил брюки, - ты мне нравишься. Хоть и веры в тебе нет, и любви ко всем ближним тоже. Я сделаю тебе подарок, вставай. - Я поднялся, оказавшись выше него на полголовы, расправил плечи. Архангел протянул руку к моей груди и я почувствовал, как обугленные ошмётки Любви срастаются, шрамы исчезают, опалённая чёрно-розовая шерсть расправляется и начинает переливаться. - Я не буду её забирать, даже на время, хотя стоило бы… Пусть она будет у тебя, раз ты её так бережёшь. Возьми, - он достал из-за спины сияющий меч из белого металла, хотя ножен я не видел, протянул мне. - Он не может убить или ранить, но он должен быть у тебя, - старик пожал плечами, хохотнул, - атрибут профессии! Удачи тебе, маленький ангел. Я буду молиться за твою Любовь.

Он пожал мне руку, за его спиной хлопнуло сразу шесть белоснежных крыльев и его размытый силуэт унёсся в грозовое небо.

Я стоял под дождём, сжимая серебряный меч, которым нельзя драться, и думал о том, как же офигенно круто я попал.

Холодно не было. Дождь стучал по плечам, ботинки утопали в грязи. Ангел в грязных ботинках, полный сюр… Меч мешался в руках, но я не знал, куда его сунуть. Время. Мне подвластно время, но я не знаю, куда деть бесполезную железку. Гавриил достал его из-за спины, я подумал и попытался сунуть меч в воображаемую перевязь на лопатках. Он вошёл как родной, я вздохнул с облегчением.

Теперь дело. Надо посмотреть, что было в комнате после того, как я ушёл. Я дошёл до двери подъезда, стараясь не смотреть на размытое дождём кровавое пятно… Сколько крови. Сколько же в ней осталось, если столько вытекло?

Поднялся на седьмой этаж по лестнице, совершенно не запыхался. На пробу прошёл сквозь дверь – получилось. Посмотрел на пустую Ксюхину квартиру, стало жутко, я почувствовал себя то ли вором, то ли извращенцем – вломился сам в чужой дом. Теперь время. Как вернуть его обратно? Я прикрыл глаза, представил шкалу времени, появился почему-то кусок 3д-студии, сто лет в ней не работал, с чего бы это? Сто лет… я вдруг подумал, что теперь для меня это вполне реальная цифра. На пробу протащил воображаемый ползунок шкалы на час назад, воздух вздрогнул, ничего вроде бы не изменилось. Я стоял в коридоре, в кухне капала вода, в спальне…

В спальне тихо пела Ксюха. Мне вдруг стало так хорошо – вот она, живая, с ней всё в порядке! Я шагнул вперёд, стараясь не шуметь, прошёл сквозь дверь спальни и увидел её. Ксюха рисовала. В ушах были наушники, она качала головой в такт и тихо подпевала знакомую медленную мелодию. Я зашёл ей за спину, глянул на полотно. На картине была девушка, обнажённая. Она стояла по пояс в непрозрачной воде, грудь прикрывали длинные мокрые волосы, лицом она здорово смахивала на Карину, только более тонкая, даже болезненно. Правой рукой русалка зажимала кровоточащую рану в центре груди, а левой протягивала вперёд недорисованное сердце. И тут я узнал играющую в плеере песню – «Возьми моё сердце». Как же, как же, в самый раз.

Ксюха отложила палитру и кисть, вытерла руки большой белой тряпкой, порылась в шкафу, достала некую чисто женскую гигиеническую принадлежность, я отвернулся, её шаги прошуршали из комнаты. Не знаю, умеют ли ангелы краснеть, но я – умею, причём очень качественно.

Раздался звонок. Ох и противный же звук, и чего я тогда его не поменял? Вошла Ксюха со мной… Неприятно смотреть на себя со стороны. Я что, всегда так сутулюсь? Немножко ускорил время, они побежали быстрее, прикольные, как в кино… О, вот я её обнял! Я вернул времени нормальную скорость.

- Соглашайся, я больше так не могу…

Идиот… Думаешь, мне теперь лучше?!

- Слав, я не люблю тебя.

Как же это больно. Я знал, что она это ответит, но всё равно больно. Старый я сорвался с места, хлопнул дверью. Ксюха сидела в той же позе, её трясло. Я подошёл поближе, она достала из тумбочки у матраса пачку тонких сигарет, зачиркала спичкой, сломала, ругнулась, достала ещё одну.

Я не знал, что она курит. Она затянулась, вытерла намокшие глаза:

- Дурак… Где ты раньше был?

Интересненько…

- Дурак! - Она швырнула пачку в стену, потом туда же полетели спички, потом она схватилась за живот, поморщилась и легла на постель, свернулась клубком. - Дурак… никогда не доставай девушку, когда у неё месячные.

Хм, я запомню.

Она докурила, опять взялась за кисть. На кухне зазвонил телефон, она вздохнула, вытерла руки, влезла в тапки и пошаркала из комнаты. Несколько раз ткнула пальцем в кнопку, наконец сработало, она ответила:

- Да.

Я подошёл поближе, приставил ухо к телефону с другой стороны.

- … знаете хозяина телефона?

- Да, знаю. Он его потерял?

- Нет. Мне очень жаль, он… разбился на мотоцикле. А ваш номер последний, на который он звонил, поэтому мы… Алло? Вы меня слышите? Вы сможете подписать опознание? Алло!

Ксюха опустила трубку, по лицу покатились слёзы в три ручья, глухо застучали по линолеуму, она села на пол, закрыла лицо руками и закричала… Я никогда не слышал, чтоб люди так кричали. Этот крик меня резал, как наждаком, она размазывала по лицу хлынувшую из носа кровь, поднялась, пошатываясь рванула в комнату, упала на колени возле картины с байкером. Глухо заскулив, провела по ней дрожащими пальцами, оставляя кровавые полосы. Не прекращая рыдать, бросилась к окну, рывком открыла и вспрыгнула на карниз. Я закричал:

- Нет, не надо!

Она обернулась, посмотрела сквозь меня на картину и шагнула…

Я остановил время.

Вот так вот, да? Вот тебе и летящий вдаль ангел… Странный, пусть сам рожает, если хочет!

Я горько рассмеялся. Просто порыв. Её можно остановить. Я промотал время назад, догнал себя, сбегающего по ступенькам, попытался поймать за руку – куда там! Несётся, как лось. Подождал, пока он сядет на лавочку, сел рядом, заговорил:

- Вернись к ней! Ей плохо, идиот, успокой её!

Старый я смотрел на целующуюся парочку. Плохо было ЕМУ. Проблемы были только у него, весь остальной мир мог идти лесом. На подоконнике появилась фигурка Ксюши, я резко отвернулся и закрыл глаза.

***

Потом мне в голову пришла идея, что её могут остановить соседи, я потратил полчаса своего субъективного времени на уговаривание бабульки-соседки пойти к Ксюхе за солью, но та в результате пошла за солью в магазин.

Не любят люди слушать внутренний голос.

Другой сосед вообще спал, и добудиться его я не смог.