Читаем без скачивания Ангел, презумпция жизни - Ostin Mars

Потом подумал, что лучше убрать сам звонок, попытался отключить телефон, но почему-то не вышло, я вспомнил слова архангела про наглое вмешательство и оставил свои попытки. А возможно, просто не работала кнопка, результат в любом случае один. Тогда я взял кружку воды и плеснул на мобильный – дохлый номер, он всё равно зазвонил.

Я был в бешенстве.

Кто ещё может остановить её? Карина? Попробуем…

Я поднялся на крышу, расправил крылья, почувствовал, как в них упирается тугой ветер, взмахнул…

Подбросило метров на десять, я перестал молотить крыльями воздух, расправил их, медленно поплыл над дождливым городом. Где её искать? Понятия не имею, где она живёт. Покружил над домами, надеясь, что проснётся то таинственное знание, о котором говорил архангел. Надо сосредоточиться. Я представил Карину, попытался нащупать направление… Ага! Вроде, что-то есть. Качнул крыльями, город подо мной накренился и понёсся с сумасшедшей скоростью, я приземлился прямо в квартире, нырнув сквозь потолок и стены. Карина сидела за ноутбуком, по монитору бегала грудастая лиса с мечом больше её самой, на столе стояла тарелка с пирожными. Я отмотал время немного назад, пусть будет с запасом, подошёл к девушке. Гора пирожных на тарелке выросла, больше ничего не изменилось. Наклонился в её уху, максимально убедительно сказал:

- Позвони Оксане. Позвони, поболтай с ней, расскажи что-нибудь весёлое.

Карина положила пирожное, вопросила в пространство:

- Ксюхе позвонить, что ли?

Я запрыгал от радости, что хоть кто-то наконец меня услышал, закричал:

- Да, да, позвони! А лучше приезжай к ней!

- Позвонить или не позвонить? - Протянула девушка, полюбовалась маникюром. - Ну, допустим, позвоню. Проболтаем все бесплатные минуты, а вечером моё чудо будет вопить, что у нас совсем нет времени…

- Не будет вопить, - пообещал я, - я его успокою!

- Ну конечно, я его успокою, но Ксюха же позовёт к себе, - продолжала Карина, - а у меня сегодня выходной, и не отмажешься… А переться к ней через весь город… Нет, не хочу, - она махнула рукой, - не буду звонить, пусть сама звонит.

Я зарычал, взревел:

- Звони!

- Нет. Лучше поиграю.

- Она там из окна прыгает, пока ты тут играешь!

Я хлопнул ладонью по столу, Карина дернулась:

- Окно, что ли, открыть?

- О, боже… - я сел на пол, вспомнил старика-архангела. - Шепнуть на ухо, говоришь? Я не знал, что буду шептать так тихо!

Карина надела наушники и взяла следующее пирожное. Я ткнулся в стену лбом и зарычал.

***

Я сидел на её постели на полу, она рисовала и пела. Все мои потуги ни к чему не привели. Я даже пытался подхватить её на лету – она прошла как сквозь туман. И ничего не изменилось.

Я ещё раз отмотал время назад, свежие мазки исчезли, Ксюха стала наносить их заново… Я не знал, что она так хорошо поёт. На меня навалилась безысходность, придавила, на глаза навернулись злые бессильные слёзы… Что я могу? Взгляд упал на картину с байкером, я подошёл ближе, присел, рассматривая его получше.

- Неужели ты правда его любишь? - Я уже несколько суток разговаривал со всеми присутствующими и сам с собой, это помогало не чувствовать себя привидением. Ксюха вытащила один наушник, прислушалась, тряхнула головой и вернула его на место.

Я поднялся, посмотрел на свою любимую девушку… Смогу ли я отдать тебя ему ради твоего счастья?

Ксюшка погрызла кисточку, прикрыла глаза, тихо пропела: «мне некуда деться, свой мир я разрушил»…

Я хмыкнул — да, мне некуда деться. Крылья хлопнули за спиной, город удалялся, я искал на ощупь лохматого байкера. Нашёл. Его тело грузили в скорую. Я зажмурился, как же меня достали эти скорые! Отмотал время назад, потом вперёд, пронаблюдал как солнце стремительно катится по небосклону, как вырастают тени, как летит над асфальтом чёрный байк, подскакивает от удара сбоку, слетает с дороги, вспыхивает… Из ударившей его машины выбежал, пошатываясь, выпивший парень, схватился за голову.

Понятно. Я промотал время назад, нашёл водителя машины. Он сидел с другом в небольшой пивнухе, друг, уже изрядно навеселе, заводил извечную песню «ты меня уважаешь?» и водитель поддавался, брал выпивку. Потом ещё и ещё… Я отщёлкнул время, полчасика, должно хватить, зашептал водителю:

- Ты за рулем, олух! Штрафы подняли, колодки старые, не пей, козленочком станешь! - Парень замер, почесал ухо, я напирал, - не пей, дорога плохая, пиво здесь – дрянь, не пей, я сказал, козлёночком станешь!!! - Водитель почесал второе ухо. - Будешь бегать вокруг машины и вопить «ладушка, машинка моя, это я, твой хозяин!», а она скажет «на фиг мне пьяный хозяин, я на штрафплощадку не хочу!».

Парень почесал затылок:

- Знаешь, Лёх, я по-моему уже допился. Поеду я.

Друг завозмущался, мне было наплевать – я блаженствовал! Наконец-то хоть что-то получилось! Я разбежался и полетел рядом с машиной, вот он – тот перекресток, вот несётся оглашённый Волк, вот водитель бьёт по тормозам… А ни фига. Глухой удар, мотоцикл разворачивает, он отлетает с дороги, байкер бьётся лицом о покорёженный руль, лужа крови, скорая… Правда, в этот раз удар пришёлся не в дверь, а в бампер, и ничего не горело, но меня это мало утешило.

Я сидел на асфальте и грыз ногти. Ногти были безвкусные. Молодая медсестричка всхлипнула, убрала волосы с разбитого лица байкера, прошептала:

- Дурень, что ж вы все без шлемов гоняете? Правила для кого придумали, а? Молодой совсем…

Я с благодарностью посмотрел на девушку, поднялся с земли и рванул туда, откуда приехал Волк, одновременно проматывая время. Я тебя, олуха, научу правилам дорожного движения!

***

Я сидел на неубранной кровати, забравшись с ногами поверх одеяла. Пододеяльник был розовый, в зайчиках и мишках, мой восьмилетний племянник когда-то раскритиковал подобную расцветку, обозвав её детской и девчоночьей. А товарищу байкеру, по ходу, нравилось.

Сам товарищ, кстати, в этот самый момент стоял, согнувшись, у низкого для него зеркала и выщипывал брови, иногда отвлекаясь на выдавливание прыщей.

Я заморозил это мгновение. Я искал его несколько своих часов, пролистывая его жизнь в ускоренном темпе, и всё-таки нашёл этот момент – когда чёртов драный Волк выглядел нелепо и смешно. Нашел и остановил.

И теперь расхаживал вокруг соперника с видом зайца, который обнаружил, что лиса застряла между деревьями, и теперь он может… да всё что угодно!

Правда, когда я подошёл к Волку достаточно близко для пресветлого ангельского пенделя, то неожиданно понял, что байкер выше меня сантиметров на пятнадцать, а в плечах шире ещё ощутимее, и моё торжествующее эго от этого знания как-то приувяло.

Поэтому я отошёл подальше. Залез с ногами на разбросанную постель, внимательно осмотрел подошвы ботинок. Обнаружил, что грязь с них почему-то никуда не пристаёт, даже на полу следов не оставляет. Расстроился. Перевёл взгляд на согнувшегося у зеркала с щипцами байкера… воспрял! Да ладно, подумаешь, грязь! Проблема, блин.

Порылся в его столе, нашёл конспекты по математике, гору мужских журналов, кучу всякой ерунды. Открыл конспект, почитал, поморщился. Плохой конспект. У меня лучше. Эго воссияло, аки пламенный меч, я продолжил раскопки. Открыл один из журналов, пролистал, потом округлил глаза и посмотрел на обложку… У меня в столе лежал такой же.

Получай, возгордившееся пернатое!

Я пожалел своё поблёкшее эго, аккуратно сложил вещи на место, посмотрел внимательнее на парня…

Из-за тебя моя любимая покончила с собой.

Подошёл к нему вплотную, всмотрелся в лицо – красавчик, блин. Не нежный принц из сказки, а вполне настоящий, живой мужчина, грубоватый, надёжный, обаятельный. Формата «девкам нравится»… Но не на морду же она повелась? Это на неё не похоже. Ну что в нём такого особенного?!

«Чем он лучше меня» я не подумал. Я не хотел видеть этот вопрос даже в мыслях. Руки толстенные, перевитые плотными мышцами, загорелые. Грязь под ногтями – это я себе в утешение отметил. И тут же поправился – не грязь, а солидол какой-нибудь. Мотоцикл стоит в соседней комнате, то ли прихожей, то ли гараже – чёрт знает что, а не квартира! По центру стоит, по-хозяйски, мол, это ты, наивный, думаешь, что завёл себе Харлей! А на самом деле это я, Харлей, завёл себе байкера. У нас, Харлеев, это модно. Заведёшь себе питомца и он тебя кормит, моет, чешет… А ты его только выгуливай иногда и всё.

Я покачал головой, почесал затылок. Ну и мысли лезут в голову, когда понимаешь, что твой привычный мир – ерунда, законы физики глубоко условны, а любимая девушка шагнула в окно из-за вот этого…

Ещё раз глянув на «вот этого», я вздохнул, промотал время вперёд, оставив до его рандеву с капотом Лады ещё несколько часов, прошелся по квартире ещё раз, готовясь к акции «спасите идиота».

Шлем у него был, но валялся на самой запылённой антресоли самого высокого шкафа. «Слушай, Волк, а почему ты не надеваешь шлем?» «А я когда в шлеме, у меня ветер в голове не свистит, ездить не интересно». «А может, просверлим напротив ушей дырочки, сквозняк будет хороший, тебе понравится» «Правда?» «Конечно!».