— Не из-за чего.
Внимательный взгляд Лани пробежал по ее лицу.
— А у меня такое впечатление, что твое «не из-за чего» много значит. Но у нас сейчас нет времени на разговоры. Старухе в голову не приходит, что ты отправилась в мою деревню. Я сказала ей, что ты поднялась в горы проведать отца. Жалить она, конечно, будет, но не станет наказывать, если ты на все ее выпады промолчишь.
— Я не скажу ни слова, — пообещала Касси, надевая туфли. Каждый раз она тратит на переодевания столько времени только потому, чтобы не раздражать эту мегеру.
— Ты всегда обещаешь держать язык за зубами, — заметила Лани, — но у тебя это не получается.
— Она выводит меня из себя.
— После чего ты на себе ощущаешь ее укусы. — Лани нахмурилась. — Будь сегодня терпеливее. Когда твоего отца нет рядом, мне не удается помочь тебе.
Иной раз старуха наказывала Касси, даже когда отец оказывался дома. Но Лани всякий раз пыталась уберечь ее от гнева Клары. Теплое чувство любви и признательности охватило девушку при взгляде на Лани, та выглядела прелестно в голубом накрахмаленном платье, с высоко подобранными роскошными волосами. Всегда нежная, заботливая, Лани просто излучала доброту, хотя жизнь ее сложилась трудно. Лани еще не исполнилось шестнадцати, когда она сама пришла к отцу в дом, которым заправляла Клара Кидман. Касси хорошо запомнился этот первый день, разгорелся скандал. Бедной Лани пришлось выдержать сражение не только с Кларой, но и с маленькой Касси, похожей на разъяренного чертенка. Со временем в доме воцарился мир, но только благодаря мудрости Лани. Шарль Девилл почти никогда не становился их союзником, когда дело касалось Клары. Он не защищал ни Касси, ни Лани. После смерти матери няня взяла в руки управление домом и всеми домочадцами. Ее побаивались, ей подчинялись. Девилл же нашел блестящий выход из этой ситуации: он просто появлялся» дома не чаще чем на неделю в месяц.
— Поторопись! — сказала Лани. — С каждой минутой она все больше свирепеет.
Касси сунула ногу во вторую туфлю и, забрав волосы вверх, перетянула их лентой.
— Иди в дом, я сейчас отведу Капу в конюшню и расседлаю его.
Лани покачала головой.
— Привяжи его пока к дереву. Я приду попозже за ним, пока ты будешь разговаривать с Кларой, и сама отведу его.
Касси так и сделала. Погладив Капу, она быстро пошла по дорожке к дому.
— Подожди, — Лани догнала ее, вынула цветок из волос и отбросила его.
Касси невольно вздохнула, вспомнив то ощущение свободы и счастья, когда, уезжая из дома, она воткнула его в волосы. Так не должно быть. Неправильно отбрасывать то, что прекрасно, словно в этом таится нечто порочное или нечистое.
— До чего мне его жаль, — Касси взглянула на валявшийся цветок.
— Ничего не поделаешь, — пожала плечами Лани.
— С Кларой надо что-то делать, — она повернулась к Лани. — Почему ты остаешься здесь? Ты была бы намного счастливее, если бы вернулась в свою деревню. Тут тебя ничто не держит. И нет ничего хорошего.
— Но здесь ты, — ясная улыбка осветила лицо Лани. — И твой отец.
— Но он так редко появляется у нас, а потом снова оставляет тебя одну, не заботясь, каково тебе без него.
— Это не имеет значения.
— Как же так? Ты должна оставить его.
Лани вскинула брови.
— Если жизнь в доме так ужасна, почему ты не заберешь своего жеребца и не отправишься в долину, по другую сторону горы, о которой ты мне без конца твердишь? И где ты собираешься вывести необыкновенную породу лошадей.
Касси упрямо вздернула подбородок.
— Выведу! Как только будет подходящая кобыла для Капу.
— И ты надеешься найти ее у себя дома?
— Разумеется, нет.
— Тогда почему ты не оставишь этого невыносимого эгоиста, которого называешь отцом, и не устроишь свою собственную жизнь?
— Про него нельзя сказать, что он невыносимый. Просто он… Ну и потом у нас разное положение. Ты не связана с ним кровными узами, как я… — Оборвав себя, Касси, наконец, выговорила заветное слово. — Я нужна ему.
— И ты любишь его, — мягко добавила Лани. — Это так просто — любить Шарля. Он добрый, мягкий. И не его вина, что он не в состоянии противостоять бедам, несчастьям и даже Кларе. Очень трудно бросить человека, когда он нуждается в тебе.
— Это то, что удерживает и тебя здесь? Так ведь? — Задумчивый взгляд Касси устремился к дому, что возвышался на холме, и где ее ждала Клара. — Потому что и ты тоже ему нужна.
— Что привязывает сильнее всего на свете. — Лани с нежностью провела по руке Касси. — Чем больше я могу отдать, тем богаче я становлюсь. И я не устаю благодарить судьбу за то, что она привела меня сюда.
Касси проглотила комок, застрявший в горле.
— Ты не права. — Она ответила таким же мягким прикосновением. — Это мы должны быть вечно благодарны судьбе, что ты с нами. Мы не заслужили такого счастья.
— А вот это может быть и правдой, — безмятежно рассмеялась Лани. — Учитывая, какие сегодня мне предстоят хлопоты, если ты разозлишь старуху.
— Нет, нет. Я буду держать себя в руках. — Касси чуть ли не бегом бросилась по тропинке к дому. — Клянусь, с сегодняшнего дня я постараюсь ничем не докучать тебе.
— А ты никогда и не докучала.
Касси хмыкнула. Даже когда она, ради спокойствия Лани, пыталась взять себя в руки, ей это почти никогда не удавалось.
— Зато убежала и оставила тебя, как это любит делать отец.
— Я тебя понимаю. Позавчера, когда она допекла тебя, ты не выдержала. У тебя слишком мятежный дух и свободолюбивый характер. Рано или поздно страсть завладеет тобой.
«Страсть завладеет тобой…»
Лани, конечно, не имела в виду мужчину. Но Касси вдруг непонятно почему вспомнился англичанин на берегу. Он и разозлил и восхитил ее. Выразить словами пережитое ею чувство было почему-то трудно. Ей даже думать об этом не хотелось.
— Больше я не стану убегать. Тебе тяжко приходится из-за меня.
— Делай, что тебе хочется. Я знаю, ты вернешься, когда успокоишься.
— Но когда-нибудь я заберу тебя, Капу в долину по другую сторону горы. И наша нога больше не переступит порога этого холодного дома.
— Так и случится, — улыбнулась Лани. — Но только когда твой отец перестанет нуждаться в нас. Правда?
Касси утвердительно кивнула.
— А сейчас не будь такой угрюмой. Ты хорошо провела день? Как Лихуа?
— Хорошо, — она помолчала. — В бухте бросил якорь английский корабль. Она вместе с другими девушками поплыла к матросам.
Лани нахмурилась.
— Это плохо. Они не понимают, что могут заразиться дурной болезнью.
— Я говорила им. Но они не захотели даже слушать.
— Трудно удержаться, когда кровь кипит, — понимающе кивнула Лани. — Помню, когда мне исполнилось четырнадцать, в бухте стал на стоянку корабль, он пришел из России. Мама говорила мне, что чужестранцы несут с собой заразные болезни, но я не обратила внимания на ее слова и поплыла вместе с остальными. Я выбрала себе самого здорового моряка. Он был сильный и доставил мне много удовольствия. — Она усмехнулась. — Мне повезло, я ничем не заразилась.
