Помню, как с отцом мы ездили в Хэлптон. Он по делам, а я просто, чтобы составить ему компанию. Эбби в ту пору едва исполнилось десять, и она, конечно же, осталась дома. А я уже была почти девица на выданье, четырнадцати лет от роду. На меня заглядывались парни, но отец считал вполне разумной и поощрял мое увлечение книгами и наукой целительства. Тем более, что в хозяйстве это пригодилось. И, как я подозревала, принесет мне пользу в будущем. Ведь те деньги, что лежат в сумке, не вечны. Мне будет необходимо на что-то жить, когда прибуду в Долину Времен. Люди, к сожалению, болеют даже в таких, благословенных местах. А значит, для меня там найдется работа.
Я прошла еще с пол мили, когда услышала за спиной перестук копыт и скрип колес. Обернувшись, увидела крытую телегу с возницей, наряженным в пестрый кафтан. Рядом с ним сидела черноволосая женщина с ярким платком, наброшенным на плечи. Меня они заметили раньше. А поравнявшись, возница придержал лошадей. Я же продолжила идти, держась кромки дороги. Уже сообразив, кого встретила на пути.
- Благостных дней тебе, красавица, - заговорила женщина. У нее оказалась добрая улыбка и черные, словно два уголька, глаза. Пожилая, старше названной матушки, она отчего-то понравилась мне, и я ответила:
- Мирного неба.
Быстрый беглый взгляд и я удостоверилась, что передо мной артисты. Возможно, я даже видела их на центральной площади, развлекающих толпу зевак.
Из телеги одновременно вынырнули две любопытных девчонки с косичками. На меня уставились с улыбкой, а женщина продолжила:
- Куда держишь путь?
- В Хэлптон, - ответила, продолжая идти. Телега тащилась рядом.
- Тогда нам по пути, - заявил возница. Пожилой, но очень статный мужчина, с пышными угольными усами, лихо подкрученными вверх. - Забирайся, красавица. Довезем. Все лучше, чем ногами пыль взбивать.
Немного поразмыслив, согласно кивнула, и мужчина натянул поводья, остановив телегу. Спрыгнув вниз, он подхватил меня за талию и легко, словно пушинку, подняв, усадил на место рядом со своей супругой. Затем забрался сам, и наш незамысловатый экипаж двинулся дальше, взбивая пыль дороги.
- Это Холли и Молли, - представила девчонок женщина. - А я эрла Кобб, но ты можешь называть меня Тильда. Моего мужа зовут Бэрн.
Девчонки захихикали, но не спешили прятаться в телеге.
- А ты откуда? - спросила одна из них.
Оглянувшись на говорившую, заметила россыпь веснушек у нее на носу. Это показалось мне забавным и я, улыбнувшись, ответила:
- Путешествую. Вот заходила в город. Задержалась на праздник. Теперь следую дальше.
- Одна? И не страшно? - ахнула вторая.
- Так, девочки! - эрла Кобб зыркнула на обеих. - Отстаньте от нашей гостьи... - она запнулась, а я со стыдом поняла, что забыла представиться. В то время, как они назвали свои имена.
- Роберта Флинн, - произнесла, изменив фамилию. Сделала это не с целью обмана, а лишь из-за предосторожности.
- Очень рады, - улыбнулась женщина. - А вы обе, марш назад. И сидите там тише воды! -прикрикнула она на дочерей.
Девчонки рассмеялись, но послушались. Было заметно, что матушку и отца эти веселушки искренне любят. Но и после, когда их забавные личики исчезли из поля зрения, я слышала смех, доносившийся из-за плотной ткани, которой был обтянут остов телеги. Мы же сидели втроем на широких козлах, и дорога вилась лентой, увозя меня все дальше от города, который я считала родным.
Деревеньку миновали спустя час. Чета Кобб решили там не задерживаться. И я согласилась с ними. Еда у меня была, попутчики тоже. Пока все складывалось удачно.
Разговорившись, узнала, что мои новые друзья выступали в городе на празднике. Эрл Кобб был силачом, чего не сказала бы вот так сразу, глядя на его телосложение. Нет, мужчиной он казался крепким. Но силачи, в моем представлении, были огромными, с ручищами, на которых перекатываются мышцы. Все, что напоминало в главе семейства силача - это лишь его усы, лихо закрученные вверх. Девчонки оказались гимнастками, а эрла Тильда призналась, что умеет показывать фокусы и гадает на картах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Надо же, - невольно подумала я. - Еще одна гадалка в моей жизни!» - только искренне сомневалась, чтобы у женщины был дар. Да и сама она называла это скорее фокусами.
- Я никогда не предсказываю плохое, - призналась она. - Только хорошее. Всем и всегда.
- Это правильно, - кивнув, вспомнила другую гадалку. Жуткую старуху из шатра, из-за которой теперь тряслась по ухабам и ехала прочь от сытой и уютной жизни. О том, как обнаружили мою пропажу родные, старалась не думать. Это причиняло боль. Я просто надеялась, что они не станут меня искать. И прислушаются к тому, что я написала в своем прощальном письме.
Отчего-то перед глазами встало лицо младшей. Ее расстроенный взгляд и подрагивающая нижняя губа. Эбби точно расплачется. А отец... Отец может броситься за мной вдогонку. Оставалось надеяться на то, что он проявит благоразумие и поверит мне, той, которую считал столько лет своей дочерью, и которую любил наравне с собственной. Не делая различий.
А матушка. О ней мое сердце болело более всего.
Она не скажет ни слова. Но будет молиться за меня. Всегда, пока жива. И я буду молиться за них, желая им счастья.
-. а потом мы планируем где-то осесть. Не все же скитаться, - между тем продолжала эрла Кобб. - Девочки растут. Пока им нравится такая кочевая жизнь. Но это не может длиться вечно.
- Конечно, - кивнула, понимая, что за своими размышлениями, пропустила часть истории, рассказанной Тильдой.
- Дорогая, - вмешался эрл Кобб, оторвав взор от дороги. - Ты совсем заговорила девочку. Она кажется мне уставшей. Отправь ее лучше к нашим болтушкам. Пусть отдохнет и поспит, - он взглянул на меня. Да так, что сердце невольно сжалось. Взгляд эрла Бэрна был почти такой же, как и у моего названого отца. Теплый. Добрый. Открытый.
- А ведь ты дело говоришь, - закивала женщина. - Давайте-ка, эрла, отдохните.
Отказываться не стала. Бессонная ночь сказывалась. Улыбнувшись добрым супругам, полезла в телегу. Девчонки встретили меня с улыбками. Внутри все было завалено какими-то мешками, сундуками, но вместе с этим там оказалось уютно.
- Не помешаю? - спросила у Холли.. .или это была Молли?
- Ну что вы, эрла! - они слажено рассмеялись и подвинулись. - Тут на мешках удобно.
Кивнув, устроилась рядом с девочками. Вытянув ноги, сняла с плеч сумку и, положив ее себе под голову, закрыла глаза. Девчонки перешли на шепот, чтобы не мешать мне отдыхать. Но, как оказалось, мне ничто помешать было не в силах. Несколько минут я боролась с тяжелыми веками, а затем уснула под щебет голосов и скрип колес.
Не знаю, сколько проспала, но проснулась от того, что телега резко остановилась. В груди что-то сжалось, обожгло болью, и я открыла глаза, не совсем понимая, где нахожусь.
Девчонки сидели, притихнув и обнявшись. Когда я было открыла рот, чтобы спросить, что произошло, обе зашикали на меня, призывая к молчанию. И только потом я услышала этот голос, от звука которого внутри все похолодело.
Разбойники? Грабители?
Эти мысли я отмела сразу и прочно, потому что поняла истину - меня нашли. Произошло то, что предсказывала старая ведьма.
Он нашел меня.
Тот самый мальчишка, камень которого я нечаянно взяла. Мальчишка, которого я спасла от смерти. Это был он.
- Мне нужна лишь девушка, которую вы подобрали на дороге, - низкий, холодный голос, от звука которого внутри все заледенело. - Если отдадите ее, сможете отправиться дальше. Обещаю. И поверьте, это щедрый подарок с моей стороны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сжавшись, встретилась взглядом с девчонками. Обе были напуганы и таращили на меня круглые глазенки. Голос говорившего был полон равнодушного холода. Прислушавшись, различила фырканье лошадей. Кажется, телегу окружили плотным кольцом. Страшно было так, что пятки заледенели. В голове зазвенели слова ведьмы. А ведь не ошиблась, старая. Он меня нашел. И хорошо, что я ушла из города. А ведь еще сомневалась. Теперь надо сделать все от меня зависящее, чтобы эти добрые люди не пострадали.
