Читаем без скачивания Ленин в судьбах России - Абдурахман Авторханов

Троцкому удалось отговориться от народного комиссариата внутренних дел, возглавив иностранные дела, но прошло только четверть года и Ленину удалось уговорить Троцкого стать в начавшейся Гражданской войне во главе Военно-революционного совета республики в качестве наркома по военным и морским делам. Вот здесь Троцкий узнал, что еврей не он, а Ленин. Троцкий продолжает рассказ: "Когда я на второй день после переворота отказался от комиссариата внутренних дел, я ссылался на национальный момент. В военном деле этот момент мог, казалось бы, представить еще больше осложнений, чем в гражданском управлении. Но Ленин оказался прав. В годы подъема революции этот момент не играл никакой роли. Белые пытались, правда, использовать в своей агитации внутри Красной Армии антисемитские мотивы, но успеха не имели. Об этом есть немало свидетельств в самой белой печати. В издающемся в Берлине "Архиве русской революции" автор-белогвардеец описал следующий красочный эпизод: "Заехавший к нам повидаться казак, кем-то умышленно уязвленный тем, что ныне служит и идет в бой под командой жида Троцкого, горячо и убежденно возразил: "Ничего подобного! Троцкий не жид… Троцкий боевой… наш… русский… А вот Ленин, тот коммунист… жид, а Троцкий наш… боевой… русский" (там же, стр.86). Троцкий заключает: "Вопрос о моем еврействе стал получать значение лишь с началом политической травли против меня. Антисемитизм поднял голову одновременно с антитроцкизмом" (там же).

Полной загадкой остаются старания еврейских авторов сделать Ленина евреем, среди которых такой известный на Западе историк, как Давид Шуб. Они решительно доказывают, что в Ленине есть и еврей-с кая кровь по материнской линии. Меня этот вопрос никогда не интересовал, но поскольку я близко знал двоюродную сестру Ленина, урожденную Бланк (по мужу Залежская), то я, ссылаясь на ее рассказы, отводил в своих "Мемуарах” гипотезу о еврейской крови Ленина. Поскольку теория о "четверти еврейской крови" Ленина нашла дорогу и к сердцу других писателей, то стоит присмотреться поближе к их аргументам. После второй мировой войны на страницах эмигрантской печати в Нью-Йорке развернулась дискуссия о национальном происхождении Ленина. Первым заговорил на эту тему известный эмигрантский публицист П.Берлин в большой статье в газете "Новое русское слово". Он доказывал, что дедушка Ленина по матери Александр Давидович Бланк родом из Одессы, был крещеным евреем и что в Синоде якобы нашли дело о переходе его в православие. Против этого утверждения выступил Н.Валентинов в "Новом журнале" (№ 61, 1960) со статьей о предках Ленина. Возражая П.Берлину, Валентинов писал: "Трудно допустить, что в начале 19-го столетия, при Николае I, еврей мог быть в Петербурге семь лет полицейским врачом. Уже совсем нужно отвергнуть мысль, что еврей, даже крещенный, мог в то время стать владельцем крепостных душ. Мало согласуется с его еврейством женитьба на немке Анне Ивановне Грошопф из состоятельной и по тем временам очень культурной семьи". Против Валентинова и в защиту П.Берлина в том же "Новом журнале" (№ 63, 1960) выступили два автора: один под псевдонимом "Историк", а другой Д.Шуб. Последний, ссылаясь на авторитет еврейского историка С.М.Гинзбурга, который будто изучал после Октября дело Александра Бланка в архиве Святейшего Синода, из чего он, якобы, узнал, что Бланк крещеный еврей. Однако, аргументы Берлина, "Историка", Шуба и Гинзбурга в пользу еврейской крови в Ленине весьма шаткие и совершенно бездоказательные. Вот главные их аргументы. "Историк" пишет, что несогласен с Валентиновым, что Александр Бланк не еврей: "Заглянув в энциклопедию, я выяснил, что фамилия Бланк — еврейская… Немцем он не был, и имя, и фамилия не немецкие…. Он забывает, что переход в христианство (хотя бы и в лютеранство) зачеркивал еврейство и давал все права службы… При Николае І чин III класса уже давал потомственное дворянство… Доктор Бланк, наверное, дослужился до статского советника. Ничего не мешало ему приобрести имение с крепостными в Казанской губернии, (где никто не знал его одесских родных…). Итак, нужно согласиться с П.Берлиным, что Александр Давидович был евреем". Все это фантазия, а не факты. Имя Александр встречается и у немцев (знаменитого немецкого ученого, придворного саксонского курфюрста Гумбольдта звали Александром, первый военный министр ФРГ носил фамилию Бланк и был чистокровным немцем). Отца Александра звали не Давидом, а Дмитрием. Такого же рода и аргументы Давида Шуба. Автор говорит, что собирая материалы для своей книги о Ленине, он особенно заинтересовался дедом Ленина Александром Бланком после того, как прочел в воспоминаниях старшей сестры Ленина, Анны Ульяновой-Елизаровой, что ее бабушка (мать матери), то есть жена Александра Бланка была лютеранского вероисповедания, и, почти не зная русского языка, всегда говорила по-немецки. "Среди моих знакомых в России и Америке, продолжает Шуб, было несколько Бланков и все они были евреи. Я искал в разных энциклопедиях… и не нашел ни одного Бланка не еврея”. Автор далее говорит, что для окончательного выяснения вопроса он обратился "к известному историку русского еврейства Саулу Моисеевичу Гинзбургу”. И что же он узнал? "Гинзбург рассказал мне следующее. После большевистского переворота он работал в архиве Святейшего Синода в Петрограде. Он изучал там материалы о еврейских "кантонистах" и о взрослых евреях, добровольно принявших православие. О каждом из них в Синоде было особое "дело". В одной из таких папок были и документы о еврейском фельдшере из Одессы по имени Александр Бланк… Гинзбург собирался снять копии со всех документов из папки Александра Бланка… Кто такой Александр Бланк, он не имел понятия. Но вот из Москвы вдруг приехала специальная комиссия, которая изъяла дело Бланка и увезла в Москву. Архивариус Синода рассказал ему, что увезенная в Москву папка — это документы о "деде Ильича". Отсюда Гинзбург заключил, что дедушка Ильича был еврей, добавив, что, вероятно, и бабушка Ленина тоже была еврейкой, и говорила она вовсе не по-немецки, а на идиш". Последнее предположение Гинзбурга даже Шуб отводит, говоря, что "прочитав статью Валентинова и вышедшую в 1960 г. в Москве книгу "Молодые годы Ленина", я убежден, что бабушка Ленина действительно была немкой, а не еврейкой. Что же касается ее мужа Александра Бланка, несомненно, что он был еврей". Никаких фактов нет, которые поддавались бы проверке, есть фантастические предположения, основанные на таких же фантастических рассказах. Да и аргументы, что все знакомые из жизни и из энциклопедии Бланки — евреи, явно несостоятельны. Однако свой самый серьезный аргумент Д.Шуб сообщил в конце статьи: "Теперь я еще больше, чем раньше, убежден, что Александр Бланк, дед Ленина, был именно бывшим одесским фельдшером Александром Бланком и что Ленин и его родные знали это". Откуда же это убеждение? Вот откуда: "В разговоре с Максимом Горьким Ленин ему однажды сказал: "Умников мало у нас. Русский умник почти всегда еврей или человек с примесью еврейской крови”. (М.Горький, "Владимир Ленин", Ленинград, 1924 г., стр.20). Автор, вероятно, хочет сказать, что тут Ленин намекал на себя, "умника с еврейской кровью". Свой окончательный вывод Шуб сформулировал в следующих словах: "Валентинов установил, что в Ленине была славянская, немецкая, шведская и калмыцкая кровь. К этому надо прибавить — и еврейская… Я убежден, что именно потому, что Александр Бланк был крещеный еврей, советские биографы скрывают, откуда он был родом. Коммунистические диктаторы не хотят, чтобы народы СССР знали, что их бог Ленин был на одну четверть евреем". Поэтому, говорит автор, пассаж об "умниках" был вычеркнут из последующих изданий Горького.

Однако, "вычеркивание" объясняется очень просто. Делая ставку на русский патриотизм в предстоящей мировой войне, нельзя было позволить даже Ленину "клеветать на великий русский народ". Русские евреи умнее самих русских — да что это, с ума сошел Ильич! Сталин исправил Ленина, назвав русский народ самым мудрым народом из всех народов СССР, а Жданов доказал против таких же космополитов, как и Ленин, что приоритеты всех прошлых великих открытий и изобретений в мире принадлежали собственно русским, которые незаконно присвоили иностранцы, а вот некоторые русские "уроды" после войны бездумно начали низкопоклонствовать перед Западом.

Почему еврейские авторы настаивают на наличии у Ленина еврейской крови, вероятно объясняется тоже очень просто: Ленин — "умник" эпохального значения. Не может быть, чтобы у такого "умника" не было еврейской крови. Это, вероятно, приятно щекочет национальное самолюбие иного еврея, если даже он антиленинист. Интересная история произошла с одним калмыцким поэтом, которому захотелось похвалиться калмыцкой кровью в Ленине. Как рассказывает А.Глезер (в книге "Человек с двойным дном"), известный калмыцкий писатель Давид Кугультинов, выкопав в архивах соответствующие документы, написал поэму о калмыцкой бабушке Ленина. В ожидании восторгов и похвал от "интернационалистов" поэт решил направить поэму прямо в газету "Правда". Но вышла неожиданная и удручающая для автора осечка — поэму отклонили. Глезер знает почему: "О, сколько хлопот с тобой, дружба народов". Народному поэту Калмыкии Давиду Кугультинову это невдомек, и он настаивает на том, чтобы напечатать в "Правде" свою поэму, в которой дедушка Ленина фигурирует как калмык, что вроде бы соответствует архивным документам. Кугультинова уговаривают не рыться в "божественной родословной". Какая разница для революции и пролетариата, кто по национальности дедушка (или бабушка) вождя?! Но поэт упрямится: Если нет разницы, то зачем скрывать?" Разница для "старшего брата", вероятно, есть. В самом деле, что получится, если начнут писать поэмы и трактаты о своей причастности к родословной Ленина немцы, шведы, евреи, монголы? Ведь у русского шовиниста, нарядившегося в костюм "интернационалиста", это вызывает неприятные ассоциации: Россией правили татары, монголы, после Елизаветы Петровны — сплошь немцы, во время Ленина — евреи, во время Сталина — кавказцы, а теперь еще выясняется, что сам вождь великой русской революции совсем не русский, а интернациональный гибрид, да еще с примесью ненавистной монгольской крови. Калмыцкому поэту не очень вежливо напомнили, чтобы не лез в родственники к Ленину.