— И ты согласна?
— У меня нет выбора. Когда ты потопил его яхту, именно с ней на дно ушла и моя свобода.
— Мне очень жаль, Мэдди. Но я все улажу. Буду усердно работать и достану денег на жилье где-нибудь в сельской местности, где он нас не сможет найти.
— Я не собираюсь бегать от таких людей, как Пакис, — твердо сказала девушка.
— Ты молодец, сестренка!
Мэдисон улыбнулась, заслышав в голосе брата неподдельное восхищение.
— А ты братишка-глупышка, — ласково сказала она в трубку.
В полседьмого вечера Мэдисон стояла в спальне перед зеркалом в полный рост, придирчивым взглядом оценивая свой наряд.
Она перерыла весь гардероб и нашла костюм, который пару лет назад надевала на «Бал легкомысленных девушек». Короткая обтягивающая юбка, черные сапоги до колен, веселенькие ажурные чулки, и тесный, на три размера меньше, чем нужно, черный топ с проглядывающим сквозь ткань кружевным вызывающим лифчиком.
Макияж тоже не отличался скромностью — ярко красный блеск, наложенный неумелой рукой, ультра синие тени. Толстая карандашная линия вокруг глаз придавала ей сходство с енотом.
Она зло усмехнулась, изучив свое отражение — настоящая проститутка!
Звонок раздался ровно в семь, и, собрав все мужество в кулак, девушка отправилась открывать дверь.
Увидев ее, Деметриус даже бровью не повел.
— Готова?
Ветер явно изменил ее парусам, поэтому выбора не было — оставалось лишь кивнуть и проследовать за ним к машине.
— Куда мы едем? — спросила она, когда они уселись в блестящий черный «ягуар».
— Думаю, моя очередь удивлять, — ответил он и выехал со стоянки.
Девушка поджала накрашенные губы, размышляя над тем, достаточно ли мудро она себя вела, чтобы контролировать ситуацию. Она начинала подозревать, что Деметриус гораздо безжалостнее, чем ей показалось вначале.
Интуиция никогда ее не подводила. Он остановил машину на Кинг-Кросс, главной улице «района красных фонарей».
Мэдисон бросила на него тревожный взгляд, когда он вышел из машины и обогнул капот. Высокий, в темных рубашке и брюках, Деметриус был очень импозантен. Дверца открылась, от дурных предчувствий сжалось сердце. Она выскользнула из машины как можно грациознее, насколько позволяли высокие каблуки, и робко остановилась на тротуаре, внезапно осознав, какие взгляды бросают на нее прохожие.
— Здесь нет ни одного приличного ресторана, — заговорила она, когда он, подхватив ее под локоть, повел по улице.
— Я знаю.
Она споткнулась о край тротуара, и он крепче сжал ее руку.
— Куда мы идем?
— Сюда.
Он провел ее в обшарпанный ночной клуб с вешалкой в виде палки и танцовщицами-стриптизершами. Мэдисон почувствовала, как жар окрасил щеки, когда они остановились у столика, напротив которого у шеста извивалась миловидная блондинка.
— Что бы ты хотела выпить? — спросил Деметриус.
— Что-нибудь, — отрезала она.
Появился прилизанный официант и, бросив на Мэдисон поверхностный взгляд, принял заказ на аперитив. Пока Деметриус разговаривал с официантом, она тихо сидела, боясь пошевелиться от отчаяния.
— Как прошел день? — спросил Деметриус, откидываясь на спинку стула.
— Прекрасно.
Блондинка явно решила, что Деметриус самый привлекательный мужчина в зале и, проходя мимо, взъерошила его темные волнистые волосы, бросив на Мэдисон откровенно вызывающий взгляд из-под пушистых ресниц.
— Премилое местечко, — сказала Мэдисон, делая большой глоток, продолжая упрямо игнорировать действия танцовщицы, прижимающейся своим бедром к колену Деметриуса.
— Да, думаю, здесь ты можешь чувствовать себя как дома, — съязвил он, потянувшись за своим стаканом.
— А вы сюда часто заходите? — парировала она.
— Не часто, изредка. — Мужчина одарил танцовщицу одобрительной улыбкой.
— А еду, они подают? — спросила Мэдисон, когда танцовщица двинулась дальше. — Я голодна.
— Допей свой коктейль, я отвезу тебя в «Отто» в заливе Вуллумулу.
Худшего наказания не придумаешь, решила Мэдисон, — отвезти девушку в наряде проститутки в один из самых фешенебельных и престижных ресторанов Сиднея. Стоило признать, что она недооценивала Деметриуса Пакиса. Очевидно, в этот вечер последнее слово останется за ним.
Она поднялась и пошла за своим мучителем, сохраняя остатки достоинства, на которые еще была способна, хотя осознавала, что худшее еще впереди.
Так и случилось.
Прекрасные здания у обновленного причала в бухте Вуллумулу открывали свои двери лишь богатым и элегантным клиентам, обещая великолепную кухню и первоклассное обслуживание.
Мэдисон желала, чтоб земля разверзлась и поглотила ее, Деметриус же настроился получить удовольствие и отдохнуть.
Взгляды присутствующих обратились к ним, они жалили и жгли, и Мэдисон уже была готова броситься в темную воду залива.
— Мистер Пакис, желаете взглянуть на карту вин?
Деметриус положил на колени салфетку и откинулся на спинку стула.
— Не стоит беспокоиться, — ответил он. — Принесите нам лучшего шампанского. Мы празднуем нашу свадьбу.
Официантов в ресторане вышколили отлично, он даже бровью не повел.
— Мои поздравления, мистер Пакис.
Девушка робко улыбнулась официанту и сделала вид, что полностью поглощена изучением меню.
— Примите мои самые сердечные поздравления, сэр. Надеюсь, вы будете счастливы.
Деметриус самодовольно улыбнулся официанту в ответ.
— Я намереваюсь быть очень счастливым. — И уточнил: — Очень, очень счастливым.
Мэдисон дождалась, пока официант отойдет, и прошипела:
— Вы что, с ума сошли? Этот человек подумает, что вы женитесь на проститутке! Завтра все газеты раструбят об этом!
Он удобнее уселся на стуле, лениво изучая свою спутницу.
— Но ведь именно этого ты и добивалась?
— Нет! Я хотела преподать вам урок, вот и все.
— Если ты забыла, я тот, кто потерял дорогую яхту. Из-за твоего глупого упрямства и желания защитить братца ты и попала в такое положение. Скажи, где он, и я тут же отменю свадьбу.
Мэдисон уставилась в свою тарелку. Выдай она адрес Кайла, тот и охнуть не успеет, как окажется в тюрьме. Может ли она спасти себя такой ценой?
— Я никогда не скажу вам, где мой брат, даже под угрозой пытки. — Она бесстрашно взглянула на Демериуса.
Мужчина взял со стола стакан, его темные глаза угрожающе засверкали.
— Не искушай меня, Мэдисон.
Девушка опустила глаза и уставилась на белую скатерть, сердце ухало в груди, как сова в глухом лесу.
