Читаем без скачивания Петра. Часть II - Алла Добрая

Светловолосый Антонио подал ей руку. Петра взглянула на Джанни, желая проверить свои мысли, но он будто специально поворачивался к ней спиной, доставая чемоданы.

Петра зашла в номер первой, сразу подошла к окну, и посмотрела вниз.

Оба итальянца курили возле машины. Джанни прислонился к передней дверце, поставив каблук лакированной туфли на подножку машины. Руки – в карманах брюк, взгляд черных глаз устремлен вниз. Антонио что-то говорил, выразительно жестикулируя. Петра приоткрыла окно. Высоко. Невозможно разобрать ни слова, да и ее познаний в этом мелодичном языке явно не достаточны.

Она уже прикрыла окно и хотела опустить штору, когда снова, также неожиданно, поймала черноглазый взгляд Джанни. Почти не изменив положения головы, он поднял глаза вверх и уперся взглядом в окно, где стояла Петра.

Теперь он не улыбался. Холодный, жестокий взгляд. «Чем я ему так не понравилась…».

Еще три секунды и оба синьора сели в машину, уехав прочь.

Всё, что успела почувствовать Петра в эти мгновенья, заставило ее занервничать. Она не видела никакой связи, но ощущения были идентичны московским, трехмесячной давности.

Она вздрогнула, когда почувствовав на спине руки Дениса.

– Что такое? – Он развернул Петру к себе. – Что тебя напугало?

– Странные у тебя коллеги, не находишь?

– Почему странные? Нормальные коллеги. Джанни, конечно, несколько экзотичен. Но ведь он итальянец, дорогая, что ты хочешь. Коренной сицилиец. Кореннее просто не бывает, – смеялся Денис. – А Антонио чем тебе не понравился? Красавец мужчина. Глядя, как он тебя обхаживает, я даже подумал, не стоит ли начать ревновать.

– У этого волосатого Джанни такой взгляд, будто он только что спустился с дерева и ему срочно надо кого-то съесть. Причем сделать это он готов с большим удовольствием и даже улыбкой.

– Какая же ты фантазерка, Петра! Они оба полицейские. Причем в довольно высоких чинах.

Денис развернул Петру к себе лицом.

– Послушай, – продолжил он серьезно, – мы, конечно, мало знаем друг друга, но ты должна мне полностью доверять. Слышишь Петра? Теперь тебя никто никогда не обидит. Со мной тебе не должно быть страшно, все мысли о прошлых неприятных моментах ты должна выбросить из головы. Я прекрасно понимаю – то, что произошло в Москве, не могло не отразиться на тебе. Другая женщина вообще не знаю, как бы отреагировала. А ты молодец – вела себя очень достойно, порой, даже воинственно.

Денис начал вспоминать, как выглядела Петра, когда он увидел ее впервые, и она засмеялась.

– Это было ужасно, я представляю, – сказала Петра.

– Совсем нет! Ты набрасывалась на бедного сержанта, как амазонка. Если бы в руках было копье, не жить бы ему, точно!

– Если серьезно, меня эта история до сих пор не отпускает. Мне в Москве вечно мерещилась BMW этих бандитов. Я себя постоянно ловила на мысли, что высматриваю похожие машины, – огорченно добавила Петра.

– Все, перестань. Все уже давно сидят по камерам, а мы забыли об этом, да? – как ребенка уговаривал ее Денис. – Милая моя, дорогая, самая лучшая, никто и никогда тебя больше не обидит, запомни.

«Никогда», – мысленно повторила Петра. – Никогда не говори никогда».

На террасе с чудным видом на море ветер пытался вырвать из зажимов края ажурной скатерти.

Номер поражал высотой потолков, размахом и винтажным дизайном: необъятные полати под сводчатым потолком пуантилистского окраса, тюлевые ажурные шторки, сундук из гнутого железа, тумбочки и металлическая кровать, древняя, и при этом невероятно удобная.

– Грацие, синьор, – поблагодарила Петра, улыбнувшись официанту, доставившему заказ в номер.

Итальянцы любят, когда иностранцы говорят на их языке. Вот и официант, приняв чаевые, выкатывал с террасы сервировочный столик, раскланиваясь и рассыпаясь в комплиментах. Слово комплименти, прозвучало за минуту шесть раз. Он удалился лишь, когда из ванной вышел Денис, бросив на него недовольный взгляд.

– Принцесса, за тобой надо постоянно следить. Ни один мужчина не проходит мимо равнодушно.

– Я дала ему хорошие чаевые и сказала пару слов на его родном языке. – Ответила Петра.

После сытного обеда, заменившего им завтрак, Петра налила Денису кофе в маленькую чашечку.

– Как они могут пить кофе такими порциями, не пойму. Один глоток и его нет. В такую чашку даже молока не добавишь.

– Итальянцы в это время не пьют кофе с молоком. Капучино они позволяют себе только до обеда.

– Плевать мне на их традиции. Мы русские, живем и пьем так, как нравится нам. Посмотри, пожалуйста – в буфете, кажется, есть большие чашки.

Петра перелила кофе в большую чашку, добавила теплых сливок, и поставила перед Денисом.

– Спасибо. Вот это кофе, я понимаю, – сделав пару глотков, довольно произнес он. – Петра, я заказал билеты на завтра. Мы прилетим в полдень по Москве. У меня встреча, пропустить не могу. А значит, остается всего один день в этой прекрасной стране.

Петра внимательно посмотрела на Дениса. Он даже не вспомнил, о том, что она тоже говорила ему о своих делах, и не подумал поинтересоваться, во сколько на работе должна быть она.

Она опустила глаза, и стала задумчиво разглядывать дно кофейной чашки.

– Что ты там увидела, милая? – Денис, закурив, подошел к ней, и взглянул через плечо. – Гадаешь на кофейной гуще? Дай-ка я посмотрю.

Он взял из ее рук чашку.

– Так, так, интересная картинка. Вот это, видимо, море. Это – профиль, явно женский. Думаю, это ты. Ты что-то держишь в руках, видишь? Что-то квадратное, по-моему, – улыбался Денис.

– У тебя богатая фантазия, – улыбнулась Петра. – Я вижу только кофейные дюны.

– Мы всегда видим то, что хотим видеть.

Он с удовольствием потянулся, глядя на море.

– Итак, поскольку сегодня заключительный день нашего итальянского путешествия, нельзя терять ни минуты! Мы и так проспали до обеда. Предлагаю срочно отправиться на море, а потом я покажу тебе один католический собор. Красивый. Тебе понравится.

– Ты только посмотри – в одном месте сосредоточено почти семь километров чистого золота, – восторгался Денис. – Я здесь бываю каждый приезд, но не перестаю удивляться. Даже сами итальянцы не знают точно, сколько благородного металла было потрачено на этот собор. Но это точно тонны.

Они вышли на улицу. Перед входом остановилась пара пожилых итальянцев. Дама с тщательно уложенными седыми волосами вслух зачитывала мужу дни, когда собор открыт для доступа.

– Слышишь, как интересно у них звучат дни недели? – спросил Денис Петру. – Знаешь, как я их запоминал? По именам планет первой величины. Вот слушай: Лунеди – День Луны. Мартеди – день Марса. Мерколеди – день Меркурия. Джоверди – день Юпитера. Венерди – день Венеры. Sabato, или Шаббат. Здесь я не понял, причем в Италии еврейский Шаббат, но так запомнил седьмой день недели, напоминающий нашу субботу. И, наконец, воскресенье – Доменика, День Господня. Совсем не сложный язык. Хочешь его выучить? – предложил Денис и добавил, как, всегда не дожидаясь ее ответа. – Я помогу тебе.

– Спасибо, – тихо произнесла Петра, но Денис не слышал ее.

– Выйду на пенсию, уедем жить в Италию, на этот обалденный остров.

Все чаще его вопросы звучали риторически, а решения были давно приняты, и, разумеется, без участия Петры.

Они зашли в маленькую мастерскую недалеко от собора, где с двенадцатого века делали мозаику, которой внутри и был отделан собор. Им позволили своими руками собрать картинку из разноцветной мозаики. Петра выкладывала одну сторону, Денис другую. Увидев картинку, они рассмеялись. Получилась странная компиляция. Петра выложила что-то вроде летящей птицы, а у Дениса получился то ли кулек, то ли клетка.

– Это золотой капканчик, в который попалась моя жар-птица, – прошептал он ей на ухо.

Вдоволь нагулявшись по городку, они возвратились в отель.

– Сегодня будет необычный вечер.

– Не пугай меня, Денис. От твоих сюрпризов я уже два дня в состоянии переменного шока, – пыталась улыбнуться Петра.

– Этот тебе понравится точно. Стоп, а что первый не понравился? Ты недовольна, что сейчас со мной в Италии? – воскликнул Денис.

– Довольна, довольна. Но ты меня ошарашил этой поездкой. Это было полнейшей неожиданностью, ведь не поспоришь?

– Согласен, я могу удивить любимую женщину. Нет, нет так – могу я удивить любимую женщину? Имею я право быть волшебником для своей любимой женщины?

– Имеешь, – весело согласилась Петра. – И что приготовил сегодня мой персональный волшебник?

– Значит так. У тебя есть два часа на сборы. Ровно в семь ты должна выйти из отеля и сесть в карету, которая будет ждать тебя у входа.

– Можно вопрос? – как прилежная школьница, Петра подняла руку.

– Слушаю, – подыграл ей Денис.