Он огляделся. Деревья расступались, образовав небольшое свободное пространство, сейчас заполненное группой сплавщиков. По обе стороны стояли два высоких столба, на поверхности которых были глубоко вырезаны непонятные знаки, не то символы, не то руны. Андрей попытался обойти толпу слева, и, нагнувшись под ветку дерева, машинально опёрся на один столб рукою.
Как только ладонь соприкоснулась с деревянной поверхностью, промелькнула яркая вспышка и его тело пронзила дикая боль. Он выгнулся, раскрыл рот в безмолвном крике, глаза закатились так, что видны были лишь белки. Тело затряслось в конвульсиях, тысячи мелких ледяных иголок терзали его, причиняя невыносимые мучения. Встав на цыпочки, он выгнулся еще сильнее, голова запрокинулась так, что затылок почти касался лопаток.
— Ты чего, Андрюха? — растеряно спросил Гена. Все расступились, образовали полукруг, в центре которого молча выгибался дугой Андрей, опираясь на столб.
Подошел Сашка. Увидев Андрея, закричал, и с рюкзаком наперевес ринулся на друга. Он с силой толкнул его, сбивая с ног, и упал вместе с ним на землю.
— Андрюх, ты чего… — бормотал Сашка, вставая на колени и тряся его за плечи.
— На, водой его полей, — протянула бутылку с водой Татьяна.
— Что здесь произошло? — подбежал запыхавшийся Степан, опустился рядом и заорал на столпившихся, — А ну разойдитесь, ни черта не видно из-за вас.
Он взял бутылку и осторожно тоненькой струйкой полил на лицо Андрея. Тот замычал, задёргался, открыл глаза, и Сашка страдальчески охнул. Один глаз Андрея смотрел в левую сторону, другой — в правую.
— Ш-ш-што… Что прр-р-р-роизошло? — он попытался сесть, но голова сильно закружилась и он опять лёг на землю.
— Это ты нам расскажи, — сердито ответил Степан. — Ты всех тут перепугал. У тебя что, эпилепсия?
— Н-н-нет, н-нету у м-м-меня эппп… эппп… Н-нету у м-меня н-н-ничего… М-м-меня т-т-током удар-рило. От с-с-столба…
— Током? — недоверчиво спросил Степан. Он передал бутылку с остатками воды Саше, поднялся, подошел к столбу, обошел его вокруг. Приложил руку. Андрей дернулся, предупреждающе замычал, но ничего не произошло. Степан обернулся на него, пожал плечами, подошел ко второму столбу. Так же обошел вокруг, и приложил ладонь. Ничего.
— Они деревянные. Дерево не проводит ток.
— Ну ч-что-ттто ж-же м-меня удар-рило…
— Может, у тебя и правду, была скрытая эпилепсия, а тут под действием стресса она проявилась.
— С-сам ты… — оскорбился Андрей. С помощью Саши он осторожно поднялся на ноги. Голова еще кружилась, болело всё тело, ноги подкашивались, но он упрямо сделал несколько шагов вперед.
— Жить будешь, — резюмировал Степан. — Ну что тут у нас? Чего звали?
Костя отступил в сторону и вытянул вперед руку, приглашая посмотреть самому. Открывшаяся картина напоминала иллюстрацию к книге древнерусских сказок. В центре большой, идеально круглой поляны стояла изба. Большая, добротная, сложенная из обработанных брёвен, с широкой, опоясывавшей дом террасой и маленькими оконцами с мутными стеклами. Возле дома стояло раскидистое дерево, под стенами росли густые заросли невысокого кустарника, сплошь усыпанного голубыми цветками. К крыльцу на террасу вела хорошо утоптанная тропинка. Справа от избы на голой, потрескавшейся от недостатка воды, земле стояли три деревянных истукана. Они изображали не то людей, не то животных, с такого расстояния не разобрать. Слева от дома находилась глубокая траншея, отрезающая поляну с домом от густого леса.
Андрей, еще чувствуя дурноту, с помощью Саши дошел до ближайшего дерева и опустился на землю. Рядом с ним присела Вероника, участливо заглядывая в глаза. Её жалость внезапно разозлила Андрея, и он с трудом сдержался, чтобы не накричать на девушку.
Павел с ребятами прошлись немного по тропинке, оглянулись на Степана. Тот раздумывал, перекатывая во рту сигарету.
— Избушка, избушка! — шутливо крикнул Гена. — Повернись к лесу задом, а ко мне передом…
Андрей невольно улыбнулся, но вдруг замер. Протяжный стон раздался будто бы из самой глубины земли. Налетел ветер, зашелестели листья, согнулись ветки деревьев. Дом заскрипел, что-то громко хлопнуло, шумно взлетели птицы с крыши. Вероника открыла рот и схватила Андрея за руку. И тут же всё стихло.
— Что это было? — шёпотом спросила Вероника.
— Стойте здесь! — приказал Степан, бросил уничтожительный взгляд на Геннадия и добавил: — И давайте без глупостей. Орать дома у себя будешь.
Обиженный Гена отошел в сторону, что-то бурча себя под нос подошел к Андрею и, потеснив Веронику, сел рядом.
Степан скинул рюкзак, подобрал с земли увесистую палку, перехватил её поудобнее за тонкий конец и пошел к дому. Приблизившись вплотную, он остановился, оглядел избу со всех сторон. Подошел к окну, поднялся на цыпочки, пытаясь заглянуть внутрь, но тут же с досадой покачал головой — сквозь мутное стекло ничего не было видно. Вернувшись к крыльцу, он осторожно, пробуя каждую ступеньку ногой на прочность, поднялся, постучал палкой по массивным перилам, прошелся по террасе. Вернулся к двери, взялся одной рукой за деревяную ручку и потянул на себя. Дверь не поддавалась. Тогда он поставил палку на крыльцо, прислонив её к перилам, двумя руками покрепче ухватился за ручку и рывком распахнул дверь. Поднял палку, постоял на пороге, чтобы глаза привыкли к темноте и шагнул внутрь.
Андрей вытянул шею, пытаясь рассмотреть, что он там делает, но ничего не увидел.
— Вам не кажется, что Степан оборзел? — с обидой в голосе спросил Геннадий. — С чего он решил, что он тут главный?
— Нуууу, он инструктор, должен тут всё знать, — пожала плечами Вероника, — он же рассказывал, что больше трех лет сплавом занимается.
— Больше трёх лет занимается, а нас завёз невесть куда, сколько народу погубил, — зло бросил Гена.
Степан показался в дверном проеме, и Саша зашикал, чтобы все помолчали.
— Всё норм, — крикнул инструктор и махнул рукой, — заходите.
Ребята оживленно загалдели, потянулись к избушке. Вероника вскочила со своего места, посмотрела на Андрея, на дом, и, решившись, побежала за остальными. Андрей осторожно поднялся, сделал несколько шагов и решил, что идти сможет.
На полпути к дому увидели Лиду. Она стояла перед деревянными истуканами и рассматривала их. Саша толкнул локтем Андрея, глазами указав на девушку, и тот согласно закивал. Они подошли и встали рядом.
Скульптуры, вырезанные из дерева искусным резчиком, стояли полукругом. Самая маленькая изображала
