стал подходить к этим работягам. Оба заметили надвигающуюся на них угрозу, вскочили, но не успели остановить быстро наскочившего на них, разъярённого и крепкого молодого парня. Миша без размаха, быстро ударил одного в подбородок, того самого, который ему посмел дерзить. Тот сразу осел на пол, потеряв сознание. Его напарник был немного проворнее и уклонился от следующего удара Миши. Он навалился на обидчика всем телом (размеры и вес, по сравнению с Мишей, позволял это сделать), и попытался завалить его, что в принципе получилось. Миша всеми силами пытался вырваться из цепких рук здоровяка, который обхватил его двумя руками и не давал встать. Он вырвал одну руку и принялся всячески бить по лицу этого верзилу, но тому было хоть бы что. Тогда он ударил того ребром ладони по горлу и захват немедленно ослаб. Миша вылез из-под кашляющего и задыхающегося гиганта, стоящего на четвереньках. С размаху ударил ногой под рёбра. Тот упал, и, согнувшись, застонал. Миша мигом выскочил из строящейся квартиры, побежал к машине. Согнулся, упёрся руками в колени, пытаясь отдышаться. Ему самому было не понятно, зачем он всё это затеял, но после всего того, что с ним произошло, эта драка немного его отвлекла и привела в себя.
«Что всё это значит? Это какой-то розыгрыш? Он уже немного затянулся. Что же делать? Куда теперь идти? – Миша не знал, что теперь можно предпринять и к кому обратиться за разъяснениями – Нужно скорее валить отсюда, пока те двое не пришли в себя и не натравили на меня кого-то ещё, или хуже того, полицию».
Миша запрыгнул в автомобиль и помчался в сторону родительского дома. Нужно было хоть с кем-то поговорить. Родителей он не хотел вовлекать в свои проблемы, тем не менее он хотел их увидеть. Звонить он им тоже пробовал, но телефон не хотел звонить, почему то, никому, хотя работал отлично. Миша как обычно мчался через весь город на большой скорости, размышляя о своих возникших проблемах. Дорога заняла не более получаса, было полно пробок, которые всё больше раздражали нетерпеливого Михаила.
И вот он, родительский дом. Миша быстро вышел из машины и позвонил в звонок калитки. Сначала никто не открывал, и в ожидании, секунды тянулись очень долго. Но вот дверь открылась, и из неё показалось довольно милое женское личико.
– Здравствуйте. Вам кого?
– Здравствуйте. А Иван Иванович и Валентина Андреевна дома? И Кто, собственно говоря, Вы?
– Хм, ну кто такие Иван Иванович и Валентина Андреевна я не знаю, а я, собственно говоря, хозяйка дома. А кто Вы такой?
– Как хозяйка дома? Что Вы мелете? – Миша оттолкнул молодую женщину и забежал во двор. Подбежал к дому, попробовал открыть и крикнул. – МАМ, ПАП! Вы дома?
Опешившая женщина стала возмущаться и кричать на Михаила – проваливайте из моего дома! Я сейчас в полицию позвоню! Сейчас мой муж с работы приедет, он Вам покажет! – Она пыталась его выгнать, схватила какую-то палку и стала ей угрожать, – уходите из моего двора, иначе я Вас ударю. Я сейчас буду кричать, сбегутся все соседи и тогда Вам не поздоровится.
Миша стоял как вкопанный и смотрел на неё. Он стал озираться по сторонам, но не узнавал расположения всего, что находилось на территории двора, всё было иначе. Мать любила расставлять много горшков со всевозможными цветами во дворе. Дерево, которое росло за домом и которое было видно с улицы, теперь отсутствовало. Не было и старой «Волги» во дворе, а также разложенных запчастей и инструментов, которыми отец пользовался всё время. Да и вообще всё вокруг выглядело не так, как привык видеть Миша, приезжая в гости в родительский дом. Всё это было странно и не понятно. Поэтому Миша решил пока отступить, чтобы позже разобраться во всем.
– Извините, я видимо ошибся, не нужно кричать, не нужно ругаться, я уже ухожу. – он быстро вышел со двора и дверь мгновенно за ним закрылась.
2
Миша сел в машину, постарался немного успокоиться и стал размышлять. Что бы он не узнавал, куда бы не пошёл или поехал, то всё более запутывался. Жена его, почему-то, не принимала. Да и изменилась она, как внешне, так и характером. Родительский дом он бы ни с чем бы другим не спутал, но, тем не менее, там жили какие-то другие люди, даже убранство во дворе поменялось. Хотя у родителей дома он был всего пару дней назад. Плюс к тому же у отца всегда во дворе был любимый пёс. Сейчас никакой собаки и в помине не было. На работе вообще нет никаких следов недавнего пребывания Миши и его бригады. Да ещё и шороху он там, конечно, навел недавно. Поэтому на работу точно ни ногой. Пока и без неё хватает проблем не решённых. Родителей, пожалуй, можно тоже поискать попозже. Остается Лена. Нужно ехать домой и постараться разобраться и поговорить с ней. Может быть тогда всё разъяснится. А то в голову начинают закрадываться уже всякие не хорошие мысли. Хотя, почему начинают? Они уже давно там, со вчерашнего вечера. И с каждым разом становится всё более жутко.
Решено! Миша поехал снова домой, хотя надо заметить, не торопясь и размышляя, что же он будет говорить жене, с чего начнёт разговор и старался предугадать всяческие ходы развития их беседы. Время близилось к обеду, когда Михаил стоял возле своего дома и пытался различить хоть какое-то движение за занавесками. Сразу идти домой он не хотел, опасаясь вновь не адекватной реакции. Хотя не адекватная она лишь с его точки зрения. Прождав безрезультатно полчаса, он решился всё же постучать в окно. Никто не отозвался. После пары попыток, он всё-таки решился на следующий шаг и, зайдя во двор, попробовал открыть дверь. Естественно, было закрыто. Что ж, оставалось ждать, когда появится Лена.
Соседи у семьи Серовых были не очень разговорчивые. В последнее время многие люди стали более дикими, замкнутыми, никому не доверяющими. И эти были не исключением. Хоть Миша и пытался в своё время наладить контакт то с одними соседями, то с другими, но они всё равно были отстранёнными, не желающими никакой дружбы. Тем не менее многие друг о друге знали, где и что у кого в семье происходит, по крайней мере поверхностно. На то они и соседи. И Михаил решил поговорить с одним соседом, живущим ближе всех. Он знал, что тот практически всегда дома и не прочь выпить. Поэтому Миша пошёл
