— А что за задание?
— А, так тебя не ввели в курс дела? Ну, задание — это небольшое утомительное путешествие назад, в историю — но не в ту уютненькую историю, о которой ты читал в книжках, когда был маленьким. Нет, тебя бросают назад в дикарские доисторические времена...
— Это невозможно!
— Да? Ты ведь видел сегодня этих двух больших парней-блондинов? Как по-твоему, с чего бы они щеголяли с такими косами? А все потому, что они предпринимают поездочку в те времена, когда мужчины носили косы, и у них были топоры, достаточно большие, чтобы раскроить человеку череп! А Ходаки и его партнер... Слышал когда-нибудь о монголах? Ты, может, и не слышал, но когда-то они прошли почти через всю Европу.
Росс глотнул воздух. Он вспомнил, на ком он видел косы, как у воинов, — на викингах! А монголы, да... то кино, о ком-то по имени Хан... Чин Гис Хан! Но вернуться в прошлое — это же невозможно!
Еще он вспомнил изображение, которое видел сегодня, с охотником, убившим волка, и человеком с лохматыми волосами, который был одет в кожу. Ни один из них не принадлежал к его миру. Неужели Курт говорил правду? Яркие воспоминания Росса о сцене, свидетелем которой он стал, делали рассказ Курта более убедительным.
— Предположим, тебя посылают во времена, где незнакомцев не любят, — продолжал Курт. — Вот тут тебе и попадет. Это и случилось с Гарди. И это никому не нужно — совершенно не нужно!
— Но зачем?
Курт фыркнул.
— Этого они тебе не говорят до самого твоего первого задания. Я и знать не хочу, зачем. Но что я знаю, так это то, что не собираюсь отправляться в какое-нибудь жуткое место, где дикарь может проткнуть меня копьем, просто чтобы доказать то или другое майору Джону Келгариесу, или Миллайрду, или обоим. Я сначала попробую свой план.
Настойчивость в протесте Курта перенесла Росса через границу сомнений. Он тоже попробует бежать на кошке. Он знал только этот мир и это время, и у него не было желания быть засланным в другое.
Как только Росс принял решение, Курт стал торопить его приступить к делу. Оказалось, Курт прекрасно знал, как все устроено на базе. Дважды им преграждали путь закрытые двери, но лишь на минуту, потому что у Курта было крошечное приспособление, спрятанное в ладони, которое нужно было всего лишь подержать над замком, чтобы дверь открылась.
В коридорах было достаточно светло, чтобы не затруднять их продвижение, но комнаты не были освещены, и Курту дважды пришлось вести Росса за руку, уклоняясь от мебели или установок с уверенностью человека, который часто проделывал этот маршрут. За время этого перехода мнение Росса о способностях его спутника поднималось все выше и выше. Он начал думать, что ему действительно повезло с обретением такого партнера.
В последней комнате Росс с готовностью последовал указаниям Курта надеть меховую одежду, которую Курт ему протянул. Размер не слишком-то подходил, но, надо полагать, Курт выбрал наиболее подходящее. Наконец последняя дверь открылась, и они вышли в полярную зимнюю ночь. Рука Курта в рукавице сжала руку Росса, потянув его за собой. Они вместе толкнули дверь ангара, чтобы добраться до средства их спасения.
Кошка была ему не знакома, но у Росса не было времени ее изучать. Курт подтолкнул его в кабину и сунул в руки очки для ночного видения.
Над ними закрылась пластиковая крышка люка; заведенный Куртом, ожил мотор. Должно быть, кошка едет на максимальной скорости, подумал Росс. И все же казалось, что по залитой лунным светом дорожке, которая уносила их от снежной насыпи, маскирующей базу, они с трудом продвигались не намного быстрее пешего.
Какое-то время Курт держал курс прямо от исходного пункта, но вскоре Росс услышал, что он медленно считал, как будто бы отмеряя что-то. На двадцати семи кошка резко повернулась вправо и описала широкий полукруг, а затем, когда Курт досчитал до двадцати, повторила его таким же поворотом в противоположном направлении. Этот узор повторялся шесть раз; Россу стало трудно определить, не вернулись ли они к исходному направлению. Когда Курт перестал считать, он спросил:
— К чему эти танцевальные па?
— По-твоему, было бы лучше, если бы нас разнесло на мелкие кусочки по всей местности? — огрызнулся тот. — Базе не нужен забор высотой в две мили, чтобы держать нас внутри, а других снаружи, у них другие меры предосторожности. Благодари судьбу, что мы прошли через первое минное поле и не взорвались.
Росс судорожно вдохнул, но решил не показывать Курту, что он напуган.
— Значит, это нелегко, убежать так, как ты говорил?
— Заткнись! — Курт снова начал считать, и Россу выпало несколько моментов холодной тревоги, за которые он мог поразмыслить над неосмотрительностью поспешно принятого решения. Он уныло спрашивал себя, почему не продумал все тщательно до того, как ввязаться в это?
И снова они нарисовали на снегу плетеный узор, но на этот раз линии образовывали острые углы. Росс время от времени бросал взгляд на полного решимости человека за рулем. Как Курту удалось запомнить весь этот маршрут? Должно быть, ему действительно сильно хотелось сбежать с базы. Они медленно пробирались туда-сюда, на каждом повороте вправо или влево продвигаясь всего лишь на несколько ярдов.
— Хорошо хоть, что на кошках есть дополнительный запас топлива, — комментировал Курт во время одного из перерывов между минными полями. — А то бы мы встали.
Росс подавил дрожь. К счастью, Курт снова стал ехать прямо, повороты остались позади.
— Прошли! — ликующе сказал Курт. Но больше подбадривания не последовало.
Кошка продолжала с трудом продвигаться вперед. Росс не улавливал ни след, за которым можно было следовать, ни указательных столбов в темноте — но Курт с уверенностью вел кошку вперед. Немного позже он притормозил и сказал Россу:
— Мы должны вести по очереди — сейчас твоя.
Росс был в нерешительности:
— Ну, я могу вести машину, но это...
— Просто, как дважды два, — прервал его Курт. — Самым сложным было пробраться через минные поля, это нам удалось. Вот смотри... — Его рука заслонила освещенную приборную панель. — Вот так едешь прямо. Если можешь вести машину, то можешь вести и это. Смотри! — Он снова запустил кошку и еще раз повернул налево.
Лампочка на приборной панели начала мигать, и она мигала тем быстрее, чем сильнее они сворачивали от исходного курса.
— Видишь? Надо ехать так, чтобы лампочка не мигала — тогда ты держишь правильный курс. Если она начинает мигать, меняешь курс, пока она снова не начинает гореть не мигая. Просто даже для ребенка. Так что садись и разбирайся.
Они с трудом поменялись местами в тесной закрытой кабине, и Росс осторожно взялся за руль. Следуя указаниям Курта, он завел мотор, следя больше за лампочкой на панели, чем за темными просторами перед ним. Но через несколько минут напряжения он полностью уловил суть дела. Как Курт и обещал, все было очень просто. Последив за ним некоторое время, его инструктор издал удовлетворенное ворчание и устроился поудобнее, чтобы вздремнуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
