— Да?
— Знаете, мистер Уорд, есть прекрасное средство, если принимать его на ночь… Как же оно называется… Сейчас, у меня где-то записано.
— Ага. А потом еще одно средство — для тренировки памяти? — поддразнил секретаршу Дилан. — Спасибо, Кристи, ничего не нужно. Мне вполне хватит пиццы… то есть выпечки с кофе. И я буду ждать отчеты.
— Уже принесли свежую прессу, мистер Уорд. Хотите просмотреть?
— Да, и прессу тоже обязательно просмотрю. — Надо же ему что-то делать в этом треклятом офисе целых три часа!
Не то чтобы регулярные посещения собственной компании сильно удручали Дилана. Просто он слишком остро чувствовал, насколько эта офисная жизнь, упорядоченная и регламентированная, далека от его собственной, свободной жизни, которой он был волен распоряжаться по своему усмотрению.
В конце концов, компания тоже не далась мне даром, напомнил себе Дилан и перестал мучиться едва осознаваемыми угрызениями совести.
В который уже раз.
В небольшом кабинете, который, кроме Дилана, никто не посещал, он уселся за стол и, закинув ноги на краешек стола, потянулся рукой к процессору.
И чуть не свалился со стула.
— Кажется, я становлюсь рассеянным, — вслух произнес Дилан и даже попытался поправить несуществующие очки.
Кристи вскоре принесла Дилану кофе без сахара, как он любил, и несколько горячих слоек — с грибами, с яблоком, с мясной начинкой. Дилан с аппетитом принялся за еду.
Наевшись, он просмотрел газеты, отметив маркером заинтересовавшие его материалы, изучил отчеты, проверил свою электронную почту — рабочую и личную.
Перечень дел, которыми можно было заняться, был исчерпан.
На часах была половина одиннадцатого утра.
Можно было, конечно, пойти и в неформальной обстановке пообщаться с сотрудниками. Но Дилан остался сидеть за столом и глядеть в окно.
Реальность за окном была расчерчена тонкими полосками жалюзи.
Впрочем, это Дилану не мешало.
Поскольку он все равно видел перед собой только воображаемое лицо Паолы.
Не двадцатитрехлетней Паолы, очаровательной и непосредственной девушки, в которую она превратилась, а смешной и неуклюжей школьницы Паолы. Той Паолы, которая сама познакомилась с ним добрый десяток лет назад.
Местом их первой встречи стал обычный школьный автобус.
Забавно, но даже об этом ярко-желтом автобусе, битком набитом школьниками разных цветов и возрастов, Дилан вспоминал с симпатией.
В тот день приятель, с которым они всегда сидели рядом в автобусе, заболел и не явился в школу. Конечно, можно было подсесть к другим одноклассникам, обсудить какую-нибудь новую модель гоночной машины или последний голливудский блокбастер. Но Дилану не хотелось вставать с места, перемещаться по автобусу. Он просто слушал музыку в наушниках, глазел по сторонам и ни о чем особенно не думал.
На очередной остановке в автобус влезла шустрая девчушка. Покрутив головой, она уверенно направилась к тому ряду, в котором сидел Дилан.
Дилан с таким упоением глядел в окно, что очнулся только тогда, когда его сильно потрясли за рукав.
Он вытащил один наушник из уха и обернулся.
— Я говорю, здесь не занято? — На него с недоумением и ожиданием уставились ярко-голубые глаза.
Потом Дилан рассмотрел слегка курносый нос непрошеной собеседницы, темно-рыжие кудряшки и поразился необыкновенному сиянию, которое, как ему казалось, исходило от девочки.
Дилан даже смутился, чего обычно за ним не наблюдалось.
— Нет, не занято.
— Отлично, — объявила девочка, — тогда я сяду здесь.
— А почему именно здесь? — улыбнулся Дилан.
— Здесь не занято? — с напором переспросила она.
— Я же сказал, нет.
— Именно поэтому я тут и сяду, — поставила точку кроха.
Впрочем, никакой крохой она, конечно, не была.
Просто тогда она показалась Дилану такой трогательной и беззащитной одновременно.
Сама она, конечно, отнюдь не считала себя беззащитной.
— А почему я тебя раньше в этом автобусе не видел? — поинтересовался Дилан.
— Мы переехали в новый дом, — объяснила она, — поэтому теперь нужно ходить в другую школу.
— Понятно.
— Меня зовут Паола, — сообщила она. — Паола Хоггарт.
— Очень приятно. Я Дилан, — серьезно ответил он.
— Ты мне понравился, вот я к тебе и села.
Дилан чуть не прыснул.
Зафиксировать бы этот момент тогда, на видео например. А по прошествии стольких лет показать Паоле. Наверное, она ни за что бы не поверила, что в свое время была способна на такие скоропалительные откровения в адрес понравившегося ей парня.
Ничего, один-два неудачных опыта — и она научится хоть немного придерживать свою природную пылкость.
Девочка тем временем продолжала:
— Ты симпатичный и, наверное, очень сильный. Играешь в бейсбол?
— Могу и в бейсбол, — согласился Дилан.
— Так ты спортсмен?!
— Спортсмен. Но специализируюсь не на бейсболе.
— Как интересно! А на чем?
Дилан стал перечислять:
— Плавание, баскетбол. По баскетболу у меня разряд. Еще люблю регби… — Регби его любимая игра. Только чудом ему удалось избежать обычной травмы регбистов — сломанного носа. Зато растяжений, ушибов и прочих мелких неприятностей было предостаточно.
Паола с уважением уставилась на него.
— А давай ты будешь словно мой брат? — предложила она.
— Брат? Почему именно брат?
— Ну, ты красивый, смелый. У меня нет брата, давай ты будешь вместо него? Будешь мне как брат. Согласен?
Вот это быстрота и натиск, подумал Дилан.
Устоять перед обаянием Паолы в ее детском возрасте было невозможно, а вот изумляться непосредственности и простоте можно было сколь угодно долго.
Не дожидаясь ответа, Паола протянула Дилану руку.
— Согласен?
— Согласен, — со вздохом сказал Дилан и засмеялся. Куда ему было деваться?
— Тогда дай пять!
И они ударили по рукам.
… Прошло столько лет, а он все никак не может выйти из роли старшего брата.
Никто не мог назвать Дилана нерешительным, медлительным или, того хуже, трусом. Но в данной ситуации он ничего не мог с собой поделать. Он не мог повернуть ее в нужном направлении. Прекрасно понимая, что время работает против него, он думал, что не способен что-либо изменить в их с Паолой отношениях.
В их горячей, надежной, крепкой, неизменной, важной для обоих дружбе.
Ненавистной ему дружбе.
Дружбе, которая является источником самых нежных и противоречивых чувств в его жизни.
5
— Паола, ты там что, спишь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
