Энди вдруг перестал блуждать глазами по вывескам и присмотрелся к непальцу. Парень был невысокого роста, с красивым интеллигентным лицом и, похоже, всего на пару лет младше его. Он совсем не был похож на одного из тех уличных прилипал, которые пытаются влезть в доверие к новичку-иностранцу, чтобы выманить у него под видом дружбы подарки или деньги. Таких Энди еще тогда научился отшивать. Этот парень был другим. У него были умные черные глаза, приятная искренняя улыбка и, что немаловажно, хороший английский язык.
— Что может искать только что прибывший в Катманду турист? — спросил его Энди.
— Жилье, — быстро ответил парень. — Чтобы было дешево, чисто, уютно и тихо.
Обрадовавшись, что его так быстро поняли, Энди оживился.
— И вы можете мне что-то посоветовать?
— Могу. Комнату рядом с моей. Она только сегодня утром освободилась. Это в частном доме в двух минутах ходьбы отсюда. Я как раз иду домой, — просто добавил парень.
Энди протянул ему руку.
— Энди.
— Прем.
И, подхватив свой чемодан, Энди, следом за своим новым приятелем, свернул в переулок. А ровно через две минуты оба уже вошли через железные ворота во двор небольшого трехэтажного дома с наружной лестницей. Прем на несколько минут оставил Энди во дворе, а сам отправился на переговоры с хозяевами. Вскоре вернулся с ключом и, подмигнув, тихо сказал:
— Я уже договорился о цене. Сто рупий в день тебя устроит?
Энди только раскрыл от удивления рот. Сто непальских рупий в день было чуть-чуть больше, чем бесплатно.
Вот она, непальская непредсказуемость. Жизнь с легкостью приходит тебе на помощь, предлагая даже больше того, что ты искал.
Комната оказалась на третьем этаже и была просторной, чистой и меблированной. Полы устелены линолеумом, два окна выходят в соседний внутренний двор.
— У меня нет слов, — наконец проговорил Энди. — Я даже представить себе не мог… Спасибо.
Прем с улыбкой похлопал его по плечу и направился к двери.
— Мелочи. Устраивайся, отдыхай, а захочешь чаю — моя комната по соседству, не стесняйся.
Энди знал, что никакие слова не смогут выразить его благодарности. Город сразу одарил его чудом, и этим чудом был новый друг.
— Астрид, это ты? Наконец-то! Говори громче, а то я плохо тебя слышу! Что? Да, у нас все в порядке. А как у тебя? Одиль приглушила звук телевизора, вскочила с дивана и, прижимая сотовый телефон к уху, принялась ходить по комнате.
— Тоже все хорошо? И ты не врешь? Ты когда собираешься вернуться? Что? Не скоро? Астрид, послушай, если тебе нужны деньги на билет, я могу тебе выслать. Да, я сейчас одна. Николя уехал на раскопки, но скоро вернется. Ох, Астрид, если бы ты знала, как я волнуюсь за тебя! Ты сумасшедшая. Возвращайся домой, слышишь? Что? Пьер не отпускает? — Одиль слушала подругу и только качала головой. Наконец умудрилась вставить: — Но ты же не можешь всю жизнь болтаться с ним по миру? Тебе нужно свою жизнь устраивать, работать… Астрид! Астрид!
Но связь оборвалась. И Одиль снова уселась на диван.
— Ну что мне с ней делать? — продолжила она разговор, на этот раз сама с собой. — И где ее теперь искать? Совсем потеряла голову, глупышка. Сколько она уже с ним катается? — Она задумчиво пересчитала пальцы. — Шесть месяцев? Невероятно! Она меня доведет до горячки.
Глава 3
Энди мчался на мотоцикле по пустынной дороге. Солнце только что скрылось за вершинами гор, а это означало, что ему придется прибавить газу, чтобы добраться до Покхары, пока не стемнело. Иначе, не зная толком дороги, он может, как это уже случалось с ним не раз, сбиться с пути и заехать в какую-нибудь беспросветную глушь. Хотя и это не велика беда. Заночевать в примитивной непальской деревушке не менее романтично, чем в Покхаре в хорошем отеле.
Энди любил свою непальскую жизнь. Она была полна приятных хлопот и еще более приятного досуга. Он любил свой ресторан в Тхамеле под названием «Городской рай», который купил в основном для того, чтобы вложить деньги и обеспечить себе бизнес-визу в Непале. Ресторан приносил ему мало дохода, но зато обеспечивал заработок десятерым непальцам — менеджеру, троим поварам, четырем официантам и двоим мальчишкам-разнорабочим. Там было приятно коротать вечера, придумывая новые блюда или просто беседуя за чашкой кофе с интеллектуалом Премом, который, как оказалось, перечитал все, что можно было перечитать, и был большим любителем пофилософствовать. А еще Энди любил уезжать куда-нибудь на несколько дней, просто блуждая по стране, почти не выбирая маршрута. Ехать, куда душе угодно, встречая неожиданности и справляясь с мелкими трудностями и при этом испытывая неописуемое чувство свободы. Избитых туристических маршрутов он избегал: слишком там все организовано и скучно.
Итак, в очередной раз он колесил по нетронутым туризмом отдаленным районам Непала, преисполненный чувства первооткрывателя. День был уже на исходе, но отдаленные вершины гор еще сияли розовым перламутром, многоярусные кукурузные поля на склонах сочно зеленели, и даже сквозь рев мотоцикла можно было расслышать предзакатные трели птиц.
Дорога была почти пустой. Изредка проносился автобус, обдавая Энди клубами пыли, или легковая машина, и еще реже — такой же отчаянный мотоциклист, как он сам. И уж совсем редко вблизи какой-нибудь деревушки можно было увидеть живую душу на дороге — крестьянина или крестьянку с вязанкой дров или сена.
И все же Энди поднажал на газ. До Покхары, по его предположениям, оставалось километров шестьдесят, то есть минут сорок езды, если он, конечно, не собьется с пути. Энди знал, что ему не следует нестись на такой скорости по горной дороге, но отказаться от удовольствия было почти невозможно. Тем более что было еще не совсем темно.
Миновав очередную деревушку, Энди все же решил для безопасности включить фару мотоцикла. Луч выстрелил на темнеющую дорогу, и Энди заметил вдалеке женскую фигурку.
Непальская крестьянка, подумал он. Но, подъехав ближе, усомнился: непальская крестьянка в джинсах и кепке? Такого за шесть с половиной месяцев в этой стране он еще не видел. Значит, заблудшая туристка.
Он просигналил, но девушка не отреагировала. Она продолжала бодро шагать по обочине дороги, размахивая свободной рукой. На другом плече у нее висела большая дорожная сумка. Энди сбавил скорость и, проезжая мимо девушки, прокричал:
— Вас подбросить?
— Нет, спасибо! Я сама доберусь! — услышал он в ответ.
Интересно, куда она доберется сама? — подумал Энди. Голос ее показался ему каким-то дерзко-отчаянным, она явно сказала не то, что на самом деле думала. А кроме того, она проговорила это с французским акцентом, от которого Энди стало вдруг тревожно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
