— Куда делась эта мерзавка? — обведя комнату злым взглядом, он вышел вон, хлопнув дверью.
Кэйра выдохнула и провела ладошкой по вспотевшему лбу, ее била мелкая дрожь.
— Фух, пронесло, — прошептала она. — Что ему еще нужно этому убийцы от меня?
— Не знаю, но лучше к нему пойти, я буду с тобой, — утешил он ее.
Кэйра подскочила и, таясь, выглянула из комнаты, затем побежала в свою комнату и спрятала там карту, обнаружив в сумке мешочки, принесенные Гадюшей, а точнее, украденные.
Не успела она выйти из комнаты, как натолкнулась на злого мага. Тот схватил ее за шиворот и сильно тряхнул, возвышаясь над ней и сверля злым взглядом.
— Где ты пропадала, дрянь, почему я не чувствовал твой ошейник? Отвечай! — приблизившись к ее лицу, он прикрыл глаза и опять шумно втянул ее аромат. Он сам не понимал, почему она вдруг стала так желанна для него словно навождение. Если бы он только знал, что его привлекает ее магическая сущность, умело прикрытая Гадюшой.
— Я все еще очень слаба после вчерашнего ритуала, потеряла сознание и вот только сейчас пришла в себя. Вы же хотите, чтобы я вечером была полной сил, — выпалила она на одном дыхании свою ложь, чувствуя, как ей тошно от своих слов и его близости.
Эта ложь возымела действие, и подогрело самолюбие мага, но принесла неприятный момент для девушки. Выпустив ее шиворот из своих рук, он провел ладонью вдоль ее щеки, вызывая у нее омерзение.
— Это, конечно, похвально, такая забота о предстоящей нашей ночи, — склонился он к ее лицу, чтобы впиться в нее поцелуем. Кэйра резко шарахнулась в сторону, что очень разозлило некроманта. Схватив ее, он таки впился в ее губы. Она резко оттолкнула его и сделала пару шагов назад, готовясь ударить его магией. Усилием воли он взял себя в руки по личным соображениям, не время сейчас, ломать и приручать строптивицу. Он займется ею потом, ее реакция только распалила его похоть и желание обладать ею. Смерив ее взглядом маньяка, он произнес: — Наши планы меняются, я займусь тобой позже, когда нам никто не сможет помешать. Сейчас отправляйся в мою спальню и собери мои вещи, возможно, придется поспешно покинуть это место.
Кэйре дважды говорить не нужно было, она развернулась и, спасаясь бегством, помчалась в его спальню, брезгливо вытирая на ходу губы, при этом матерясь на своем родном языке, смысл которого Гадюша разобрать не мог, приняв это за какое-то магическое заклинание.
Понятно, хитрый маг готовиться к худшему повороту событий, а именно к побегу. Дураком он не был и понимал, в случае провала власти сами убьют его, прикрывая себя от дэйсанов.
Влетев в спальню, она обнаружила на кровати сумки, подхватив их, направилась в его гардероб. Открыв двери, замерла, обозревая содержимое, вещей оказалось не так много, но все они были отличного качества. Ну да, в повседневной жизни маг предпочитал ходить в рясе, то есть в мантии. Укладывая его вещи, она отложила в сторону один из дорожных костюмов и пару легких сапожек из отличной кожи и плащ. Их она решила взять себе, маг не обеднеет. Не ходить же ей в лохмотьях, а благодаря магии она подгонит все это под свой размер, что и подтвердил Гадюша. Все остальное уложила в сумки и обратилась к своему другу.
— Гадюша, ты можешь эти вещи доставить в мою комнату? — вместо ответа вещи словно растворились в воздухе. Погладив своего друга, она вышла из комнаты и направилась в кухню. Проходя мимо столовой, услышала ненавистный голос мага обращенный к ней.
— Нориса, подойди сюда! — надо же, впервые в жизни он назвал ее по имени, что очень настораживало. Ох, не к добру это.
Девушка скользнула к двери и замерла у входа, не поднимая глаз.
— Сними эту дурацкую тряпку с головы, — приказал он. Как бы ей не хотелось, но она повиновалось, дабы усыпить его бдительность своим послушанием.
Волосы рассыпались творческим беспорядком, внося в ее облик очарование. Маг засмотрелся на эту красоту, затем похотливо оскалился:
— Садись со мной за стол обедать, — приказал он ей, вызвав удивление у кухарки, затем перевел взгляд на эту самую кухарку, нахмурив брови. Та под его взглядом выпрямилась, выставляя вперед и так не маленькую грудь. Даже Кэйра почувствовала ее страх вперемешку со злостью на нее. К тому же кухарка изредка грела постель своему господину. — Чего встала, неси приборы и собери провизии в дорогу, — гаркнул он на нее, затем скривился, переводя взгляд с одной на другую, очевидно, сравнивая ее со своей рабыней. И тут его посетила мысль, а почему бы собственно ему не признать ребенка от нее своим, ему давно пора завести себе наследника, она красива и у нее родится ребенок с магическим даром. Он представил ее обнаженной и почувствовал, как восстала его плоть. Но его мечты разрушил звон приборов, которые без всякого почтения чуть ли не швырнули перед девушкой.
Кухарка положила перед ней столовый набор, со злорадством ожидая неловкость и свинского поведения за столом. А Кэйра даже не догадывалась о коварстве кухарки. Ее мысли были только об одном, нужно как следует поесть перед побегом, неизвестно, когда она сможет в следующий раз утолить голод. Поэтому, не задумываясь, она подхватила привычным жестом нож с вилкой и принялась есть, отрешившись от ненавистного соседства мага, витая в своих мыслях.
— Надо же наследственность и воспитание берет свое, — вывел ее из размышлений голос мага, который пожирал ее глазами, наблюдая, с каким изяществом она ест.
Кэйра испуганно посмотрела на него, до нее дошло, как она оплошала. Ей очень не понравился взгляд маньяка некроманта, который огорошил ее еще больше.
— Всегда желал взять в жены аристократу! Но эти снобы считали меня недостойным, — зло проговорил он, глядя на нее, как на лакомый кусочек. — Я окажу тебе честь, рабыня, и женюсь, дав тебе свое имя! — послышался звон разбившейся посуды, кухарка от такой новости не смогла совладать с собой и уронила ее на пол.
А Кэйра прибывала в шоке и неизвестно, от чего больше, от того, что этот урод решил жениться на ней, или от того, что Нориса была аристократкой.
— Чего встала, жирная корова, хочешь пополнить мою коллекцию зомби? — крикнул он на кухарку-растяпу, которая тут же бухнулась на колени всем своим грузным телом и запричитала, вымаливая прощение. — Убери здесь все, ущерб за разбитую посуду я вычту из твоей платы и пошла вон, — самодовольно гаркнул он, получая удовольствие от ее страха и унижения.
Кэйра вздрогнула, когда он прикоснулся к ее руке, что не осталось для него незамеченным. И ему это не понравилось: он хотел, чтобы она так же желала его, как он ее.
— Ешь и отправляйся в свою комнату отдыхать, я зайду за тобой поздно, — усмиряя свою злобу, он погладил ее по руке, пытаясь изменить ее отношение к себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
