Кем был Иван для Дино?
Старым чемоданом, с которым пора проститься? Тем неуклюжим щенком, которого треплют по загривку, перед тем, как покинуть дом?
Кем был Иван для Дино?
Летним приключением? Верным оруженосцем при царской дочери? И оруженосца наградили. По царски. Широко. Царственно. Чтобы на всю жизнь.
Кем стал Дино для Ивана?
Наградой? Нет. Незаживающей раной, что кровит каждый раз, стоит коснуться. Как такое произошло? Сколько бы Иван не задавал себе этот вопрос — ответа нет. Это просто произошло. Так случилось. Каждым их летом июль становился всё жарче. Вишни плакали кроваво-алыми слезами на губах. Песок плавился под голыми ступнями. Золотые колечки волос прилипали к вспотевшей шее.
А теперь Иван каждую ночь медленно опускает Дино обнажённой спиной назад в прелую траву. Чувствует вкус спелой вишни на губах. Улыбается. Смотрит в иссиня-голубые глаза и шепчет: «Я люблю тебя».
Знаете ли вы, что такое незакрытый гештальт? Иван знает.
Он должен найти Дино. Должен понять, что всё-таки произошло между ними под шум дождя в мареве дурнопьяна.
Без Дино кажется, что жизнь останавливается.
Но жизнь продолжается. Впереди одиннадцатый класс.
Впереди ещё целый год, когда жизнь будет только казаться.
Этот год Иван потом и не вспомнит. Всё в тумане. Он первый. Отдаёт все силы учёбе. Так надо. Чтобы потом суметь поступить, куда захочет. Чтобы были все шансы. Он забивает на развлечения, на друзей. Он не смотрит вокруг. Деревенские пацаны постепенно и сами отдаляются от него. Хотя с прошедшего лета те же Колька с Мишкой и их приближённые почему-то опасливо сторонятся его. А потом, видя его равнодушие, только переглядываются при встрече. Ивана мало волнует в чём суть их перемены.
Мишка как-то ограничивается коротким:
— Ты как? Без обид?
Иван пожимает плечами. Нет желания разбираться с чужими тараканами. Своих хватает. Мишка облегчённо улыбается:
— И правильно. Было бы из-за чего.
Самым сложным кажется выяснить, куда всё-же поступил Дино. Трудно, потому что никаких контактов с Дино нет. Трудно. Но выполнимо. И Иван время от времени заглядывает к соседям. Предлагает помощь. Лишние руки не лишние. Иван за год стал и шире и в силе равен отцу. А тот полжизни на лесозаготовках — брёвна ворочает. Богатырь.
Тётка Люда на первых порах недоверчиво косится в сторону незваного помощника. Дядя Валера же проще. С радостью и по-простому зовёт сам Ивана помочь по хозяйству. Иван терпеливо выжидает. Чтобы привыкли. Чтобы можно было спросить.
— А что, этим летом ваши родственники тоже приедут? — спрашивает будто невзначай в конце весны.
— Даже не знаю. Настя, может, и приедет.
— Одна? — с преувеличенным равнодушием спрашивает Иван. Показывает, что просто поддерживает разговор.
— Одна. Давидка-то откололся от их семьи. Сбежал, — охотно поясняет дядя Валера.
— Да вы преувеличиваете, — деланно фыркает Иван. — Сбежит он, как же.
— Да сбежал, зуб даю, — дядя Валера бросает вилы и сбивчиво продолжает. — Уехал сразу же тогда, да ты знаешь же. Тоже небось…эх. Говорила Людка, что до добра не доведёт ваша дружба. Кто ж знал. Высечь бы тебя тогда. Да ладно, чего уж. Уехали они, значит, а потом Наська звонила, сказала, что сбежал Давидка. В другой город. Поступил…
Из всего хаотичного потока слов Иван вычленяет только название города и университета. Облегченно выдыхает. Миссия выполнена. Что там дальше говорит дядя Валера, он уже не слушает. Неинтересно.
Дальше всё просто. Аттестат с отличием. Экзамены с высшими баллами. Отправка заявления в нужный университет. Ожидание результатов. Итоговые конкурсные списки. И улыбка во весь рот. Во все тридцать два.
— Куда же ты собрался, — причитает мать, собирая сумки. — За тридевять земель щи хлебать. Будешь там один как перст. И близко никого, чтобы помочь.
— Молодец, Ванька, — отец ободряюще хлопает по плечу. — Правильно. Нечего за мамкину юбку держаться. Уважаю! Мужик! А ты, мать, хватит выть. Хорошего парня вырастили. Не пропадёт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Иван улыбается, пытается утешить мать:
— Ну что ты, мама. Я же буду звонить. Каждый день, обещаю. И всё тебе рассказывать.
Иван, конечно, врёт, как дышит. То, что на самом деле важно, он никому и никогда не расскажет. Да родители поседели бы от ужаса, расскажи он им. Об истинных мотивах поступления именно в этот университет.
У него нет страха перед чужим городом, нет страха перед выпрыгнувшей из-за угла самостоятельностью. Ему не страшно. Он справится. У него нет страха. Есть только тщательно сдерживаемая радость, что совсем скоро он увидит Дино. И они, наконец, поговорят. И сердце так бьётся, стоит только представить.
Зачисление. Оформление договора. Заселение. Знакомство с будущими однокурсниками. Снова туман. В голове только одно. Они с Дино совсем рядом. Скоро они столкнутся случайно в университетском городке. Или в одном из коридоров универа. Или вдруг попадутся друг другу на глаза на студенческой тусе.
Много. Очень много вариантов. Иван не готов только к одному варианту. Когда он видит Дино впервые после долгой разлуки.
Да, всё происходит так, как он представлял.
Они идут друг другу навстречу.
Нет, всё не так, как он себе представлял.
Навстречу идёт Дино. И не Дино.
Он изменился. Волосы короче. Спина такая же прямая, но под футболкой угадываются мышцы. Он выглядит уверенно. Смотрит вперёд и прямо. Не вдаль, как раньше. Не за горизонт. И он совсем не похож сейчас на царскую дочь. Красивый. На губах лёгкая улыбка.
Навстречу идёт Дино. И не Дино.
Ивану хочется зажмуриться, чтобы отогнать наваждение. Вот он сейчас закроет глаза. Откроет. И Дино вернётся. Вернётся со своими золотыми завитками на взмокшей шее. Вернется с плавающим взглядом-поволокой. Вернётся. Задумчиво трогающий пальцами ноги набегающую на берег прохладную воду.
Расстояние между ними уменьшается. Ивану в какой-то момент кажется, что он обознался. И тут Дино смотрит на него. Смотрит своими иссиня-голубыми глазами. Хмурится. Иван видит в его взгляде узнавание. Губы Ивана дёргаются в улыбке. Ну и пусть Дино сейчас выглядит по-другому. Словно он не царская дочь. Ну и что. Иван улыбается. Взгляд Дино становится чужим. Равнодушие сменяется настороженностью. Дино моргает. Выставляет вперёд руку в жесте «Стой».
Иван замирает. Смотрит на руку. Переводит взгляд на лицо напротив:
— Дино, я так…
— Нет, — парень резко прерывает его. — Ты ошибся. Я не знаю тебя. Мы не знакомы с тобой. И знакомиться не будем.
Тут же переводит взгляд с Ивана за его спину, показывая отсутствие интереса, улыбается кому-то и машет рукой. Идёт дальше. Словно Ивана и не было на его пути. Словно Иван просто досадное недоразумение. Не стоит помнить.
«Что случилось? Почему ты со мной так», — хочется спросить в спину. Но слова застревают в горле. Иван сжимает губы. Кривит их в подобие улыбки. Дёргает плечом. По-прежнему смотрит в спину Дино. Тот здоровается с подошедшими к нему парнями и девчонками. Видно, что его тут любят. Каждый старается обратить на себя его внимание.
— Мы сегодня собираемся у Влада, — одна из девчонок заглядывает Дино в глаза — Дава, ты с нами?
========== … ==========
Он больше не знает тебя.
Ты не знаешь его.
Может, вы и не были знакомы никогда. Тебе это приснилось. Бывают такие сны. Когда сон и явь переплетаются. Не разобрать.
Бывают такие дни, когда тебе кажется что-то. А потом ты вдруг приходишь в себя.
Такие жаркие летние дни. Когда солнце печёт в затылок. А вишнёвый сок превращается в кровь на растрескавшихся губах.
Тебе очень хочется подойти к нему.
Сжать его плечи. Пальцами впиться до боли. Заставить вспомнить. Но ты не делаешь этого. Ведь вы незнакомы. Незнакомцы не подходят друг к другу. Не смотрят в глаза. Не тонут в глубоком синем море вместе. Незнакомцы проходят мимо. Не замечая незнакомцев, что рядом.
