- Что такое? – выдавила она сквозь сжатые зубы.
А он не ответил, что разозлило ее сильнее. Он медленно обошел ее по кругу. Она удерживала свой дух, от его взгляда тело покалывало. Наконец, он снова оказался перед ней. Она прикусила язык, пытаясь подавить недовольство, хотя ноги начали дрожать.
- Идеально, - он впервые посмотрел ей в глаза, ее щеки вспыхнули. Он постучал тростью по палубе. – А теперь покажи, сколько сможешь так стоять, - заявил он.
После этого Чэнь Юн начал показывать первый основной удар, «Нефритовая змея крадет дыхание».
Он наказывал ее? Ноги Аи Линг дрожали. Она на миг закрыла глаза, поднял голову, чувствуя лицом ветерок. Соль смешивалась с ее потом.
- Она чуть приподнялась, - крикнул один из мальчиков.
Она вздрогнула и сглотнула.
Чэнь Юн взглянул на нее.
- Ниже. Словно ты сидишь на лошади.
Она опустилась в стойку. Пот градом катился по шее на спину. Она пыталась отвлечься, наблюдая за Чэнь Юном, а тот двигал кулаком плавно, словно пантера. Остальные пытались повторить, но выглядели как беспомощные котята. Он шел по палубе, поправляя движения мужчин, высоту их рук и кулаки.
Корабль подскочил на волне, она упала на спину.
Чэнь Юн обернулся и улыбнулся, остальные засмеялись. Ему не жить!
- Отлично, Аи Линг. А теперь учи с нами первый удар.
Она поднялась на ноги и прошла на дрожащих ногах в конец шеренги, встав рядом с мальчиком, что выдал ее. Он усмехнулся, а она сузила глаза. Она ему еще отомстит.
Чжун Йе заглядывал в щель в покои императора. Тот был на Мей Гуи, накрыв ее собой. Он видел ее ноги, пальцы на них были выкрашены в алый цвет, бледная рука с ногтями такого же цвета сжимала плечо императора. Чжун Йе кривился, но в нем что-то дрожало из-за того, что такого у него никогда не будет. Он криво улыбнулся.
Мей Гуи смогла заинтересовать императора, и Чжун Йе был этому рад. Серебряный Феникс хорошо обучила госпожу. И он чувствовал необъяснимую радость при мыслях о служанке.
Он вернулся к своему заданию. Странно, что он вообще замечтался. Император откатился в сторону, и Мей Гуи налила ему в чашу вина. Он надеялся, что после нескольких визитов она забеременеет. Когда наложница вернулась на огромную кровать, император уже спал. Она стояла рядом с ним с непонятным выражением лица.
Чжун Йе не знал, что она чувствует и о чем думает. Целью ее жизни было удовлетворение императора в надежде, что она сможет обратить на себя его внимание, ублажить его и родить ему крепеньких сыновей. Они с Чжуном Йе принесли себя в жертву, хоть и по-разному, чтобы добиться расположения Сына небес.
Мей Гуи задрожала и обхватила себя руками. Он отчужденно смотрел на ее наготу. Он видел и других красивых наложниц, что даже не попадут в покои императора. И ему всегда казалось, что эти сложности лишь мешают ему достичь своих целей.
Чжун Йе склонил голову и покрутил ею. Он стоял не меньше часа. И будет стоять, пока Мей Гуи не отпустят. Она знала, что должна сделать: разбудить императора и соблазнить его. А он думал, скорчившись в тайном проходе, думал о служанке.
Чжун Йе проснулся из-за стонов. Он и не знал, который сейчас час, пока не заглянул в покои в щель и не увидел, что в окна проникает дневной свет.
Они закончили, и в дверь постучали. Император сказал:
- Войдите.
Служанка раздвинула дверь, на миг стало видно стражей в коридоре. Было ли им приятно охранять эти покои? Зато они работали по сменам. Чжун Йе потирал шею. Но власть не получишь, работая посменно.
Девушка вошла, склонив голову, у нее был поднос с фруктами. Другая служанка, не отличавшаяся от предыдущей прической и одеждой, пришла следом с подносом с чаем. Чжун Йе почувствовал запах жасмина, а еще собственный голод и жажду.
Император поднялся, и третья служанка накинула на его плечи одеяние величественного желтого цвета, расшитого символами долголетия. Он воспользовался случаем прижать девушку к себе.
Она опустила голову и замерла, не будучи глупой. Чжун Йе подавил улыбку. Недостаток императора был очевиден. И способ управлять им, победить его, был в этой слабости к плотским утехам.
Мей Гуи отпустили, когда она накормила императора кусочками свежего манго и ананаса. Императору она понравилась, и он кормил ее в ответ, они выпили вместе чай, и император похвалил ее красоту, Мей Гуи вовремя улыбалась и смущалась.
Чжун Йе обрадовался, когда ее, наконец-то, отпустили. Он прибыл в приемную императора, страж уводил Мей Гуи.
- Неплохо успел, - отметил страж.
Чжун Йе подхватил ее под руку. Она была укутана в то же одеяние, что и перед ночью. От нее пахло потом и тонким ароматом роз. Он сглотнул и попытался не морщить нос. Если он устал, то каково ей?
- Хорошо потрудилась, Мей Гуи, - сказал он, когда они шли по коридору, залитому светом золотых ламп. – Императору ты понравилась. Если нам повезет, он пригласит тебе снова.
- Спасибо, что выбрали меня, господин Чжун. Я старалась, помня уроки Серебряной Феникс, - тихо сказала она. Решительность в ее голосе удивила его. Может, она была умнее, чем ему показалось.
Он отвел наложницу в ее комнату. Серебряный Феникс ждала их. Она взяла Мей Гуи за руку и увела в спальню. Чжун Йе шел за ними, хотя на то не было причины. Они закончили на сегодня.
- Мы еще понадобимся вам, господин Чжун? – спросила Серебряный Феникс, усадив госпожу перед зеркалом. – У госпожи была длинная ночь.
Чжун Йе чуть не фыркнул.
- Точно. Она хорошо постаралась. Император рад, и я тоже. Ты хорошо обучила ее, - уголок губ служанки пополз вверх. Он понял, что глазеет на нее. – Могу я поговорить лично с тобой, Серебряный Феникс?
Она повернулась к госпоже, а та кивнула, и они вместе вышли в небольшую комнату.
- Да? – Серебряный Феникс замерла перед ним, и он увидел ее темные обсидиановые глаза.
Он не ожидал этого. Его окружали красивые женщины, но никто его не интересовал.
- Я хотел поблагодарить тебя за работу над госпожой. Чем ближе она станет к императору, тем лучше для нас.
Она подняла руку, и он ощутил аромат жасмина.
- Я понимаю это, господин Чжун. Это важнее всего, я должна помочь госпоже повысить статус. Я могу считать вас нашим союзником?
Чжун Йе рассмеялся, скрывая удивление.
- Пока вам нужны мои советы. Думаю, все мы хотим одного и того же.
Она склонила голову, лучи солнца сверкнули на ее серебряных заколках, удерживавших косы.
- Приятного дня, господин Чжун.
Она ушла, и только тогда Чжун Йе понял, что его отпустили.
Через два часа был созван двор, хотя протокол требовал, чтобы советники и дипломаты стояли смирно в присутствии Сына небес, Чжун Йе слышал шорох и шепот. Прошло два месяца с тех пор, как он стал советником, он уже стоял не в конце зала, а в середине. Императору нравилась Мей Гуи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
