— Да. Спасибо, Фиора. Вы очень добры.
Фиора махнула рукой.
— Не стоит, синьорина.
Как только за домоправительницей закрылась дверь, Ева прислонилась лбом к холодному стеклу. Неожиданно ее посетило почти непреодолимое желание выйти на балкон и чуть ли не броситься с него в сад.
Да что такого в этом Рафаэле ди Лазаро? Отчего рядом с ним она превращается в глупую блондинку с куриными мозгами и пузырьками в голове! У нее ведь степень британского университета, хорошая работа и водительские права. Но не прошло и суток с тех пор, как Ева увидела Рафаэля ди Лазаро, а она уже ведет себя как прыщавая школьница во время первой поездки за границу по программе обмена.
Ева отправилась бы домой, если бы не ее цель…
Тот факт, что Рафаэль чертовски привлекателен, только все усложнял. Но ведь Ева тоже не лыком шита. Она умная женщина. И она видела красивых мужчин и раньше. Правда, на филологическом факультете их было немного, но это не повод поддаваться гормонам всякий раз, когда она ловит на себе взгляд Рафаэля.
Нет. Проблема даже не во внешности. Дело в самом Рафаэле.
Когда он целовал ее, Ева ощутила, что под маской эдакого железного человека скрывается ранимая душа. Именно там настоящий Рафаэль. И он, настоящий Рафаэль ди Лазаро, вовсе не такой монстр, каким она представляла его себе.
Внезапно в голове родился план.
Если она собирается узнать, способен ли он на преступление, в котором она его подозревает, нужно увидеть эту его сторону. А для этого надо с ним сблизиться. Флиртовать с ним. И соблазнить. Одну за другой уничтожить его защитные маски, оставив его совершенно обнаженным. И тогда Ева узнает, какой он на самом деле.
Ева покопалась в сумке и достала из кошелька фотографию. На снимке Ева сидела улыбаясь, а Элли стояла позади, положив руки ей на плечи и смеясь взахлеб. Они были поразительно похожи внешне и такие разные… Ева всегда гордилась своей рассудительностью, не одобряя безудержной тяги Элли к развлечениям. Пришло время и для Евы добавить перчинку в свою жизнь.
Операция «Соблазн» начинается здесь и сейчас. Все или ничего.
Холодный язык страха лизнул спину девушки. Она боялась того, что может найти.
Но того, что может потерять, Ева боялась еще больше.
Рафаэль поставил сумку и тихо постучал в комнату Евы. Сначала он хотел попросить Фиору принести Еве ее вещи, но домоправительница была на кухне и руки ее оказались по локоть в муке. И как он мог отправить женщину наверх? Это было бы невежливо и неблагодарно. Это ведь он, Рафаэль, привез сюда Еву.
Мужчина приложил ухо к двери и снова постучал. На этот раз до его слуха донесся слабый голос Евы. Вряд ли она кричала «войдите», но в ее голосе, во всяком случае, не было злобных ноток.
Войдя, Рафаэль ощутил легкий шлейф аромата духов Лазаро. Комната была наполнена звуками оперы «Мадам Баттерфляй», под которую Ева выходила на показе…
Но где же сама Ева?
Из смежной комнаты раздавался плеск воды.
Ева была в ванной.
Закрыв глаза, Ева снова погрузилась в пену, чувствуя, как уходит весь накопившийся за день стресс.
Сквозь стеклянные двери были видны первые звезды, зажегшиеся в небе. Внутри же горели канделябры.
Большая ванна в центре делала эту комнату неповторимой. Оттуда, где лежала по шею в пене Ева, была видна вся Флоренция. Девушка положила одну ногу на бортик ванны и замерла от наслаждения.
А потом закрыла глаза и запела.
Рафаэль сомневался.
Он должен уйти. Это ясно как день. Но…
Он пошел вперед. На голос, такой манящий и чарующий, беззастенчиво сладкий и правдивый. Акустика в ванной только усиливала эффект.
Ева знает слова оперы «Мадам Баттерфляй», с удивлением осознал Рафаэль.
Он замер на пороге. Из приоткрытой двери в свете свечей он видел одну длинную загорелую ногу, лежащую на бортике ванны. Он сглотнул, едва сдержавшись, чтобы не войти. Однако его воображение уже не на шутку разыгралось…
Рафаэль прочистил горло, чтобы объявить о своем присутствии.
Ева вскрикнула.
— Давно ты стоишь здесь?
— Достаточно, чтобы пребывать под впечатлением. У тебя прекрасный голос. И, кажется, я ошибался. Ты говоришь на итальянском.
— Не совсем, — ответила Ева. — Я просто знаю пару строк из «Мадам Баттерфляй», которые вряд ли можно употребить в обычной беседе. И все же… Ты зачем проник в мою комнату без приглашения? Или хотел до смерти меня напугать?
— Я постучал. Мне показалось, ты сказала «войдите». Фиора попросила принести тебе выпить вот это. И передать, что обед будет готов через полчаса. И потрудись одеться.
— Одеться к обеду? — Ева представила, как они с Рафаэлем в вечерних нарядах чопорно сидят за столом друг против друга, и поежилась. — Ты всегда такой официальный?
— Я вовсе не имел в виду ничего такого. Просто хотел сказать… не собираешься же ты обедать голой!
Он говорил с легкой усмешкой. Музыка прекратилась. На мгновенье оба оказались в объятиях тишины. Слава богу, между ними дверь и он не видит, как Ева покраснела, представив себя обнаженной в его обществе.
— Плохая идея. Особенно если в меню суп.
— Так уж случилось, что супа не будет… но даже так… — Рафаэль многозначительно помолчал, — жду тебя через полчаса.
Подняв пенную волну, так что вода даже выплеснулась на керамический пол, Ева вышла из ванны и огляделась в поисках полотенца.
— Черт, черт, черт!
Мокрая и дрожащая от прохладного воздуха, Ева прошлепала в спальню, где на кровати осталась лежать стопка полотенец. Комнату освещал только приглушенный свет свечей из ванной. В спальне же было темно. Ева уловила свое отражение в зеркале.
Она остановилась, пораженная. Операция «Соблазн» была глупой затеей. У такой неопытной, жалкой девушки нет ни единого шанса соблазнить такого, как Рафаэль ди Лазаро. Разве не так?
Медленно Ева оглядела себя в зеркале, убрав волосы с шеи, выпятив грудь и выгнув спину. Ее щеки раскраснелись после горячей ванны, свечи придавали коже блеск, оставляя тени на пышной груди и округлых бедрах. На шее и руках еще блестели капли воды, скатываясь на грудь и ниже.
— Тебе понадобится это. — Голос Рафаэля вывел девушку из оцепенения.
Он шел ей навстречу, держа в руках полотенце. Его лицо было совершенно бесстрастным, глаза странно светились.
— Спасибо, я могу…
В трансе Ева смотрела в зеркало, которое показывало ей, как Рафаэль заботливо укрывает ее тело полотенцем. В полумраке комнаты и в контрасте с белым полотенцем его руки казались темными. Его движения, когда он вытирал ее, были твердыми и уверенными. Словно в полусне Ева заметила, как ее глаза затуманиваются желанием, а губы раскрываются ему навстречу. Она пробежала по ним языком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
