Возможно, и со мной все вышло точно так же? Я сама превратила себя в то, обо что все вытирали ноги.
- А ты чужую жизнь не суди! - нарушил ход мыслей мамин голос. - Что же это за семья такая, если после первой же проблемы бежать разводиться?
Первой же? Захотелось громко рассмеяться, выпустить через смех наружу всю ту горечь, что снова скопилась внутри, бурля и отравляя.
Я вспомнила, чему она учила меня с самого начала моей семейной жизни: мужчина в доме - главный. Его надо уважать, его надо слушаться. Ему надо всячески угождать, чтобы не увели…
Но этот рецепт не работал. Я уважала, любила, угождала. И как это мне помогло? Что дало?
- В наши времена, между прочим, куда сложнее было! - снова заговорила мама. - Я и работала, и вас всех обслуживала! А ты сидишь дома, ничего не делаешь… да тебе ноги Славкины целовать за это надо!
Я слушала ее, сознавая - она ведь все это всерьез. Она и в самом деле так считает…
- Ты что, действительно хочешь, чтобы я прожила всю жизнь, как ты? - вырвался наружу крутившийся в голове вопрос. - Чтобы была такой же несчастной?
А ведь все к этому и шло. Может, верно говорят, что мы невольно повторяем путь своих родителей? Словно за нас уже все предрешено…
- Несчастной! - всплеснула мама руками. - Несчастной ты будешь, если на развод подашь. Лида, ну ты сама головой-то подумай! Ты ведь уже немолодая. Тебе тридцать пять лет! А у тебя ни образования, ни опыта работы… зато двое детей на шее! Кто тебя, такую, еще раз замуж возьмет?
Я стиснула зубы: ее слова попадали аккурат по болевым точкам, усиливая мои собственные страхи. Она озвучила все те вопросы, что я и сама себе задавала. И ответов на которые откровенно боялась…
А мама продолжала:
- Славка ведь с тобой как порядочный человек поступил! Женился на тебе, когда залетела, работал, как проклятый… А мог ведь и бросить, и что бы ты тогда делала? А он тебя дома усадил, живешь как у Христа за пазухой, не работала и дня в своей жизни…
Я осознала: для нее все, что она перечислила, было и в самом деле настоящим подвигом со стороны моего мужа. Потому что мама привыкла к худшему, и от того моя жизнь ей казалась каким-то раем…
Но от этого не переставала быть адом для меня самой. Просто у каждого свое собственное понятие об этом.
- То есть, на тебя мне рассчитывать не приходится… - проговорила задумчиво. - Если уйду - к себе не пустишь?
Она стыдливо отвела глаза.
- Прости, Лида… но Слава просил глупости эти твои не поддерживать…
- Ясно.
Я вышла из кухни, прошла в спальню, спеша скрыться от посторонних глаз. Замерев у окна, стояла, вглядываясь в огоньки чужих окон…
Но мамины слова все еще звучали в моих ушах, причиняя мучительную боль.
Как же она была неправа…
Глава 10
Несколько лет назад
Я напряженно вглядывалась в экран ноутбука: его белесое мерцание больно резало глаза в окружавшей меня беспросветной темноте кухни.
Размеренно тикали часы на стене; с улицы доносились приглушенные голоса - судя по всему, мимо проходила подвыпившая компания.
Я листала одну вакансию за другой, все больше приходя в отчаяние с каждой секундой. Становилось ясно: без хоть какого-то образования мне не найти никакой работы, кроме самой черной.
Вывод напрашивался сам собой - образование нужно было получить. Но самой сложной задачей было убедить в необходимости этого мужа.
Слава категорически возражал против того, чтобы я начала работать. Настаивал на этом даже в самые сложные времена, когда нам трудно пришлось с Алиной и денег не хватало ни на что категорически.
Я помогала ему тайком, потому что не могла спокойно наблюдать за тем, как он устает. Почти не спит. Вечно отсутствует дома… и финансово тащит на себе все те проблемы, что так внезапно и жестоко на нас навалились.
Я стала подрабатывать по ночам: выполняла работы за бывших однокурсников, анонимно писала статьи в местную газету… Это приносило копейки, но по крайней мере я сознавала, что пытаюсь. Что делаю хоть что-то.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Жаль, что теперь прежняя подработка была больше недоступна. И не оставалось ничего иного, как искать и строить себя заново.
Подавив вздох, я обреченно закрыла крышку ноутбука. Все бесполезно. Да и скрывать свои стремления мне попросту надоело, лишь мечтая по ночам о том, чтобы заняться чем-то, кроме домашней рутины…
А значит - не было иного выбора, кроме как поговорить с мужем.
И я знала, что этот разговор будет очень тяжелым.
* * *
- Я приготовила твой любимый омлет.
Я с улыбкой поднялась мужу навстречу, когда он утром появился на кухне - точный, как самые надежные часы.
Так привычно подошел в первую очередь к свежесваренному кофе, налил себе чашку и, выпив ее практически залпом, хмуро поинтересовался:
- Ну и что тебе от меня требуется?
Раскусил, стало быть. Вот так, сходу, легко и просто. Порой казалось даже, что он читал меня, как открытую книгу и даже понимал лучше, чем я себя сама.
- Поговорить хотела, - произнесла мягко, ставя перед ним тарелку, от которой еще шел пар: омлет был готов ровно ко времени, когда Слава вставал.
- Ну говори.
Я устроилась напротив него. Волнуясь, несколько секунд неловко мяла пальцами краешек скатерти, не зная, с чего начать. И в конце концов практически скороговоркой выпалила:
- Я на работу устроиться хочу… но подумала, что сначала было бы неплохо восстановиться в университете… конечно, прошло много времени, но, возможно, ты мог бы поспособствовать…
Раздался звон, от которого я невольно дрогнула: Слава резко отбросил от себя вилку. Поморщился, как от зубной боли. Тяжело вздохнул, словно был вынужден объяснять что-то непонятливому человеку по десятому кругу.
- Лид, ты же знаешь мои принципы. Никакого кумовства.
- Знаю…
Я и в самом деле это знала. Более того - восхищалась этим его качеством. Во времена, когда совесть легко покупалась и продавалась, честность и неподкупность мужа казались мне настоящим чудом.
- Ладно… - произнесла после возникшей между нами паузы. - Я могу поступить заново, если нужно…
Его тон стал мягким. Терпеливым, словно говорил с капризным ребенком.
- Родная, что тебе делать среди юных студентов? Тебе ведь тридцать скоро… над тобой будут шутить и издеваться… Как раньше, помнишь? А я уже не смогу тебя защитить.
Мне стало неуютно от воспоминаний, которые он во мне возродил. В голову невольно закрались сомнения в собственном желании получить высшее…
- Ты столько пропустила, - продолжал спокойно раскладывать по полочкам муж. - Тебе сложно будет начинать все заново. Да к тому же совмещать это с воспитанием ребенка. Конечно, с Алиной сейчас все уже в порядке, но она по-прежнему в тебе нуждается. И я хочу, чтобы моя дочь получила максимум внимания и заботы…
Он замолчал, давая мне возможность осмыслить его слова. Сердце защемило от того, как он говорил об Алине. Как волновался. Как важна была для него наша семья…
- Я плохо тебя обеспечиваю? - спросил Слава после небольшой паузы. - Я ведь все для вас делаю…
Стало стыдно. Совсем не хотелось выглядеть в глазах мужа неблагодарной. А создавалось, по-видимому, именно такое впечатление…
- Дело не в этом… - предприняла было попытку объяснить свои мотивы, но он перебил внезапным вопросом:
- Знаешь, о чем я мечтаю, Лидушка?
Я молча заглянула ему в глаза в ожидании продолжения.
Он поднялся из-за стола, подошел ко мне ближе и обнял сзади…
- Хочу, чтобы ты мне еще одного ребеночка родила...
Сердце замерло на мгновение, а после - резко подскочило к горлу. Нет, не так. Оно взмыло куда-то ввысь, словно на невидимых, но ясно ощутимых крыльях…
То, как он произнес эти слова - на грани мольбы и нежности - не оставило мне никаких шансов на то, чтобы сказать решительное «нет»...
Глава 11
За спиной резко, громко, не таясь, распахнулась дверь.
