Внимание её привлёк розоватый дым, поднимавшийся из труб над крышами: — «Может, у них тут праздник? И они специально жгут что-нибудь эдакое…» За разъяснениями она, разумеется, сунулась к Клауду. Тот сперва не понял, о чём речь, но потом махнул рукой:
— Да нет никакого праздника, просто они жгут горючие камни.
— Камни не горят. — категорично заявила Кира. — От высокой температуры они могут треснуть, ну расплавиться, в крайнем случае, но уж никак не гореть.
— Я и не говорю, что все камни горят. А горючие горят. Или, по-твоему, их шутки ради горючими назвали?
— Ты о каменном угле? — на всякий случай уточнила Кира, но парень досадливо поморщился.
— При чём тут уголь? Если бы это был уголь, я бы так и сказал! Это горючие камни. Кам-ни! Очень полезная штука, между прочим: один камень может гореть неделю и не гаснуть. В Сомногаре профессия камнедела одна из самых почётных. Вон, кстати, один идёт.
Кира посмотрела в указанном направлении: вышеозначенный камнедел был худ и высок, но при этом страшно сутулился, от чего был похож на колодезного журавля. Нёс он на одном плече мешок, из горловины которого выглядывали розовые обломки, а на другом моток верёвки.
— Зачем ему верёвка?
— Чтобы спускаться в провалы, конечно. — терпеливо, как ребёнку, объяснил Клауд. — В горах, где находятся месторождения горючего камни, есть целые участки с глубокими и узкими колодцами. Камнедел должен быть очень худым, чтобы протиснуться в такой колодец. Они спускаются на верёвках и добывают камни.
— Почему нельзя построить шахту? — удивилась девушка. — Наверняка получилось бы проще и быстрее!
— Самая умная? — скептически поинтересовался Клауд. — Шахты строить опасно: если рабочий попадёт киркой по горючему камню и выбьет искру, и камень загорится… Можешь себе представить, что начнётся? А там таких камней целые залежи…
— Всё-всё, поняла! — замахала руками Кира.
— Поэтому профессия камнедела опасная, но уважаемая и денежная. — заключил Клауд с какой-то мечтательной ноткой в голосе.
— Ты сам камнеделом не работал? — спросила на всякий случай Кира.
— Я?! — почему-то оскорбился парень. — Нет! Я не работаю.
— Э… это, конечно, всё объясняет. — пробормотала Кира, удивлённая столь искреннем возмущением.
А городок вокруг них бурлил жизнью. Особенно жизнь бурлила в лужах, из которых состояла дорога: «жизнь» в них не только бурлила, но и активно размножалась, поедала друг друга и вообще с видимым энтузиазмом продвигалась по эволюционной лестнице. Несколько таких «крокозябр» даже выбрались на бережок погреться в тёплых лучах весеннего солнышка. Когда кто-нибудь проходил слишком близко от лужи, монстрики принимались угрожающе шлёпать хвостиками по земле и выпучивать круглые глазки.
Реку, рассекавшую Ясноград на две части, бороздили вёрткие лодочки, по улице спешили люди, одетые так же, как и пассажиры парохода: то есть ярко и странно. На путешественников особого внимания никто не обращал, поскольку, благодаря близости параходной станции, пилигримы в Яснограде были не редки.
Дом Малюты стоял по другую сторону реки, за каменным мостом. Маленький, выкрашенный голубой краской, он выглядел до того уютно, что хотелось поставить его на полку в сервант. На крыльце, аки вишенка на торте, умывался полосатый кот. Сверкнув на гостей тремя разноцветными глазами-ромбиками, он торжественно встал и скрылся в доме.
— Нехорошо показывать пальцем. — укоризненно произнёс Клауд. — Ты его обидела. Он же не виноват, что таким родился.
Девушка закрыла рот и посмотрела на своего спутника со слегка ошалевшим видом.
— Обидела? Он ещё и обижаться умеет?
— А ты чего ожидала?.. Будь ты полосатой, тебе бы понравилось, если бы все на тебя глазели?
— Полосатой?.. Да при чём здесь полоски?!
Тут появился сам хозяин дома, так что ответа девушка в очередной раз не получила. Малюта, вопреки ожиданиям Киры, был вовсе не коротышкой и даже не великаном, а обычного среднего роста, усатый, с упитанным лицом и большими глазами навыкате. Клауду он обрадовался как родному.
— Мальчик мой, как же давно тебя не было! — Он дружески хлопнул парня по плечу. — Я уже и не надеялся, думал, что всё… А что за милая барышня с тобой?
— Я сопровождаю её. — без лишних подробностей ответил Клауд.
— Да?.. Ну проходите, проходите! Что же я, в самом деле, на пороге вас держу…
Изнутри дом оказался таким же уютным, как и снаружи. Сразу за порогом начиналась комната: слева от входа — кухня. Здесь стоял стол из светлого дерева, буфет и маленькая железная печка с трубой, выходившей через потолок на крышу. Справа была большая комната с камином, двумя диванчиками и книжным шкафом, дальше начинался узкий тёмный коридор.
Полосатый мутант лежал на диванчике. Кира могла бы поклясться, что взгляд, которым её одарили, был преисполнен самого строгого осуждения.
— Это Самсан. — небрежно представил кота Малюта, доставая из шкафа тарелки. — Живёт здесь по завещанию, не могу его выселить. Он не общительный, так что доставать не стант.
То ли в подтверждении его слов, то ли окончательно разобидевшись на человечество, кот спрыгнул с дивана и медленно удалился по коридору, подняв хвост как флагшток.
— А…
— Да? — услужливо наклонился Малюта.
Девушка отчаянно попыталась сформулировать вопрос, но беда была в том, что вопросы теснились в её голове, и каждый старался проскочить на язык первым.
— Да ничего…
Малюта пожал плечами и, сняв с печи кастрюлю, живо накрыв на стол. Дивный запах напомнил Кире о том, что, даже по самым скромным подсчетам, она не ела уже целый день. Правда, вместе с аппетитом явилась и неприятная мысль: каким образом она станет рассчитываться? Хорошо, положим, сейчас её накормят просто как гостью, но ведь дальше путь будет долгим, а Клауд совсем не обещал, что станет содержать её всё это время. А если они остановятся в какой-нибудь гостинице? От таких мыслей Кира совсем приуныла и погрузилась в раздумья, пытаясь припомнить у себя хоть какой-нибудь талант, которым можно было зарабатывать. Припомнить не получалось. Она не умела даже готовить: вся её еда была совершенно нормально на запах и на вид, и даже на вкус, но, когда начинаешь есть, аппетит пропадает. Казалось бы, что такого уж сложного, к примеру, в макаронах?..
Пока девушка терзалась самобичеванием и попытками срочно найти своё призвание в жизни, Малюта взялся расспрашивать Клауда с въедливостью верификатора:
— Знаешь, я ведь и вправду считал, что ты пропал с концами. — Малюта сокрушённо покачал головой. — Ходило столько слухов… Говорили, что ты исчез сразу после того дела в пирамиде. Куда теперь думаешь податься?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
