Читаем без скачивания Шашлык из трех поросят - Наталья Александрова

Неровен час, придет кто-нибудь из начальства, а ты дрыхнешь!

— Кто дрыхнет? — обиделся Сироткин. Я на посту! Я как штык! Я всегда при исполнении!

— Ага, при исполнении! — передразнила бравого пенсионера вредная Марья Михайловна. — У тебя всю галерею покрадут, а ты и не заметишь!

— Ну да, покрадут, — отмахнулся Сироткин, кому вся эта дрянь нужна?

— Нужна не нужна, а на работе должен быть порядок! — неодобрительно заявила Марья Михайловна.

Насчет порядка Сироткин с ней был целиком и полностью согласен, о чем тут же и заявил.

— У меня, Марья Михайловна, обязательно порядок, прямо как, к примеру, в танковых войсках!

— Ага, порядок! — продолжала ворчать уборщица. — А дверь, между прочим, на одну собачку захлопнута!

— Как — на собачку? — растерялся Сироткин. На какую собачку?

Ему не ко времени вспомнилась собственная такса Дуся.

— На какую! — передразнила его Марья Михайловна. — Известно, на какую, на обыкновенную! На один верхний замок захлопнуто, когда положено на два верхних и два нижних запирать!

— Не может быть! — перепугался пенсионер. Я точно помню, что на все запирал! У меня еще этого.., как его.., склероза нету!

— Как раз и выходит, что есть! — припечатала уборщица. — Да ты, Алексеич, не переживай, я начальству ничего не скажу, мне это ни к чему. Только проверь, не пропало ли чего!

На взгляд Сироткина, самыми ценными предметами в галерее были его личный почти новый электрический чайник и большая банка хорошего растворимого кофе «Амбассадор», которую подарило пенсионеру начальство на его любимый праздник День защитника отечества.

Убедившись, что и чайник, и банка находятся на месте, Сироткин несколько успокоился. Больше того, в банке кофе был на прежнем уровне.

Сироткин никого из этой банки не угощал, а сам пил только изредка, под настроение.

Однако следовало проверить и все остальные вверенные ему ценности. В сопровождении перепуганной Марьи Михайловны бравый сторож вышел в галерею.

Первыми на его пути оказались патриотические вышивки Евдокии Лукиничны Водопятовой. К этому искусству Сироткин относился с одобрением: оно напоминало ему рукоделье покойной бабушки, кроме того, соответствовало его глубокому убеждению, что искусство должно быть понятно народу, к которому Сироткин себя не без основания причислял. Убедившись, что все вышивки висят на прежних местах, страж порядка несколько успокоился.

Следующими по курсу располагались металлоконструкции великой и ужасной Антонины Сфинкс. С, этими произведениями было несколько сложнее. С одной стороны, они не претендовали на то, чтобы быть понятыми простым человеком вроде пенсионера Сироткина. С другой же стороны, были изготовлены из добротного отечественного металла, а к металлургии Сироткин с юности питал некоторое уважение.

Но и художественные железяки Антонины находились на прежних местах.

Сторож вытер вспотевший от волнения лоб клетчатым носовым платком и прошел вперед.

Здесь висели разноцветные тряпки Екатерины Дроновой. К ним Сироткин относился без уважения. На его взгляд, годились эти панно только на то, чтобы завешивать ими дырки на обоях. Почему взрослая женщина, вместо того, чтобы стоять у ткацкого станка или собирать чайный лист, в общем, заниматься настоящей работой, сшивает старые лоскутки, он категорически не понимал.

И вот тут-то его поджидал неприятный сюрприз. Значительная часть «разноцветных тряпок» бесследно исчезла. Сироткин на всякий случай протер глаза, но от этого ровным счетом ничего не изменилось. Перед ним, на том самом месте, где еще вчера вечером находилось панно с двумя лошадьми, белела хорошо оштукатуренная стена. Исчезло и еще несколько работ.

— Ах ты, мать честная! — проговорил сторож и повернулся к Марье Михайловне. Однако ушлая уборщица уже поняла, что случилась грандиозная неприятность, и побежала к телефону звонить начальству, чтобы не впасть в немилость заодно с проштрафившимся сторожем.

В том, что Алексеичу грозят серьезные неприятности, она нисколько не сомневалась.

Через час в галерее появилось руководство.

Красный и перепуганный Сироткин клялся, что всю ночь не сомкнул глаз и совершенно не понимает, как могли пропасть экспонаты выставки. Директор буравил сторожа взглядом и грозил самыми страшными карами. Марья Михайловна в другой комнате давала показания заместителю директора, причем сдавала сторожа с потрохами.

Еще через час в «Арт Нуво» появилась Полина Копытина, ушлая корреспондентка газеты «Сплетни». Как она пронюхала, что в галерее что-то стряслось, оставалось для всех загадкой. Впрочем, каждый настоящий журналист должен обладать почти мистической способностью оказываться в нужное время в нужном месте.

Полина пошепталась кое с кем из сотрудников галереи и бесшумно удалилась. После нее нахлынули другие представители «четвертой власти», вооруженные самым страшным оружием массового поражения — фотоаппаратами, магнитофонами и блокнотами для записей.

Акулы пера набросились на галерейщиков и в два счета вытрясли из них всю необходимую информацию. Однако к тому времени, когда они вырвались из галереи и бросились в свои редакции и студии, газета «Сплетни» уже печатала сообщение о происшествии в «Арт Нуво».

"Сегодня ночью хорошо вооруженные бандиты совершили налет на одну из городских художественных галерей. Судя по тому, как легко грабители проникли в помещение, у них имелся свой человек среди сотрудников галереи. Тем не менее во время налета было убито несколько человек из состава охраны. Общее количество жертв уточняется нашим корреспондентом.

Целью ночных грабителей были произведения известной художницы Екатерины Дроновой. Только вчера, во время открытия выставки, на ее полотна обратил внимание один из арабских шейхов, посетивший галерею. Нефтяной магнат обсуждал с художницей приобретение ее работ, причем в этом разговоре были названы цифры с семью нулями. Однако Дронова заявила, что не хочет, чтобы ее произведения покинули Россию, и уже ведет переговоры об их приобретении с одним из богатейших людей нашей страны, включенным в известный список, опубликованный журналом «Форбс».

В свете этих событий ночное происшествие наводит нас на размышления. Не действовали ли грабители по поручению шейха?

Наш корреспондент Полина Копытина проводит собственное журналистское расследование. Следите за ним в следующих выпусках нашей газеты. Только у нас вы найдете самую свежую и достоверную информацию обо всем, происходящем в городе, в стране и в мире".

— Девочки, ну откуда она все это взяла? — горестно проговорила Катя, складывая газету. — Ведь ни слова правды нет!

С утра Катерина позвонила Ирине, причем была совершенно в невменяемом состоянии.

С трудом добившись от нее кое-каких сведений, Ирина помчалась отпаивать Катьку валокордином, вызвонив по дороге Жанну. Жанна, хоть и поклялась вчера Ирине, что с неблагодарной Катькой и словечка не скажет, тем не менее успела к погорелице даже раньше Ирины. Умыли зареванную художницу холодной водой и поехали в галерею. Поток журналистов уже схлынул, так что Катьку с распухшей физиономией никто и не думал снимать. Исчезло больше половины работ — всего восемь штук. Вор действовал быстро и умело. Ничего не было ни взломано, ни опрокинуто, ни перевернуто. В галерее царил относительный порядок. Только вместо Катиных работ зияли пустые места. Милиция допрашивала сторожа и пожимала плечами. Катьку снова отпаивали валокордином.

Сейчас три подруги сидели в кафе «Гурме» на втором этаже «Пассажа». Перед Жанной и Ириной стояли маленькие чашечки с кофе по-венски, перед Катей — большая чашка с капуччино и тарелка с куском орехового торта.

— Ну, почему же ни слова? — отозвалась Ирина. — Во всяком случае, твою фамилию она не переврала, а это уже большое достижение!

— И вообще, это огромная удача! — вмешалась Жанна. — Это такой первоклассный пиар!

Теперь все несколько дней будут говорить только о тебе! Да такое ни за какие деньги не купишь!

— Да, — Катя всхлипнула. — А панно-то пропали! Вы не представляете, как жалко! Сколько труда я в них вложила! Особенно это, последнее, с двумя всадниками и двумя звездами!

— Конечно, жалко, — согласилась Ирина. Но может быть, они еще найдутся.., милиция ведет расследование…

— Милиция! — фыркнула Жанна. — Тебе самой-то не смешно? Когда они что-нибудь находили? Но я повторяю — это не главное! Ты сделаешь еще много таких панно, а эта кража создаст тебе имя! Знаешь, как рассуждают люди?

Посредственные вещи не крадут! Раз твои работы украли — значит, они очень дорого стоят!

Тем более, тут в статье такого наворотили — грабители, жертвы, арабский шейх…

— Вот-вот, — Катерина всхлипнула еще громче. — Еще и Люсьен наверняка обидится…