Читаем без скачивания Хрупкая женщина с веслом - Мария Жукова-Гладкова

– Пройдемте в дом, – пригласила я, решив, что вопрос с дочерью Альбины должны обсуждать все родственники.

Родственники испытали шок. Потом пришлось разнимать Лизку с Ларисой, которые мгновенно устроили драку. Похоже, возненавидели друг друга с первой минуты, каждая увидела в лице другой конкурентку. Лариса, как я успела заметить, говорила громким голосом и копировала няню, а не умершую мать. Хотя она ведь постоянно проживала с няней, а мать видела изредка, как добрую фею, приезжавшую с подарками.

Вероника Заглушко, а это была она, четыре года назад приехала в Петербург поступать в театральный. Провалилась, но домой возвращаться не захотела. Она была старшей в семье, еще имелись два брата и сестра, растить которых она помогала матери. В Петербург регулярно ездили на заработки соседи, которые сразу же говорили Веронике, что нужно устраиваться на работу и зарабатывать деньги, а не заниматься глупостями. После провала в театральном Вероника позвонила им и узнала, что одной одинокой женщине требуется няня. Так она познакомилась с Альбиной.

– А каким образом Альбина познакомилась с вашими родственниками или соседями, или кто они вам? – уточнил Олег, мой зятек.

– Так она же от вас от всех беременная скрывалась. А они все жили в одном подъезде. Мои соседи и теперь там живут. И мы с Ларисой.

– Где вы все живете? – спросила я.

– Так в Гатчине. Мы с Ларисой вдвоем в однокомнатной квартире, а они под нами, вчетвером. Мне есть хоть с кем слово сказать. Иначе совсем сдурела бы. Скучно тут у вас. Все говорят, что скучно. У нас на первом этаже узбеки квартиру снимают, так вообще не понимают, как вы здесь живете. У них все время праздники, а свадьбы какие… А у вас…

– Что Альбина делала в Гатчине? – воскликнул Валерий, врываясь в поток рассуждений украинки. – Что это за квартира?

– Вероятно, моей матери, – сказал Олег. – Вашей бабушки.

– Альбина ее унаследовала? – удивленно посмотрел на отца Валерий.

– А тебе твоих хоромов мало? – решил уколоть брата Святослав. – У тебя и домина загородный, и в городе…

– Не надо считать мои деньги, маленький братец, я без тебя знаю, чем владею. И мне однокомнатная квартира в Гатчине без надобности. Но сам факт…

– Бабушка могла завещать Альбине квартиру, – пожал плечами Олег. – Я не знаю. Или не помню. Я про эту квартиру просто забыл. Дети, кто-нибудь из вас на нее сейчас претендует?

– Пусть отходит девочке, – сказала я. – В любом случае ребенок наследует за матерью.

– Там еще английский муж есть, – ехидно напомнил Валерий. – Юрист.

– Разберемся, – произнес Олег.

– Мне кто дальше платить будет? – вклинилась Вероника Заглушко.

– Сколько вам платила Альбина? – спросила жена Валерия.

– Тысячу долларов, на которые я должна была также покупать питание себе и ребенку, платить за квартиру… Одежду она сама покупала, а в последний раз Юля привозила. И деньги после того, как Альбина Олеговна уехала за границу, доставляла Юля. Хотя Альбина Олеговна регулярно звонила, но ей было никак не вырваться к ребенку.

– Вы случайно не знаете, почему моя дочь не взяла ребенка с собой в Англию? – спросил Олег.

– Так муж был против, – как само собой разумеющееся заявила Вероника. – Он сказал, что Альбина Олеговна может идти работать и все заработанное отправлять на содержание ребенка, но чтобы в Англию она ребенка не тащила. Он своих детей хотел. Придурок какой-то. С одной стороны, хорошо, что Альбина Олеговна может рожать, а с другой, чужих детей ему не надо. А тут-то ребенок никогда отца не знал, Ларисе можно было бы сказать, что это – папа, и она бы этого придурка отцом считала.

– А кто отец? – спросил Иван.

– А я-то откуда знаю? Это у Альбины Олеговны… Ах да… Ну, в общем, Юля, наверное, знает.

– Свидетельство о рождении ребенка где? – спросила я.

– У меня. И справка. Отец со слов матери. Фамилия Альбины Олеговны. И отчество у Ларисы – Олеговна. Все документы на ребенка, вся одежда, игрушки – в Гатчине. Она же там с рождения постоянно жила. Со мной. Так что делать будем?

Вероника обвела всех сидевших за столом взглядом.

– Вы готовы и дальше работать няней на тех же условиях? – спросила я.

– Готова. Вы знаете, что мне на Украину нужно раз в три месяца ездить? И сейчас надо уехать из-за мамы? Но я скоро вернусь. Лекарства нужно отсюда привезти.

– Дождаться приезда Юли можете? – спросил Олег.

– Так необязательно же. Лариса же с ее мамой неоднократно сидела.

– Хорошо, мы решим вопрос с мамой. Сегодня же. Как только вернетесь, позвоните моему юристу, он решит с вами все вопросы. Я его предупрежу.

– Мне что, теперь налоги платить?! Какому-то государству за то, что я тут с чужим ребенком молодость провожу?!

– Уплата вами налогов меня не интересует, – процедил Олег. – Но я все вопросы и проблемы решаю с участием юристов. Тем более остается неясным вопрос с квартирой, где вы проживаете. Вы сможете показать документы, которые подготовит мой юрист, какому-то другому юристу, вас никто не заставляет их сразу же подписывать.

– Ладно, готовьте, – махнула рукой Вероника.

Все это время, после того как мы разняли девочек, Лизка сидела у меня на руках, плотно прижавшись к моей пышной груди, и внимательно слушала. Она вела себя непривычно тихо, воспринимала, что говорят взрослые, вопросов не задавала. Лариса все это время молча ела. Ее что, впроголодь держат? Вероника экономит на питании, чтобы денег больше осталось? Я решила, что после отъезда Вероники обращу внимание Олега на этот вопрос. Возможно, стоит привозить продукты и снизить оплату услуг. Или найти другую няню. Хотя девочка привыкла к этой…

К себе я Ларису брать не собиралась. У меня Лизка есть, а раз девочки не поладили… И не поладят, все время будут ревновать, а разнимать их у меня не было никакого желания.

Наконец Вероника с ребенком уехали. Олег попросил Игоря Ивановича довезти их до городской черты, где уже ходят городские автобусы. Вероника объявила, что прямо сейчас поедет за билетом, а в зависимости от даты отъезда отвезет Ларису Юлькиной матери. Я попросила позвонить мне, как только она будет знать о своих дальнейших передвижениях.

За столом воцарилось молчание.

– Давайте Альбину еще разок помянем, – первой нарушила его я.

– Да уж, удружила нам сестричка, – хмыкнул Валерий.

– А тебе-то что? – посмотрел на него Иван.

– Валера, ты сегодня уже много выпил, – тихо сказала его жена.

– И что? Надо же мне иногда расслабляться? И вообще давайте ментам звонить. Пусть ищут папашу Алькиного ребенка. Кто еще ее кокнуть мог?

– А папаша-то при чем? – спросил Святослав. – Я так понял, что он ей только заделал ребенка и никакого участия в воспитании не принимал.

– А теперь вполне может принять в дележе наследства.

– Каким образом? – спросила моя Наташка.

– Докажет свое отцовство – сейчас это элементарно делается, наука шагнула далеко вперед. Станет опекуном наследницы. А ребенок-то получается с двумя квартирами. Или пусть даже одной, если одну придется отстегнуть англичанину.

– Валера, ты претендуешь на одну из квартир Альбины? – спросила я.

– Да ни на что я не претендую! У меня есть жилье и своих детей я жильем обеспечу! Мне вся ситуация противна. У меня эта баба в зеленых панталонах, которая сюда сегодня приезжала, вызвала только чувство омерзения. Вы что, ее не видели? Не слышали? Да у нее же по доллару в каждом глазу светится! Вы думаете, она сюда просто так приезжала? Не могла Юльку дождаться? Да она явно на дом хотела посмотреть и выяснить, что у нашей семьи можно отхватить! Это же хищница провинциальная! Вы что, слепые? Не поняли ничего?

– Валера прав, – сказала я.

– Ну вот, хоть одна раскусила незваную гостью. Люба, что вы предлагаете?

– Искать другую няню. Завтра я сама съезжу к Юлькиной матери и поговорю с ней. Выясню, что ей известно. Может, она пока посидит с ребенком – пока новую няню не найдем.

– Ребенок может жить у нас, – вдруг сказала жена Валерия. – Я всегда хотела девочку.

Валерий застыл на месте, не донеся рюмку до рта.

– Что, не прокормишь? – спросила жена. – Парни у нас уже большие. Им не требуется столько внимания, сколько раньше.

– Десять и девять лет – большие?!

– Ну это же не грудные дети! И ты же сам каждый день повторяешь, что они – сформировавшиеся личности!

Валера помолчал какое-то время, потом махнул рукой.

– Если хочешь – давай возьмем. Кто-нибудь еще претендует на этого ребенка?

Претендентов не оказалось.

– Я сам завтра поговорю с нашей службой безопасности, папа, – произнес Валерий Олегу. – Пусть покопаются в прошлом Альбины.

– Я не понимаю, почему она столько лет скрывала ребенка, – заявил Святослав. – У нас что, девятнадцатый век?

Младший сын моего зятька обвел взглядом всех, сидевших за столом.

– Подумаешь – родила без мужа, – продолжал он. – Ну кого этим удивишь? Тем более она ведь сама содержала ребенка, ни у кого денег не требовала. Она была совершеннолетней, когда родила. Я не понимаю, почему она столько лет молчала! Не понимаю, и все!