«А вот теперь можно начать паниковать», – с беспокойством подумала она, практически прижатая к стене – до мужчины оставалось расстояние всего в несколько ладоней.
– В этом мире так мало вещей, которые могут действительно удивить меня, – еще шаг, и он подойдет совсем близко. Сейде метнулась в сторону, не желая сдаваться, но Ильнар оказался быстрее, успев схватить ее за плечо и водворить на место, да еще и прижав запястья к стене. Крепко, без всякой возможности освободиться. Сильное тело придавило девушку к холодному камню так, что она не могла пошевелиться.
– А ты меня сильно удивила, Сейде, – потемневшие до синевы глаза Ильнара впились в нее, и ей очень, просто очень не понравились огоньки в их глубине. – Девушка, желающая стать некроманткой, ну надо же!
Несмотря на страх, она не собиралась сдаваться просто так, даже учитывая невозможность использовать Силу. Демоны знают, как и что у него получилось, но Ильнар был опытнее, да и пришел на Заставу практикующим магом.
– Пусти, ублюдок! – сквозь зубы процедила девушка, попытавшись пнуть Ильнара, но он легко увернулся и еще сильнее прижал ее к стене.
– Не-а, – мужчина наклонился к самому лицу Сейде, но она отвернулась, сжав губы. – Ледышка, ну не будь такой колючей, не толкай меня на грубости!
Она молчала, тяжело дыша и не двигаясь, очень хотелось зажмуриться, но девушка не поддавалась слабости. Злость боролась в ней со страхом и пока успешно побеждала. Невозможность двигаться бесила несказанно. «Может, если не буду дергаться, потеряет интерес?» – мелькнула спасительная мысль. Губы Ильнара коснулись ее шеи, Сейде все-таки вздрогнула – по коже пробежали мурашки. Довольный смех вызвал новую волну раздражения, и девушка опять предприняла попытку вырваться.
– Я все равно получу, что хочу, упрямица. Но если перестанешь строить из себя недотрогу, то тебе тоже понравится, – перехватив ее запястья одной рукой и прижав их к стене над головой Сейде, Ильнар взял молодую некромантку за подбородок и повернул голову к себе. – Или правду говорят, что тебя мужики не интересуют, а?
– Интересуют, только не такие, как ты, – она почти выплюнула эти слова ему в лицо и поняла, что зря. Губы мужчины тут же прижались к ее губам, настойчивые, жадные, а язык нахально скользнул внутрь, вызвав стойкое желание укусить.
Что она и попыталась сделать, но Ильнар вовремя отстранился.
– Ударю, – предупредил он и начал медленно расстегивать на Сейде рубашку, по-прежнему глядя ей в глаза.
– С-скотина, – девушка сглотнула, чуть не плача от отчаяния и осознания собственной беспомощности.
– Это мир мужчин, Ледышка, – Ильнар усмехнулся, шире распахнув ворот рубашки, его рука по-хозяйски легла на грудь девушки, прикрытую только тонкой сорочкой на лямках. – Или ты играешь по нашим правилам, или… или выбываешь из игры.
– Не знала, что в правилах мужчин насиловать девушек. – Сейде сильно прикусила губу, пальцы некроманта скользнули вниз и занялись пряжкой ремня на штанах. «Дура, что ты мелешь?!» – яростная мысль, и щеки, пылающие от стыда.
Он на мгновение замер, внимательно глядя на нее, Сейде не выдержала и отвела взгляд, понимая, что теперь точно надеяться не на что.
– А не надо пытаться быть с нами на равных, – тихо рассмеялся Ильнар, снова коснувшись губами шеи, потом медленно провел языком до ключицы, отчего ее дыхание участилось, сквозь ярость и злость начали пробиваться другие эмоции. Очень нежелательные. – И сопротивляться тоже не надо, Сейде, ты же умная девочка.
– Какая же ты тварь, – прошептала она, закрыв глаза и чувствуя, что по щеке ползет предательская слезинка. – Наглая, эгоистичная тварь!
– Рад, что ты не питаешь иллюзий в отношении меня, – он отпустил ее запястья, но только для того, чтобы взять на руки и отнести к кровати.
«Я докажу тебе, сволочь, что я могу быть наравне с тобой, я стану некроманткой! – металась в голове девушки яростная мысль, пока Ильнар раздевал ее. – И никто больше не дотронется до меня без моего согласия!» Да, можно было закричать, попытаться вырваться, но… Во-первых, не хотелось показывать, что она не в состоянии защитить себя, а во-вторых, в таком случае одному из них в Кирне больше не будет места. Сейде не хотела бросать учебу, так же как и Ильнар теперь вряд ли куда переведется. Молчать, терпеть и молчать, повторяла она себе, сдерживая порыв оттолкнуть эти руки, со знанием дела ласкавшие ее, и против своей воли Сейде отзывалась, глотая злые слезы, позволяя целовать себя. Как там говорили немногочисленные приятельницы в Риффе – расслабиться и получать удовольствие? А ничего другого ей сейчас и не оставалось, разве что с удовольствием возникли проблемы. Когда крепкое тело Ильнара прижало ее к кровати, Сейде пришлось почти до крови прикусить губу от резкой боли, сдерживая стон. Его тихий шепот, что сейчас все пройдет, помогал мало, она уже хотела, чтобы все скорее закончилось.
Сидя в горячей воде в ванне, Сейде с ожесточением терла себя мочалкой, в голове эхом отдавались последние слова Ильнара перед тем, как он открыл дверь: «Не вздумай никому рассказывать, Ледышка. И не смей больше избегать меня».
– Пять месяцев, – шептала она, до красноты оттирая бедра, – пять месяцев, и я получу посох! И ноги моей в Кирне не будет, уйду в Болотный Край, к Рэйвену!
Иногда, чтобы стать сильной, надо пройти через слабость. Она это сделает. Но никогда, никогда больше ни один мужчина не коснется ее. И никто не узнает о том, что сегодня произошло.
Ноэла
Месяц спустя
Ноэ, сгорбившись, сидела за столом в придорожной таверне и без всякого аппетита ковырялась в тушеных овощах – на большее ее скудных сбережений не хватило. В душе ведьмы поселились тоска и страх, в зеленых глазах плескалось глухое отчаяние, под которым, словно горящий торф под слоем почвы, тлели огоньки безумия. Она не знала, что или кто послужит толчком, приступы могли случиться от любой мелочи. Ноэ старалась не задерживаться в городах и деревнях, как бывало раньше, и самое страшное, отчего просто не хотелось жить, – она больше не могла использовать дар. Только если совсем чуть-чуть, не давая демонам безумия в голове сорваться с цепи.
Ноэ тихонько всхлипнула, прикусив губу, отчаяние снова запустило когти в сердце, превращая его в кровоточащую рану. То, чем она жила последние четыре года, с тех пор, как умерла бабушка, оказалось для нее теперь недоступным, и как жить дальше, а главное зачем, Ноэ не знала. Да, девушка по-прежнему умела делать лечебные отвары и мази, но они не всегда могли помочь. И еще было страшно спать. По ночам девушку преследовали кошмары, она снова оказывалась на алтаре, ее тело снова превращали в месиво из костей и мышц, и не было спасения от боли, ужаса, отчаяния… Пока не приходил Он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
