— Вы даже не спросите, видел ли я человека, который на вас напал? — позвал он вслед.
— Нет.
Я ускорила шаг.
Конечно, я хочу об этом спросить! Иметь на своей стороне такого свидетеля очень выгодно. Я смогла бы разрешить проблему с нападением быстро и сразу.
Но нет, я не стану должницей лъэрда. Ни за что. Даже те, кто гордится своим бескорыстием, впоследствии приходят взимать долги. А уж Рион Николет не из тех, кому свойственно бескорыстие. Если бы он хотел помочь, то поймал бы напавшего на меня негодяя с поличным. А он ничего не предпринял, равнодушно стоял в стороне и позволил обидчику сбежать.
И то, как он повел себя во время церемонии, неприемлемо. Мое будущее в руках короля, и я не позволю лъэрду ввязывать меня в их распри.
Я шла быстро, но старалась, чтобы мой шаг выглядел прогулочным. Я отпускала светлячков к деревьям, притворялась, что разглядываю цветы и травы.
Моя спина горела от чужого взгляда. Пристального взгляда мужчины, который следовал за мной.
Бежать нет смысла, меня легко найти. Уж лучше сразу выяснить отношения. Нужен баланс между нами, баланс силы. Я не брошу лъэрду вызов, это было бы глупо, но и расстилаться перед ним не стану. Он не увидит моего страха и не услышит мольбы о помощи. Пусть лъэрдов боится сам король, но дело не в страхе. Во мне течет кровь пограничья, и она не позволит мне стать на колени.
Оглянувшись, я протянула руку. Светлячки нехотя полетели к идущему за мной мужчине.
— Лъэрд Николет! В запределье так мало женщин, что вы преследуете первую встречную?
Он усмехнулся, но его голос прозвучал враждебно.
— Во время церемонии я сделал вам подарок, но вы им не воспользовались. В разряде было достаточно силы, чтобы устроить представление перед знатью Амадены. Они падки до магии, все хотят магов себе в семью. К завтрашнему дню вы бы уже нашли себе мужа. Что вас остановило?
Он пытается выдать свою выходку за помощь?! Неужели я выгляжу настолько наивной?
Да и говорит он пренебрежительно, даже злобно. Надеюсь, мы распрощаемся с ним и не увидимся до начала испытаний. Или вообще никогда.
— Буду благодарна, если в дальнейшем вы воздержитесь от таких подарков. От любых подарков.
— Не знал, что в пограничье живут принцессы. Если вы, серра Абриель, будете продолжать в том же духе, вам быстро подпилят корону.
— Заверяю вас, лъэрд, мне не нужны неприятности.
— А что вам нужно, серра? Новые платья и побрякушки? Золотые ложки? Ради них вы готовы пресмыкаться перед Августом и ему подобными? Чтобы жить с ними в золотой клетке и отрицать все, что происходит за ее пределами?!
С каждым словом лъэрд подходил все ближе, его голос звучал все громче и злее. Я напряглась, насторожилась, но не отступила ни на шаг.
Он подошел так близко, что я ощущала тепло его голоса на губах. Видела глубоко, до дна ярости его взгляда.
— Даже если в вас есть королевская кровь, все равно вы дочь пограничья! — Он отчитывал меня, как провинившуюся девчонку. — Живущие в пограничье знают мглу, и они не унижаются перед королем и Амаденой. Если вам приспичило влезть в золотую клетку, то имейте совесть, сделайте это быстро и не позорьте пограничье. Я не позволю вам пресмыкаться перед Августом.
Я хотела ему ответить. О, как же я хотела ответить! Например, сказать, что он ничего, совершенно ничего не знает о пограничье. И о женщинах тоже. Большинство девочек с детства мечтают попасть в столицу, они играют в королевский сезон, наряжаясь в потертое тряпье. И дело не в побрякушках и золотых ложках, а в простых, но таких важных желаниях — например, растить своих детей в безопасности, вдали от мглы и разбоя. Ощущать себя женщиной и гордиться этим. Знать, что на завтра у тебя есть еда.
Что он, лъэрд запределья, знает о пограничье?
Во мне накопилось столько слов, оскорбительных и злых, что они толкались, мешали друг другу, норовя сорваться с языка.
Но потом я подумала — а что я, дочь пограничья, знаю о запределье?
И тогда я заставила себя промолчать, сжала зубы.
Я подумаю о словах лъэрда, о его мотивах и его гордости. И о том, как мне себя вести, чтобы стать незаметной, неинтересной для него, об этом я тоже подумаю. Чтобы он забыл обо мне и не обратил внимания даже тогда, когда я встану в ряд с ним на королевских испытаниях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Рион! Нам пора! — раздался незнакомый мужской голос из-за деревьев. В нем звучали сила и опасность, но я была благодарна незнакомцу за его появление. Он избавил меня от необходимости отвечать на выдвинутые лъэрдом обвинения.
Отступив на шаг, я почувствовала холод, легкую дрожь. Мы с лъэрдом действительно стояли слишком близко, непозволительно.
Я шла, ощущая на себе чужой взгляд. Взгляд мужчины, чья магия томилась во мне, желая выхода. Поднявшись на холм, я обернулась и посмотрела на ночную Амадену. Прекрасную, полную теплых огней, цветочных запахов и покоя. Лъэрд назвал столицу золотой клеткой, он презирает все, что с ней связано.
Я смотрела на город, живущий светлой силой, и пыталась примерить эту жизнь на себя. Благополучие, безопасность, богатство. Чем не жизнь?
Наверное, лъэрд прав, я дочь пограничья. Я пройду испытания и вернусь домой. И ничего не возьму с собой.
Ничего кроме бесконечной светлой силы.
Приложив руки к груди, я призвала остатки магии лъэрда. Собрала ее в кончиках пальцев и выплеснула, выпустила на свободу тысячей разноцветных огоньков. Они поплыли над городом звездным шлейфом. Невдалеке раздались восклицания, радостный смех. Открывались окна, люди высовывались наружу, наслаждаясь фейерверком.
Надо же, я все-таки устроила представление.
А во мне осталась пустота, ничего больше.
И мне так нравится. Это мой выбор.
Глава 3
Каждому человеку необходимо во что-то верить. Раньше я верила в моих друзей, безоговорочно верила, но потом я узнала, что прошлое не является гарантией будущего. Если кто-то любил тебя вчера, не факт, что он не предаст тебя завтра.
Я сказала «любил»? Мне не следовало этого делать.
Теперь я надеюсь только на себя. И верю только в свои силы и в свою цель.
Я думала об этом, гуляя в садах обители по тропинке, ведущей к светлому храму Амадены. Я провела здесь все утро, тщетно пытаясь подобраться к святая святых. Защищенный от праздных гуляющих, храм скрывается под магической защитой. Мимо прошла служительница в серой робе с обручем силы в седых волосах. Заросли, не пускавшие меня к храму, расступились и скрыли ее от моих глаз.
Сегодня второй день сезона. В День Королевской Милости я испытаю мою удачу. Август V откроет двери храма, и если светлые силы позволят мне войти, то в тот день начнутся испытания.
В садах обители тишина и покой, в долине сверкает куполами Амадена, и сегодняшний день обещает быть… интересным. Бал дебютанток. Важнейшее событие в жизни девушек королевской крови. Ради этого дня я работала ночами — надо было оплачивать учителя танцев. В памяти хранятся советы Летиции — как себя вести, кому улыбаться, с кем танцевать, а кого всячески избегать. В последнем списке значатся лъэрды запределья, но, к сожалению, избежать их не удалось.
Однако то было открытие сезона, и они сводили счеты с королем. А сегодня бал дебютанток. Будем надеяться, что суровые лъэрды не снизойдут до дамских развлечений.
Оказалось, что снизойдут. На бал явились все трое, и их появление имело такой же будоражащий эффект, что и вчера. Пройдя сквозь ахающую толпу, они остановились неподалеку от Августа. В тот же момент королева шагнула за спину мужа, и рядом появилась стража. Но лъэрды не собирались учинять беспорядки, по крайней мере, пока.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пробежавшись по толпе, взгляд Риона остановился на мне. Он осмотрел мое платье, фальшивые сапфиры над скромным декольте и мужчину, с которым я разговаривала. Мы стояли достаточно близко, чтобы я заметила, как в глазах Риона клубится мгла. Я видела ее и раньше, в глазах тех, кто побывал в запределье. Вихрь золотого песка на фоне тьмы.
