Это вызывало ощущение головокружительного торжества — куда больше, чем любая успешная сделка. Очень скоро Софи вновь окажется в его постели, и на сей раз все будет еще лучше, и вместе они разбудят вулкан страстей, который не скоро затихнет.
Взяв себя в руки, Доминик отступил на шаг, демонстративно окидывая Софи взглядом. Восхитительное кашемировое пальто ей очень шло, и он решил, что, несмотря на все ее возражения, девушка обязана принять его подарок.
— Взгляни… — С этими словами он подвел ее к зеркалу, висевшему над камином. У девушки краска прилила к щекам и в глазах вспыхнули искры.
Глядя на свое отражение, Софи отчаянно пыталась взять себя в руки, она уже не могла отрицать, что стоящий рядом мужчина привлекает ее. Как вообще она могла такое допустить? Но сейчас, когда он стоял за спиной, обнимая ее за плечи уверенными, сильными руками, Софи могла думать лишь о том, как эти руки будут скользить по ее обнаженной коже. Она с трудом удерживалась на ногах.
Наконец она заставила себя встряхнуться и отошла обратно к дивану, сбрасывая пальто на подлокотник.
— Мне нужно идти. Правда…
Девушка обернулась, скрестив руки на груди. Нельзя, чтобы этот мужчина увидел, как болезненно заострились соски у нее под свитером, нельзя показать ему, как сильно он действует на нее. А сейчас тело предавало ее все сильнее с каждой секундой.
— Я хочу, чтобы ты оставила пальто себе.
Его голос звучал хрипловато, взгляд изумрудных глаз казался слегка плывущим, затуманенным от желания.
— Нет.
— Да, Софи. Я купил его для тебя и хочу, чтобы ты его носила.
Если она будет и дальше продолжать этот нелепый спор, то сделает только хуже. С явной неохотой Софи вновь взяла пальто в руки, разглаживая ладонью мягкую ткань.
— Хорошо. Спасибо. Но вообще-то я не принимаю от мужчин дорогих подарков.
— Так, значит, я первый? Отлично. И кстати.., у тебя есть парень? Ты встречаешься с кем-нибудь?
Софи изумленно уставилась на него.
— Нет. Но какое это имеет…
— Я приглашаю тебя завтра на ужин. Луис заедет за тобой в половине восьмого.
— Но ты ведь уже получил список подарков для Дианы. Зачем нам ужинать вместе?
Зеленые глаза Доминика предупреждающе сощурились.
— Не шути со мной, Софи. Ты прекрасно понимаешь, зачем я тебя пригласил.
За простыми, внешне вежливыми словами крылось такое чувственное напряжение, что девушке внезапно сделалось не по себе. До сих пор она была убеждена, что Доминик подарил ей пальто, только чтобы унизить, заставить ощутить себя дешевкой, но теперь осознала, что ошиблась. Он явно ожидал чего-то большего.
— Ты меня не приглашал. — В голубых глазах вспыхнуло негодование. — Ты мне приказал!
— Мне все равно, как ты истолкуешь мои слова. Я просто хочу, чтобы к приезду Луиса ты была готова. Это ясно?
Вот теперь он показал ей свое подлинное лицо. Наверное, таким привыкли видеть Доминика Ван Стрэтена его подчиненные и деловые партнеры. Этот мужчина привык всегда и во всем добиваться своего.
У Софи подкосились колени. Разве кто-то может противостоять такому напору? Ей невольно вспомнились рассказы Дианы о том, как ее босс во всем добивается успеха. В этих словах можно было не сомневаться: достаточно взглянуть хотя бы на немыслимо дорогие картины, украшавшие стены комнаты. Этот человек никогда и ни в чем не знал отказа…
— Ты высказался предельно ясно. Но никто не смеет мне приказывать сделать то, чего я не хочу! Ты понял?
Доминик засмеялся, и звук этого смеха подействовал на Софи совершенно неожиданно. Перед внутренним взором внезапно возникли образы обнаженных тел, сплетающихся на шелковых простынях, и… Боже правый, как вообще она может думать о чем-то подобном?!
— Ладно, иди, рая уж ты так торопишься. Но завтра ты придешь на ужин, договорились?
Жаль, что жизнь нельзя отмотать назад, словно кинопленку. Ей следовало уйти сразу же, как только она отдала ему список для Дианы. Ей не следовало примерять это чертово пальто. А теперь у Софи совершенно не было сил противостоять этому слишком притягательному мужчине…
Она тяжко вздохнула, гадая, какую цену придется заплатить за это безумие.
— Тогда только ужин. А потом я вернусь домой. И точка.
— Ты и правда так думаешь?
И вновь в его голосе звучала насмешка. Холодок предвкушения пробежал у девушки по спине.
— Именно так.
— Софи.
— Что такое?
Она обернулась уже от самых дверей, и при виде улыбки на губах Доминика у нее невольно перехватило дыхание. Это нечестно, что он так умело пользуется своим обаянием и привлекательностью. Нечестно, что он использует это как оружие против нее. Ей надо было уйти, не дожидаясь его следующих слов…
— Пожалуйста, завтра надень что-нибудь более женственное. Ради меня.
Софи пришлось закусить губу, чтобы с уст не сорвался совершенно неженственный ответ. Она ушла, так и не сказав ни единого слова.
На следующий день Доминик улетел в Манчестер по делам: он присматривал там землю для постройки элитных жилых домов. Другой застройщик предлагал владельцам участков не менее выгодные условия, и чтобы помешать сделке, Доминику пришлось приложить всю свою хитрость, ум и чутье.
Встреча продлилась пять часов. Из конференц-зала он вышел с подписанным контрактом и голодный как волк. Пообедал в одном из лучших ресторанов города и наконец сел на самолет, чтобы вернуться в Лондон.
Весь день, несмотря на напряженные переговоры и обилие дел, его мысли постоянно возвращались к Софи, и каждый раз теплое томление наполняло все тело, заставляя желать, чтобы день как можно скорее закончился и он наконец смог увидеть ее.
Он уже и припомнить не мог, когда в последний раз предвкушение секса так сильно его возбуждало. Но они с этой девушкой были идеальными партнерами в постели. Доминик не собирался спешить. Он будет поддразнивать Софи, играть с ней, заставит изнывать от желания, чтобы она так же сходила по нему с ума, как и он по ней…
Вернулся домой Доминик Ван Стрэтен в отличном расположении духа.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Дважды за этот день, утром и в обеденный перерыв, Софи выскальзывала из школы, чтобы позвонить Доминику. Оба раза она попадала на автоответчик и так и не оставила сообщения. Отказаться от приглашения на ужин заочно показалось девушке уж совсем недостойным: он потом будет презирать ее до конца жизни. Может, у Софи и были свои недостатки, но трусость к ним явно не относилась.
Вспоминая прошлый вечер, Софи никак не могла понять, что же заставило ее принять приглашение. Она была как под гипнозом… Но теперь, при свете дня, вся эта затея казалась чистым безумием. Конечно, невозможно было отрицать, как сильно привлекает ее Доминик, и все же они совершенно не подходят друг другу.
