из первых.
• Примечание: часто неизвестно куда уходит «гулять по городу».
Шестой подозреваемый – фрейлейн Хэй (3 этаж).
• Во время преступления, наверное, находилась у себя в комнате, поскольку в коридор не выходила.
• Мотив – нужда в деньгах, желание чаще быть с семьёй (если верить словам её родителей, она каждый день убегает на работу, притом надолго. Значит, чтобы обеспечивать себя и, может быть, родителей, ей надо работать очень много).
• По поводу доктора Крюгера – к месту преступления прибыла одной из первых.
• Примечание: часто неизвестно куда уходит «на работу».
Седьмой подозреваемый – герр Фредерик Риттер (4 этаж).
• Во время преступления, наверное, находился у себя в комнате, поскольку в коридор не выходил.
• Мотив – нужда в деньгах.
• По поводу доктора Крюгера – часто с ним очень сильно ссорится из-за пустяков, к месту преступления прибыл пятым.
• Примечание: неизвестно чем целыми днями занимается у себя в комнате, мог за это время изготовить подделку.
Восьмой подозреваемый – фрау Барни (чердак).
• Во время преступления, наверное, находилась у себя в комнате, поскольку в коридор не выходила.
• Мотив – нужда в деньгах (судя по всему она бедна).
• По поводу доктора Крюгера – после инцидента с рекой СМГ доктора не очень уважает, прибыла на место преступления одной из последних.
• Примечание: ничего о ней как о личности неизвестно.
Девятый подозреваемый – фрейлейн Карла (чердак).
• Во время преступления, наверное, находилась у себя в комнате, поскольку в коридор не выходила.
• Мотив – новая игрушка.
– Беата, это уже как-то несерьёзно! – смеясь, воскликнула я.
– Нам надо записать всех, я тебе уже говорила…
• По поводу доктора Крюгера – любит сидеть за его письменным столом, так что за ней всё время приходится присматривать, к месту преступления прибыла одной из последних.
• Примечание: не очень любит голову мамонтёнка на стене – часто в неё плюётся.
Вдруг мы услышали вопль тёти Урсулы: – Она сгорела!
Глава 7. Пострадавшая. День 1
Уверена, вам приятно читать мои ретроспективные воспоминания, когда я переношу вас непосредственно в то время и прошлое становится настоящим, а мы вместе шаг за шагом переживаем те события… но не сейчас. Вероятнее всего, вы пробежали взглядом по этим строкам, перенеся себя в будущее, чтобы узнать, кто пострадал. Не буду откладывать разгадку в долгий ящик. Итак, возвращаюсь к прошлому.
Мы с Беатой быстро выбежали на кухню, бросив блокнот на моей полке-кровати.
– Кто сгорел? – крикнула я, готовясь увидеть что-то ужасное. И увидела почти чёрное скрюченное существо.
Беата подошла ближе и, смеясь, воскликнула:
– Тётя Урсула, Вы нас так напугали из-за какого-то пустяка!
– Беата, как ты смеешь так говорить! Какая бессердечность к людям! Чем же я теперь постояльцев кормить буду? Больше-то кур у меня нет, а в магазин за новой в такую погоду я идти не собираюсь! – И тётя показала рукой на окно, за которым творилось что-то неописуемое (так что описывать не буду, но скажу честно, что даже я (по моему мнению, самый выносливый человек в семье) на месте тёти Урсулы сказала бы то же самое).
– Ну ладно, тётя Урсула, я понимаю…
Речь Беаты, судя по всему, в извиняющемся тоне прервал какой-то очень громкий хруст, доносившийся из передней части дома.
Строгое выражение лица тёти Урсулы сменилось встревоженным.
– Девочки, подождите здесь. Видно, выйти всё-таки придётся. Где-то я такой звук уже слышала. Домойте, пожалуйста, посуду, я половину уже вымыла. Потом можете из холодильника взять пирог, я его хотела как десерт подать, а без основного блюда его для ужина не хватит, чтобы все насытились. Кстати, Беата, я надеюсь, что ты будешь не против переночевать здесь, у Софи в комнате?
С этими словами тётя Урсула очень быстро поднялась наверх. Потом мы услышали её рассерженный голос и поскуливание, которое исходило, видимо, от собаки мисс Грин. Как только последние звуки её шагов пропали в тишине, Беата спросила:
– Софи, это очень важно, так что ответь на мой вопрос быстро и чётко: у вас есть кухонный таймер?
– Зачем он тебе? – воскликнула я от неожиданности, но, увидев выражение лица Беаты, добавила: – Есть, сейчас принесу.
Я достала из верхнего ящика под плитой маленький зелёный таймер с большим белым кружком посередине и крошечной точечкой у края. Вокруг кружка по периметру были крохотные циферки.
– Поставь на пятнадцать минут… Подожди… – Беата подошла к раковине и, взяв в руки губку и тарелку, сказала: – Засекай!
После этого странного момента Беата, поручив мне подогреть пирог и заварить чай, домыла посуду, и мы сели за стол. Буквально через восемнадцать секунд (я машинально считала) зазвенел таймер.
Беата улыбнулась:
– Мне кажется – я почти уверена, что твоя тётя невиновна!
– То есть как это? Ты же недавно настойчиво писала её имя в списке подозреваемых! Да ещё и в первой строчке!
Беата разочарованно вздохнула:
– Дорогая моя, я вижу, ты не совсем внимательно наблюдала за моими действиями. Тётя Урсула сказала, что она вымыла половину посуды. Соответственно, осталось почти то же количество, что и было до этого. Я высчитала примерное время, которое прошло с момента нашего разговора до разговора с тётей Урсулой, а потом добавила время мытья оставшейся посуды. Всё вышло идеально. Я успела вымыть посуду и ещё успела бы быстро подняться по лестнице и добежать до доктора Крюгера. Элементарно, Ватсон!
– Поэтому ты не разрешила мыть посуду вместе с тобой! Ведь у тёти Урсулы две руки…
Беата просто кивнула. Вдруг по лестнице быстро спустилась Софи (служанка мисс Грин). Она выглядела запыхавшейся и недовольной:
– Мисс Кок, добрый вечер!
Со мной она не поздоровалась, потому что, как мы с тётей и планировали, думала, что я служанка.
– Ох, хочется просто пойти в комнату и заснуть, вот так я устала! Вы не знаете, где миссис Урсула? Я нигде не могу её найти, уже весь дом обыскала! Хозяйка (так она называла мисс Грин) совсем разбушевалась. Говорит, что она не из тех людей, которые могут ничего не делать, кроме как судорожно вздыхать, когда взволнованы, и что она хочет есть.
Тут служанка увидела курицу, всё ещё валявшуюся на полу под духовкой, чёрную, как гуталин (видно, тётя Урсула так расстроилась, что выронила её из рук), и изо рта служанки вырвался стон.
– Ох, что мне теперь делать? Хозяйка же меня изведёт!
Мне стало жаль тёзку, и я предложила ей взять клубничный пирог с
