– Эй, ты чего? – возмутилась я.
– Это мемуары! – Сокол постучал по обложке пальцами. – То есть, здесь может быть намек на реальные магические действия. Мысли шире, Лучик, иначе состаришься в этих стенах, а после упокоишься на местном кладбище.
– Вот еще заноза! – воскликнула в ответ, однако в глубине души готова была признать, что принц прав, и на страницах этой незатейливой истории может быть намек на выход из нашей ситуации. Не стоит пренебрегать даже мемуарами.
– Не беспокойся, Лучик, если в библиотеке и есть намек, как вернуть человеку память, я его найду.
И у меня не было причин сомневаться в обещании Сокола. Я только кивнула и потянулась за очередной книгой. Впрочем, дальнейшие поиски ни к чему не привели. Принц дождался, пока моя отработка закончится, и милостиво проводил меня до второго этажа.
– Завтра продолжим, – пообещал он, замирая у входа в коридор. – Одного не понимаю: ладно студенты, но почему никто не рассказал преподавателям о том, что произошло? Если бы они знали, кто-то уже мог найти выход!
– Дерек говорил, что не только Ноксу было известно о его состоянии, – вспомнила я.
– «Не только Ноксу», – передразнил меня принц. – Когда есть проблемы такого масштаба, Лучик, молчать о них – это трусость, иначе не назовешь. Поэтому я готов заявить: все, кто знал о состоянии ректора и молчал, – трусы. И из-за них академия до сих пор заперта.
– Ты не прав, – попыталась его вразумить.
– Да? – прищурился Сокол. – И в чем же?
– Паника…
– У кого? У преподавательского состава? – хмыкнул он. – Их нервы крепки, как канаты. Не нравится мне все это, Лучик…
Можно подумать, кому-то нравится. Больше спорить с принцем я не стала: пусть поступает, как считает нужным. Вместо этого попрощалась и пошла к себе, а Сокол направился на третий этаж. И все-таки его слова не давали покоя! Может, действительно профессор Нокс совершил ошибку, скрыв от коллег состояние Дерека? Кто бы мог сказать…
УРОК 5. Цени свое время
Принц Сокол
Впервые в жизни Сокол понял, как это – когда в груди жжет жаром пустыня. Именно это он и испытывал с той самой минуты, когда узнал о смерти отца. Он словно окунулся с головой в кипяток, и теперь никак не мог вынырнуть. Внутри все горело, бурлило, а внешне нужно было сохранять спокойствие. Отец всегда говорил, что император не имеет права потерять голову, что бы ни случилось в его жизни: война, смерти близких или даже эшафот. Соколу казалось, он в совершенстве овладел этой хитрой наукой – держать лицо. И как так случилось, что это все обернулось лишь видимостью?
Причем смерть императора Ричарда – это полбеды, а вот попытка убийства Дерека… Она выбила почву из-под ног. Принц чувствовал себя уничтоженным ею, превращенным в песок и прах. Хотелось хотя бы извиниться, потому что отменить совершенный поступок он не мог, однако глупая гордость не позволила даже этого. Признать свою вину. Сказать, что поддался порыву безумного отчаяния от понимания: жизнь рухнула. И дело не в троне, хотя Сокола воспитывали как наследника престола и он понимал, что рано или поздно сменит отца, а в том, что его лишили возможности находиться с близкими в эту трудную минуту.
Принц Эден не верил в беспричинную болезнь императора. Он понимал: за этим кто-то стоит. Но кто? Как разобраться, если сам он заперт в стенах академии имен. Почему? Потому что Дерек Эвернер влюбился не в ту девушку. Это было бы смешно, если бы не сломало столько судеб.
После расставания с Лучиком принц около двух часов просидел в своей комнате, выполняя задания – доучиться надо, даже если совсем не хочется. И пусть материал был уже пройден в предыдущем году, тогда Сокол бесился от невозможности выйти и не старался его хорошо запомнить. А сейчас вдруг показалось, будто там можно найти ключ к решению их проблемы.
Затем еще около часа листал мемуары, пропустив ужин. Стоило признать, это было больше развлекательное чтиво, чем стоящее пособие по магии, однако один момент зацепил принца: герой, поссорившись с возлюбленной, ее просто… переименовал. То есть, лишил истинного имени и дал другое, изменив суть. Их ведь тоже учили нарекать имя. С октября в прошлом году начались тренировки, как это делать. Но они переименовывали вещи, не людей. Так можно ли испытать нечто подобное на Эвернере? Хотя, вряд ли ректору понравится подобная затея…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сокол задумчиво прочитал еще несколько страниц, затем захлопнул книгу и уже собирался покинуть комнату, когда в двери постучали, и на пороге появился кузен.
– А, Лед, – угрюмо произнес принц. – Зачем пришел?
В последние дни их общение с кузеном не ладилось. А все из-за таблички, которую тот скрыл. Часть души Сокола твердила: лучше бы скрывал и дальше. А другая отвечала: это трусость! Он должен был знать о том, что происходит дома, и подготовиться к неминуемому.
– Тебя не было на ужине, – заметил кузен. – Как ты себя чувствуешь?
– А как я должен себя чувствовать? – Сокол вопросительно приподнял брови. – Учитывая, что сегодня, наверняка, похоронили моего отца. Прекрасно, Лед. Лучше не бывает.
– Император не только твой отец, но и мой дядя, – угрюмо напомнил кузен.
– Я об этом и не забывал, – ответил принц.
– А мне кажется, забыл. Я понимаю…
– Ничего ты не понимаешь! – воскликнул Сокол, подходя ближе. – Совсем ничего. Твою семью есть, кому защитить, а мою…
– С твоими братом и мачехой тоже есть верные люди, – процедил Лед. – Не строй из себя обиженную принцесску, брат, тебе не к лицу!
Эден замолчал. Он отошел к окну, повернулся к кузену спиной и разглядывал темный парк, по которому бродили студенты и выпускники. Единственное развлечение – вот так бродить, надеясь, что однажды получится выйти за его пределы. Но если ничего не сделать – не выйдет. Сокол потер виски. Он устал, не спал уже несколько ночей, чувствовал себя изломанным изнутри. Хотелось кричать от боли и гнева, но приходилось улыбаться недругам. Хотя бы драка дала перевести дух…
– Прости, – сказал вдруг Лед. – Я не должен был так с тобой разговаривать. Ты прав, дяди больше нет, и все стало… сложнее.
– И ты на меня не злись, – качнул головой Сокол. – Просто дайте мне время, все вы.
– Хорошо. Доброй ночи.
Кузен вышел из комнаты, а принц снова отвернулся к окну. Скорее всего, уснуть опять не получится. Значит, нужно потратить время с пользой.
Он снова направился в библиотеку. Дверь была заперта, но что ему, магу имени, какие-то замки? Принц прошептал формулу и шагнул в темное царство книг. Щелкнул пальцами, призывая магическую искру, и все вокруг озарил свет. Он снова пошел вдоль полок, только теперь разыскивая нечто конкретное – книги для старшекурсников, касающиеся наречения имени. Книги пахли пылью – их не так часто кто-то брал в руки. В носу зачесалось, Сокол поморщился, но продолжил свои поиски. Вот только то, что он читал, почти не отличалось от того, чему их учили.
– И что ты здесь пытаешься найти посреди ночи? – раздался голос за спиной.
Эден вздрогнул и едва не наградил подкравшегося заклинанием в лоб, но ректор Эвернер отступил в сторону и покачал головой:
– Не стоит.
– Не подкрадывайся! – зашипел принц. – Жить надоело?
– Я искал тебя, – огорошил ректор.
– Да что ты говоришь?
Сокол отложил очередную книгу и замер, ожидая продолжения беседы.
– Давай не здесь, – огляделся Эвернер.
– Почему нет? В читальном зале, если ты не заметил, свободно.
Дерек не стал возражать. Они вдвоем прошли в читальный зал и сели по разные стороны длинного стола, будто на переговорах. Можно было бы посмеяться, если бы сама ситуация хоть немного располагала к смеху.
– Вижу, тебе стало лучше, – заметил принц. Соколу не хотелось тянуть время. Да, его здесь у каждого в достатке, но к чему тратить минуты на пустые разговоры?
– Немного, – кивнул Эвернер. – Я вернул относительный контроль над своей силой.
