— Байрон считал это пошлым танцем и ненужным. Его нельзя танцевать на приеме в честь королевы.
— А где тогда? В модельном агентстве? — я сажусь на его бедро и поднимаю ногу вверх. Властная энергетика, исходящая от Диабло, будоражит. Он как кот, который позволяет мышке подойти ближе, чтобы наброситься и разорвать.
— Ты хорошо осведомлен насчет меня.
— Все можно купить за деньги. И информацию тоже.
— Не все. Меня не интересует даже машина набитая деньгами.
— И поэтому ты украла у мужа целую сумку денег? — Диабло дёргает меня на себя, прижимая ещё ближе. Я обхожу его, прижимаясь спиной к спине.
— От тебя я хочу одного, — завожу руки назад, обнимая его руками, сажусь на корточки. Руки скользят по мощным бугрящимся под рубашкой мышцам, ниже по бёдрам, он напряжён и возбужден.
— И что же? — его голос похож на порочный шепот, с будоражащей хрипотцой.
— То, что ты мне никогда не дашь. Как и любой другой мужчина, который хочет женщину. Свободу. — он разворачивается, прижимает меня к себе и наклоняет, моя спина под умелыми руками прогибается.
— Ты права. Хочу.
Глава 13
Диего
Её запах пьянит, хочется сжать, разорвать это гребанное платье прямо здесь. Грудь чертовки часто вздымается, лицо раскраснелось, а ткань топорщится, выделяя остро торчащие вершинки. От её нежного голоса волоски встают дыбом, а она строит мне глазки, кокетливо взмахивая ресницами. Обольщает меня, а я ведусь, как идиот. Не могу думать ни о чем, только как бы побыстрее оказаться в ней. Последний раз меня так клинило на женщине много лет назад. И мне это не нравится. Я люблю все контролировать.
Нужно вспомнить непреложное правило, которому я неукоснительно следую много лет. Всё бабы шлюхи. Они от мужиков лишь выгоду ищут, умело орудуют женскими чарами, чтобы превратить мозг мужика в кисель.
Саманта с лёгкостью променяла меня на деньги, дорогие цацки, с радостью раздвинула ноги перед Эль Пачо. Что я мог ей дать в то время? Идейный военный, который жил в казарме, протестант, борющийся с наркомафией. Тогда я понял, что эту отраву не убрать из родной страны. На этом держится наша экономика. Когда соседом является Америка, а с другой стороны Колумбия. Тогда словно пелена с глаз спала. Момент и были развенчаны идеалы.
Наша армия лишь прикрытие. На самом деле, мы создаём видимость защиты населения. В действительности же, наше руководство как паразиты кормятся за счёт наркобаронов. Простые наемники. Десять самых влиятельных людей Мексики, самым крупным из которых был Эль Пачо, дают подачки нам и говорят что делать. Словно шлюхи продались.
Я решил возглавить армию, взять управление штатом в свои руки. Я очень быстро поднялся. Мной двигала жажда мести. Хотелось отомстить Эль Пачо. И теперь, нас в Мексике лишь двое. Со временем, как только наберу силы, останусь лишь я. И пусть Яра и дальше пытается, она не сможет свернуть меня с выбранного пути. Не просто так она включила режим обольщения. Хочет, чтобы я влип, с ума по ней сходил, и тогда она будет управлять мной как марионеткой. Обломается! Поиграю с ней и выкину.
Не смотрю в сторону Ярославы.
— Поднимайся к себе. Для тебя вечер окончен.
— Как скажите, барон, — звучит с издёвкой. Делаю знак своим людям, чтобы проводили её. Эль Пачо на многое способен и похищать людей он мастер, вряд ли он осмелится проделать это в моем доме. Это всего лишь предосторожность.
— Горячая штучка, — Эль Пачо изрядно пьян и под чем-то, провожает Ярославу взглядом, отпивая мескаль. Оставляю его комментарий без ответа. Мэр Акапулько ждет меня в кабинете. Пока все танцуют и веселятся, мы договариваемся о строительстве больничного комплекса в Акапулько. Конечно, они представят это от своего имени. Взамен, они не трогают меня. Машина, набитая деньгами ждёт в гараже. Как только ударяем по рукам, мэр расслабляется. Велит людям перегнать её к себе.
Вечеринка кончается, когда за горами появляется яркие лучи солнца. Гости разошлись. Я сижу на диване, смотрю на окна комнаты Миледи. Она выходит на балкон. Потягивается, полы белого халата расходятся, под ним только кружевной пеньюар. Тонкая, изящная без грамма косметики она прекрасна, как утреннее солнце. Ласкаю женственное тело глазами, представляю, что скоро на этой красивой груди будут мои руки и жар похоти устремляется вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она замечает меня. Со злостью запахивает халат и туго затягивает пояс. Мне надоело играть. Пора напомнить ей про долг передо мной. Взять, утолить голод, а потом вернуть ее мужу.
Глава 14
Яра
Синий свет сменяется жёлтым, бликами освещает потёмки, где внизу тысячи людей двигаться в порочном танце. Над ними, на белоснежных полотнах ткани извиваются полуголые девушки, выполняя сложные акробатические этюды.
Я нахожусь в самом большом клубе Мексики. Он вмещает в себя около пяти тысяч людей. Есть танцевальная зона и трехуровневые ВИП зоны, возвышающиеся над танцполом. Тысячи людей мечтали бы попасть сюда, а я не знаю как сбежать. Вся жизнь превратилась сплошной побег. То от мужа, то от человека, который хочет меня вернуть ему. Но почему-то не торопится с этим. Таскает за собой как вещь.
Он — опасный хищник, убийца, держит всех в страхе. Каждый второй человек в этой стране желает его смерти. Устраивает покушение. Но он, как истинный зверь, чувствует опасность. Умело обходит его стороной. Не человек. Дьявол. Собственно, его так и прозвали. Дон Диабло.
Его верный слуга, о чём то говорит ему, подобострастно смотрит на хозяина. Тот крутит большой перстень на мизинце, изучает меня черным непроницаемым взглядом, от края короткого платья, до губ вишневого цвета.
Я нервничаю. Тело начинает лихорадить, а звук музыки становится приглушенными.
Да боже мой! Что я трясусь, как чиновник перед налоговой? Обычный мужик! Всего-то нужно запудрить ему мозги, чтобы поплыл, доверился и делать ноги.
Приподняв подбородок, с вызовом смотрю на него. Лицо осталось непроницаемым, а глаза опасно блеснули. Закинув ногу на ногу, взяла со столика бокал шампанского, и сделала небольшой глоток, пытаясь потушить пожар и появившийся азарт. Я или покорю его, или умру. Муж не простит того, что я осмелилась сделать. Сбежать.
Качнула ногой, ненадежный ремешок на босоножках расстегнулся. Поставив бокал, нагнулась, чтобы застегнуть. Провела по ступне рукой, выше до икры. И вскинула голову. Он жадно следил за каждым движением, взгляд полон похоти и пламени, пожарче чем в преисподней. В нем я увидела, всё, что он хочет сделать. Воздух между нами зарядился, стал невыносимо тяжелым.
Я первая прекратила наш зрительный контакт и поспешно встала с дивана. Потянулась за клатчем. Тут же активизировались мои охранники, встали, преграждая дорогу. Развернувшись посмотрела на Дона Диабло.
— Я хочу уйти! Сейчас! — его собеседник закашлялся. Как же! Пленница. Дорогая вещичка, посмела так разговаривать с его хозяином.
Диабло сделал знак рукой, мордовороты, отступили. Диего встал, застегнул черный лоснящиеся пиджак.
— Пошли, — сухим тоном выдал он. Его рука легла на мою талию, подталкивая к ступеням, ведущим вниз.
Я едва ли вспомню, как спускалась. Ощущение того, что мне нужно бежать, что я в опасности усиливалось с каждой секундой.
— Не сюда, — скомандовал он, когда я направлялась к выходу. — Пошли через черный вход.
Узкие коридоры петляли, как лабиринт Минотавра. Я шла, следуя его указаниям куда сворачивать. Все реже стали попадаться сотрудники клуба. Проходя мимо очередной двери он затолкал меня внутрь и тут же толкнул грудью на стену, прижимаясь всем телом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сильные мозолистые пальцы, схватили меня за подбородок, разворачивая голову. Его дыхание с запахом коньяка обжигает висок.
— Ты думаешь я не догадываюсь чего ты добиваешься? На что ты рассчитывала, пытаясь меня соблазнить? — одной рукой он продолжал держать мою голову, второй задрал до пояса красное платье и смачно шлёпнул по заднице. — Поверь. Ты пожалеешь о своей выходке!
