− Это как-то относится к делу? — парень нахмурился.
− Да нет, − Сотникова взмахнула своей светлой копной волос. Её выражение лица отражало скуку, иногда просматривался секундный интерес, но он быстро терялся, и лицо снова становилось безразличным ко всему происходящему. — Просто хочу похвастаться, ведь у меня тоже есть ручная собачка.
− Посторонних здесь быть не должно, давайте будем серьёзнее.
− Но она уже за дверью, верно ждёт…
− Я сказал…! — Влад сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Это будет тяжело. — Никаких посторонних.
Милана обиженно надула губы. У неё вообще нет связи с реальностью?
− Ладно.
Дверь снова открылась, на пороге показались запыхавшиеся мужчина и женщина средних лет, они судорожно извинились за опоздание и поспешили пройти внутрь. До того как двери закрылись, Владу показалось, что на секунду он увидел знакомый силуэт, но невысокая фигура поспешила скрыться, прежде чем парень смог хоть что-нибудь рассмотреть.
− Присаживайтесь, − Вязенский указал супружеской паре на сторону, где сидела их дочь. Наконец, все в сборе, у него через час запланирована деловая встреча, нужно разобраться с этим побыстрее.
Мужчина кивнул Владу, тот загрузил на ноутбуке видео, которое сняли его поросята во время игры. Там отчётливо было видно, как Сотникова намеренно травмирует Вику. Тарасов повернул монитор в сторону адвокатов и родителей Миланы, сам он на это сотый раз смотреть просто не мог. Женщина испуганно ойкнула, когда на экране её дочь со звериным оскалом ринулась на Вику, её муж обречённо закрыл глаза, понимая, что в этот раз ответственности за подобный серьёзный проступок не избежать. Милана, в отличие от них, равнодушно смотрела в окно позади Влада.
Тарасов загрузил оставшиеся видео прошлых игр, лица адвокатов мрачнели с каждым новым фрагментом. Они попросили остановиться и вернуться к первому эпизоду, ссылаясь на то, что разбираются сейчас конкретно с этим делом. Вязенский снисходительно посмотрел на них, кивнул Владу.
− Итак, что мы имеем: у девушки явное психическое расстройство, оттого и склонность к насилию. Тюрьма не подходит согласно имеющимся медицинским показаниям, а вот психиатрическая больница вполне себе вариант, для её же блага. К тому же мы запросим запрет на приближение не только к нашей клиентке, но и к остальным пострадавшим. Ввиду этого клинику придётся выбрать исходя из этих соображений, − Андрей Александрович сделал акцент на последних словах и выразительно посмотрел на родителей Сотниковой.
Адвокат другой стороны ещё раз самостоятельно просмотрел эпизод столкновения. Он поставил видео на паузу, поворачивая ноутбук к Тарасову и Вязенскому.
− На долю секунды на видео видно, как ваша сестра улыбается краешком губ. Не похоже на поведение человека, который сейчас получит серьёзную травму, − второй адвокат поправил очки, всматриваясь в экран. Влад знал, о чём они говорят, он видел эти доли секунды уже очень много раз.
− Вам кажется, это нервный тик, − парень напомнил о потере сознания его сестры от переутомления и стресса, к этому же умело приплёл и нервный тик.
− Неужели? — адвоката всё ещё одолевали сомнения, но кивнувший в поддержку слов Влада Вязенский убил все возможные теории в зародыше. Мужчина положил на стол заключение лечащего врача, подтверждающего их слова, − Как скажете, господин Тарасов.
Андрей Александрович довольно хмыкнул, наблюдая, как адвокат другой стороны пытается подловить его подопечного.
«Зря стараетесь, этот паренёк слишком умён»
− Но всё же это принудительное лечение, − не унималась сторона защиты. Им отвалили приличную сумму денег, они должны постараться выйти из этой ситуации в выигрыше.
− Называйте, как хотите, − пробасил Вязенский. Ну что за цирк. − Если вы не примете наши условия, то вот, − мужчина бросил на стол несколько листов, которые разлетелись по гладкой поверхности. — Это показания пострадавших ранее спортсменок. Трое из них не смогут больше играть, остальные, к счастью, восстановились. Конкретно у нашей клиентки травма средней тяжести, что тоже играет немаловажную роль.
− Она больше не сможет играть? Как забавно, − голубые глаза Миланы радостно загорелись, лицо оживилось на этих словах.
Влад не выдержал.
Он вскочил с места, перегнулся через стол, хватая девушку за грудки и ощутимо её встряхивая.
− Она будет играть столько, сколько захочет, а ты будешь лежать в комнате с белыми мягкими стенами, и единственное развлечение, которое тебя ждёт, это биться о них головой в попытках закончить своё бессмысленное и жалкое существование, − Тарасов яростно прошипел эти слова ей прямо в лицо. Самодовольно улыбнулся, когда увидел на дне чужих глаз что-то похожее на страх. Поздно бояться, дорогая, тебе конец.
− Сядь на место, − чётко проговорил Вязенский. Он одним лишь взмахом руки остановил подорвавшихся адвокатов другой стороны. Мужчина устало вздохнул, он всё понимал, но всё же. − Я не позволю тебе стать преступником.
− Мне плевать, − Влад услышал судорожный всхлип, мать Сотниковой отчаянно цеплялась за своего мужа, тот в свою очередь не имел ни малейшего понятия, что делать. Возможно, из-за того, что они такие мягкотелые, и где нужно было проявить жёсткость в воспитании, они не могли этого сделать, из их ребёнка и вышло, то, что вышло.
− Я сказал сядь, − в голосе Андрея Александровича послышались стальные нотки. Тарасов отстранился, уселся на своё место. − Хороший мальчик.
Милана поморщилась, помассировала сдавленное горло. Её светлые брови были нахмурены, а рот скривился от злости. Точно такое же выражение лица у неё было, когда Вика насмехалась над ней, распластавшись на блестящем паркете спортзала. Что она тогда ей прошептала? Ах, точно «ты проиграла». Ну нет, Сотникова никогда не проигрывает.
Девушка встала со своего места, взяла в руки сумочку.
− Пойдёмте, − она кивнула головой родителям. Ей хотелось убраться из этого места как можно скорее.
− Милана, − её отец устало вздохнул.
− Что?! — взорвалась девушка, её лицо перекосилось от злобы. — Просто заплатите им всем, как вы всегда и делали! Я хочу домой! Сейчас же!
− Не в этот раз, − Вязенский поднялся с кресла, посмотрел на свои наручные часы, через десять минут ему уже пора будет выезжать на место встречи. — Разберитесь с этим в течение суток, или разговаривать мы будем по-другому, − он обернулся, одним лишь взглядом приказывая адвокатам замолчать и оставить при себе все свои возражения. — И пришлите нам документы, подтверждающие нахождение Миланы Сотниковой на лечении, на этом всё, всего доброго, − высокая фигура скрылась за массивными дверями, Влад проводил её взглядом, после чего посмотрел на Милану. Она и правда не осознавала, что в этот раз ей не избежать наказания.
Парень поднялся со своего места. Оба адвоката суетились в попытках успокоить родителей, но те уже смирились с происходящим. Вероятнее всего, последней каплей для них стало неопровержимое доказательство вины их дочери в виде нескольких видео, которые были продемонстрированы ранее. Она и правда это сделала.
− Надеюсь, ты больше никогда не попадёшься ни мне, ни моим близким на глаза, иначе я уничтожу тебя, − Сотникова нервно сглотнула, когда Влад подошёл к ней вплотную. Его взгляд был похож на взгляд дикого зверя, готового напасть в любой момент и растерзать свою добычу. − Не стоит недооценивать социальную смерть. Если не будешь сидеть тихо и мирно, я обнародую подробности всех твоих инцидентов травли, начиная со школы. Каждый будет знать, кто ты и что из себя представляешь, поэтому будь умничкой и делай так, как тебе велят, − Тарасов в последний раз окинул гневным взглядом всех присутствующих, ему не было жаль родителей этой полоумной, всё же в этом была и их вина.
Парень толкнул тяжёлую дверь, выходя в коридор. Неужели это закончилось, ему стоит, наконец, навестить систр и поговорить с ней.
Из переговорной донёсся истошный крик и удар чего-то тяжёлого об пол, Влад, не оборачиваясь, шёл дальше. Он хотел, чтобы для него и его близких это всё было страшным сном, который забудется после пробуждения.
