Читаем без скачивания «СПАСИТЕ НАШИ ДУШИ!» - Владимир Шигин

Из объяснительной записки заместителя командира корабля по политической части капитана 2-го ранга В.В. Анисова: «Я на­стаивал оставить на лодке 5—7 человек, остальных отправить на «Касимов», но командир приказал садиться в шлюпку, чтобы про­водить работу среди личного состава, находящегося на «Касимове». Вторая объяснительная В.В. Анисова «.-Командир зачитал список убывающего личного состава К борту лодки подошел спасательный бот. Я обратился к командиру. «Прошу остаться с вами!» Он ответил: «Немедленно в бот! Мы здесь справимся, а на «Касимове» много народу». Я спустился в бот, там уже был Каширский». Претензий к поведению и действиям замполита ни у кого из оставшихся в живых членов экипажа не было. Наоборот, все, с кем довелось встретиться автору в процессе работы над книгой, отзываются о нем с неиз­менной теплотой. К тому же реальной помощи Анисов оказать оставшимся явно не мог. Немолодой уже человек (фронтовик) со слабым зрением, в очках, которые беспрестанно обдавало брызгами, он действовал временами почти на ощупь. К слову, замполит едва не погиб, когда перебирался с баркаса на борт теплохода. Не раз­глядев того, что корпуса «Касимова» и баркаса сходятся, он едва не был ими раздавлен.

Но почему ушел с борта лодки командир электромеханической боевой части, главный идеолог борьбы за живучесть? Ведь кому, как не ему, были известны все тонкости предполагаемых восста­новительных работ! Из объяснительной записки капитана 2-го ранга В.И. Пашина «Вышел из первого отсека с трюмным старшим матросом Новиковым Задраили люк. Подошла шлюпка Зачитали списки убывающих. Слышно плохо. Запросил, где находиться меха­нику. Командир сказал: «Механик в шлюпку!» Я предложил еще раз командиру снять всех людей. Шлюпка могла взять 52 человека, и я чувствовал, что подводная лодка тонет, так как видна была третья пара торпедных аппаратов, а корма находилась в воде. На судне ко мне подошел помощник командира Я еще раз повторил свое мнение, что личный состав надо снимать».

Вспомним, что за последние сутки между Бессоновым и Па- шиным возникли серьезные разногласия в вопросе о целесообраз­ности борьбы за спасение лодки. И если командир твердо верил в необходимость продолжения этой борьбы, то командир БЧ-5, наоборот, высказывал мнение о том, что лодку спасти уже практи­чески невозможно и следует как можно быстрее снять с нее всех людей. Не удивительно, что при столь серьезных разногласиях, да еще в столь критической обстановке, Бессонов просто не захотел иметь рядом с собой человека, не разделяющего его убеждений, и

который своей настойчивостью, видимо, просто его уже раздражал. В связи с этим обвинять командира электромеханической боевой части в трусости совершенно несправедливо. На протяжении всех трех суток борьбы за лодку капитан 2-го ранга В.Н. Пашин все время был на самых трудных участках. Действовал грамотно и энергично, ну а то, что не скрывал своего мнения и твердо его отстаивал, то в этом он выполнял прежде всего свой служебный долг командира БЧ-5, главного специалиста по вопросам живучести. К тому же раз­вернувшиеся вскоре трагические события во многом подтвердили предположения Пашина

Из вопросов, задаваемых в ходе расследования обстоятельств аварии К-8 капитану 1-го ранга Каширскому, капитанам 2-го ранга Анисову и Пашину:

«Вопрос к Каширскому: Почему вы, прибыв на транспорт, не обеспечили оставшихся на подводной лодке средствами спасе­ния?

Ответ. Надежной связи с подводной лодкой не было из-за непо­годы. На лодке было 20 жилетов, но на палубе у людей, всего 3—4.

Вопрос к Анисову: Почему ушел Каширский?

Ответ: Каширский ушел, чтобы доложить обстановку на ПЛ.

Вопрос к Анисову: Почему командир отправил командира БЧ-5?

Ответ: Из-за того, что механик «раскис».

Вопрос к Пашину: Как вы расцениваете сход капитана 1-го ранга Каширского?

Ответ: Не имею об этом суждения.

Вопрос к Пашину: Были ли у оставшихся 22 человек спасатель­ные жилеты?

Ответ: Только у одного.

Вопрос к Каширскому: Докладывал ли кто-либо, что необходи­мы спасательные средства для тех, кто остался на ПЛА?

Ответ. Я перед уходом спрашивал у командира лодки, что вам необходимо. Он сказал «Ничего не нужно, уходите!»

Вопрос к Каширскому. Почему сошел капитан 2-го ранга Па­шин?

Ответ При перечислении необходимых ему на лодке людей командир не назвал командира БЧ-5. Я спросил «Почему?» Коман­дир ответил, что командир БЧ-5 отравился газами и ему достаточно двух командиров дивизионов (электротехнического и живучести). Я это утвердил.»

Что ж, каждый волен сам сделать вывод из прочитанного. Разумеется, легко обвинять кого-то в чем-то, сидя дома на диване. Скажу честно, за время своей долгой флотской службы, мне по­счастливилось не побывать в подобной ситуации, а потому я не судья тем, кто прошел ад К-8.

Забегая вперед, скажем, что все прогнозы капитана 2-го ранга Пашина относительно того, что лодка стремительно теряет продоль­ную остойчивость и, по существу, уже обречена, вскоре в точности сбылись. Поэтому предложение командира БЧ-5 об оставлении атомохода экипажем было как технически, так и общечеловечески правильным. Однако у командира лодки была своя правда — сра­жаться за спасение корабля до последней возможности. Бискайская трагедия сломила капитана 2-го ранга Пашина. Впоследствии он был переведен под Ленинград, прекратил всякое общение с бывшими сослуживцами и достаточно рано умер. Встречавшие его в последние годы жизни говорили, что он до последнего дня жизни терзался прошлым и никак не мог найти ответа на вопрос, правильно ли он поступил тогда, сказав правду командиру о неотвратимости гибели корабля.

«Харитон Лаптев» спешит на помощь

...Баркас с «Касимова» смог подойти к борту атомохода лишь с четвертого захода. Уходящих провожал сам командир. Он долго стоял на ходовом мостике, подняв над головой обе руки, будто на­всегда прощаясь... Со шлюпки было особенно ясно видно, в каком тяжелом положении находится их лодка. Над кормой ее гуляли волны, нос же, наоборот, был высоко задран вверх.

Вспоминает капитан 2-го ранга в запасе ГА Симаков: «11 апре­ля погода резко ухудшилась, и верхний люк первого отсека, в котором находилась основная часть экипажа, пришлось закрыть, так как его постоянно стало заливать водой. В связи с отсутствием вентиляции в первом отсеке сразу же стало быстро увеличиваться содержание газа, проникавшего в него из второго и третьего отсеков. У людей началась рвота Было принято решение вывести всех на верхнюю палубу. Перед командиром встал вопрос: что делать дальше? Я находился недалеко от него и слышал, как Бессонов, держа в руках бланк радиограммы, говорил: «Приказано спасать подводную лодку и людей. Но ведь прежде указана лодка! Что же делать?» К этому времени подошел «Касимов». Командир передал на него: «Прошу принять тридцать человек!» На «Касимове» сразу же согласились принять и спустили мотобот. Из-за шторма очень долго подходили к лодке. Наконец, после четвертой попытки мне все же удалось поймать бросательный конец, после чего мы с боцманом Ермаковичем закрепили буксирный трос за стойку леерного за­граждения. В мотобот стали прыгать матросы и офицеры. Внезапно услышал крик Бессонова «Симаков? Ты что, особое приглашение ждешь! Прыгай в шлюпку!» Я едва успел прыгнуть, и мотобот сразу же отошел от борта АПЛ, вернее, нас просто отшвырнуло огромной волной. Едва отошли, я оглянулся на лодку. Стоявшие на верхней палубе махали нам руками. Сама лодка уже по самую рубку была в воде. Кормы не быдо видно. Помню, что возникло щемящее чувство, что вижу свой корабль в последний раз. Пока шли к «Касимову», нас буквально заливало волнами, временами казалось, что не дойдем У нескольких человек оказались спасательные жилеты. Помню, лейтенант Герасименко, у которого был жилет, пододвинулся ко мне и сказал: «Геннадий Алексеевич, возьми мой жилет. Я в случае чего обойдусь и без него, продержусь, я ведь помоложе!» Вот это и есть наше настоящее морское братство.

Около 23 часов подошли к «Касимову» и началась высадка на его борт. Происходило это так: очередная волна поднимала пришвар­тованный мотобот, и, когда он на какое-то мгновение оказывался на одном уровне с палубой судна, кто-то из нас прыгал, буквально падая в объятия ловивших его моряков».

Из воспоминаний капитана 1-го ранга А.В Каширского: «...С прибытием на «Касимов» меня провели к капитану. Я пред­ставился и попросил передать донесение в адрес НГШ о том, что на теплоход прибыл замкомандира дивизии и просит воспользоваться для передачи радиограммы документами капитана Составил вместе с капитаном радиограмму и передал. Рядом присутствовали Вилль, Анисов и Фалеев. Помощник доложил, что организовано непре­рывное наблюдение за лодкой. В 2.40 появилось судно (приняли за американца). Передал, что его курс ведет к опасности и чтобы он немедленно прекратил движение. Оказался ГИСУ «Лаптев». Уста­новили связь по УКВ. С «Лаптева» передали, что имеют хорошую возможность для связи и мне лучше перейти на него.