судьей.’
‘А зачем?’
За все время их знакомства Камилла ни разу не видела, чтобы Честер интересовался титулами или должностями. Он не заботился о мнении общества; все, что ему было нужно, - это реальная власть.
- Это дает мне определенное влияние на отношения с соседями. Имущественные споры, деловые иски . . . Но более того, это дает мне право вызвать милицию.- Он махнул рукой группе солдат в синих мундирах, марширующих по тропинке. - ‘Как видишь, именно это я и сделал.’
- Похоже, вы собрали частную армию.’
Честер осушил свой бокал и протянул его слуге, чтобы тот снова наполнил его.
- Мои агенты навели справки на востоке. Очевидно, Мунго купил клипер и снабдил его командой самых отъявленных головорезов Балтимора. Говорят, он зарядил ее достаточным количеством оружия. Затем он отплыл из Балтимора и исчез.’
- Исчез?’
- Это было больше года назад. С тех пор о нем ничего не слышно. Но я уверен, что он придет.’
- Может быть, корабль затонул в море.’
- Может быть, - сказал Честер. - ‘Пока я не увижу его тело, лежащее передо мной, я не поверю этому. Этот человек способен на все.’
Он отрезал последний кусок говяжьего мяса – но вместо того, чтобы съесть его, поднял и бросил за край террасы. Он пролетел по воздуху и с плеском приземлился в пруду.
Не успел он коснуться поверхности,как вода взорвалась. Камилла увидела вздернутую морду, щелканье блестящих челюстей и длинное чешуйчатое тело, извивающееся среди пены. Оно ускользнуло прочь, его спина покрылась рябью и исчезла в тени на краю бассейна.
‘Что это было?- воскликнула она.
‘Аллигатор.’
Камилла вытаращила глаза. - Вы держите аллигаторов в саду?’
- Они сами нашли дорогу сюда, вскоре после того, как мы вырыли пруды. Я не стал их отговаривать. Если Мунго Сент-Джон попытается переплыть ров, его ждет неприятный сюрприз.’
- Но Исаак должен играть где-то поблизости. А что, если он упадет?’
Камилла с трудом могла себе это представить - ее маленький сын и эти яркие сверкающие челюсти.
‘Как видите, я окружил его высокой стеной. Они не могут выбраться. А его няня следит, чтобы он не ходил туда, куда не следует, - небрежно заметил Честер. - Она знает, что я сделаю с ней, если с мальчиком что-нибудь случится.- Он положил нож и вилку и сердито посмотрел на нее. - Или что будет с тобой, если ты огорчишь меня.’
***
Когда "Ворон" под четвертью парусов направился к покрытому грязью устью реки Ньянга, Типпу выкрикнул эти звуки. Подъем морского дна был постепенным, без видимых рифов или песчаных отмелей. Волны равномерно разбивались о берег по обе стороны устья, обрушиваясь с приглушенным грохотом, который заставил Мунго нервничать. В жизни, проведенной под парусом, не было ничего столь же пугающего - и волнующего, - как последние минуты приближения к безымянному берегу.
Мунго повел корабль вокруг оконечности прибрежного полуострова в более спокойные воды реки. Он приказал убрать паруса, бросить якорь и оставил де Вильерса с тремя людьми охранять корабль. С его сломанной рукой американский торговец будет пробираться сквозь джунгли, и от него не будет никакого толку в драке. Мунго хотел, чтобы он остался жив, чтобы привезти его к Честеру.
- Пусть флаг развевается днем и ночью, - сказал он, указывая на звездно-полосатый флаг, свисающий с мачты. - ‘Пока мы показываем эти цвета, ни один морской патруль не сможет нас обыскать.’
Он сел в катер вместе с Типпу, Пендлтоном и остальной командой, вооруженной винтовками и мачете. Они причалили к широкой глинистой отмели, которая тянулась вдоль берега реки до самой насыпи. На вершине холма они обнаружили начало тропинки, проложенной между массивными семи-футовыми стеблями травы. Типпу рубанул мачете, расширяя отверстие, и послал вперед двух матросов с приказом проложить курс.
Они шли по травянистой тропе, пока саванна не кончилась на краю огромного леса. Деревья тянулись высоко в туманное небо, их увитые виноградной лозой ветви перекрывали друг друга, как крыша, и загораживали солнечный свет. Сквозь густой подлесок Мунго увидел изгибающуюся вдаль реку, затененную деревьями, чьи стволы тянулись над бурлящей водой, как контрфорсы собора.
Они остановились под ветвями дерева, чей обхват превышал размах рук двух мужчин. Они пили воду из кожаных фляжек и отгоняли жужжащих вокруг них мух, а пот сочился из каждой поры их кожи. Было всего девять часов, но воздух был настолько плотным от влажного тепла, что вдыхать его было все равно что дышать под водой.
Мунго осмотрел огромное дерево. Его кора была белой в крапинку, как платаны в лесах Виргинии, но обнаженные корни казались ему чужими. Они выступали из ствола и местами достигали человеческого роста. Он вгляделся в крону деревьев и увидел черный предмет на самых высоких ветвях. Если бы его форма не изменилась, он бы решил, что это птичье гнездо. Но тут из-под него высунулась рука, и он понял, что это обезьяна с миндального цвета мехом вокруг носа и груди и парой коротких ног под выпуклым толстым животом. Существо пристально смотрело на него. Он вернул взгляд твари, пока та не испустила страшный визг и не свалилась со своего насеста, с грохотом проломив верхний ярус леса.
‘Шимпанзе, - сказал Пендлтон, когда мужчины испуганно оглянулись. - Их редко можно увидеть, и на них невозможно охотиться. Поверьте, я старался. В этих джунглях есть животные, которых никто, кроме Бога, никогда не видел. Португальцы называют его o Jardim de Éden - Райский сад.’
Воздух был застоявшимся, как мельничный пруд, и ни малейшего дуновения ветра, чтобы освежиться. Какая-то птица взлетела и скрылась за деревьями. Мунго вытер капли пота с его глаз и настроил уши, чтобы слушать. В лесу было тише, чем он ожидал. Он слышал стрекотание сверчков и тихое щебетание певчей птицы. Слышалось слабое журчание реки, течение было таким ленивым, что почти не издавало звуков.
- Уходите, - приказал Пендлтон, и матросы замахнулись мачете на высокую траву. Мунго остался на месте, что привлекло внимание Пендлтона. - ‘В чем дело?’
Мунго приложил палец к губам, снял с плеча винтовку и направил ее на деревья. Он уловил какое-то движение - не более чем шевеление листа, но когда он
