‘Они - владыки леса, такие же опасные, как львы, когда их провоцируют. Древние называли их гориллами.’
Хотя Мунго ничего не мог разглядеть в темноте, гориллы видели их. Воздух разорвал крик, потом еще один. Крик был почти человеческим, как у человека на пыточной дыбе, кричащего в агонии. Все Пуну прекратили свое пение и уставились в лес. Матросы испуганно оглянулись, как будто этот звук издал демон.
Мунго поднял подзорную трубу и направил ее на гигантские деревья. Он увидел серебряную спину, сидящую на одной из низко свисающих ветвей, словно король на своем троне. Он был величественным животным, черным, если не считать серебра на коленях и шее и бронзы на лбу. У него была широкая безволосая грудь, мускулистая, как у кузнеца, лохматые волосы, свисавшие с плеч, как шаль, и суровое лицо, которое, казалось, несло в себе мудрость тысячи лет. Мунго поразило, насколько горилла похожа на человека. Как будто они были двоюродными братьями, что где-то в забытом прошлом их предки могли быть братьями.
Он смотрел на гориллу до тех пор, пока каноэ не скрылись за поворотом и он не перестал ее видеть. Он убрал подзорную трубу и стал слушать, как воины Пуну, продолжая петь, поднимаются вверх по реке. Когда оранжевое солнце опустилось за деревья, они вывели каноэ на песчаную насыпь, и Виси приказал всем высадиться. Туземцы двинулись по тропинке в глубь леса, не переставая петь. Матросы с "Ворона" следовали за ними, держа руки на ножах и широко раскрыв глаза от страха, когда тени удлинились и поглотили свет.
Они достигли опушки леса, когда начали появляться первые звезды. За деревьями расстилалась широкая саванна с деревней в центре. Свет факелов образовывал ореол вокруг лагеря, маня их, как очаг. Звук отдаленного пения разносился в воздухе вместе с ударами множества барабанов. Ближе к деревне музыка звучала громче, и шум, казалось, приобретал физическое измерение, как будто это был пульс самой земли. В воздухе чувствовалась какая-то плотность, что-то такое, чему Мунго не мог дать названия.
Он увидел костер и танцующих вокруг него, топающих ногами по земле и кружащихся с горящими листьями в руках. Все они были мужчинами, с обнаженной грудью, с лицами, закрытыми замысловатыми белыми масками, с чреслами, обернутыми кроваво-красной тканью. Барабанщики тоже были мужчинами. Женщины деревни стояли по краям, одетые в юбки из травы, с обнаженными грудями. Их волосы и кожа блестели, словно смазанные маслом, а длинные шеи, руки и ноги сверкали драгоценностями.
Среди них, окруженные молодыми женщинами, сидел Нганга. Как и танцоры, он носил резную белую маску, но его украшала корона из перьев и борода из алой ткани. На запястьях и щиколотках у него были браслеты из полированного золота, а на шее висело украшенное драгоценными камнями ожерелье с золотой подвеской, инкрустированной огромным розовым бриллиантом. Но самым удивительным было то, что его трон был не африканским, а европейским - кресло с высокой спинкой из позолоченного дерева и парчовой обивкой, какие встречаются при дворах Лиссабона и Парижа.
Он наклонился вперед и посмотрел на вновь прибывших. Под маской Мунго увидел два живых глаза с тем же хищным умом, что и у Виси.
- Скажи ему, что мы пришли помочь ему сражаться с врагами, - сказал Мунго.
Он провел долгие часы, путешествуя вверх по реке, размышляя над предупреждением Пендлтона. Нганга будет ожидать оплаты.
‘И сделать его богатым, - добавил Мунго.
Пендлтон перевел - Нганга был невозмутим. Он сказал что-то небрежное, и женщины вокруг него засмеялись.
- Он говорит, что живет в мире со всеми своими соседями. Единственные люди, которым он не доверяет, - это белые люди.’
Мунго кивнул. - ‘Это разумно. Белые люди приходят, они крадут его людей и охотятся на его земле.- Он увидел, что Пендлтон колеблется. - Говори, - приказал Мунго.
Он не был уверен в том, что сказал Пендлтон. Но эти слова заставили Нгангу задумчиво откинуться на спинку стула.
- Я знаю, что Нганга хочет защитить свой народ, - продолжал Мунго. - ‘Но как он может сделать это с копьями, палками и ржавыми ружьями?’
Пендлтон выглядел потрясенным. Короткая команда Нганга заставила его передать сообщение.
‘Что ты можешь предложить?’
Мунго поднял ружье. Это была одна из винтовок Холла, которую они привезли из Балтимора, с клеймом арсенала в Харпер-Ферри. Виси шагнул вперед и заговорил, размахивая мушкетом:
‘Он говорит, что у них есть оружие.’
- Только не это. Мунго посмотрел на Пендлтона. - Скажи ему, что я собираюсь устроить демонстрацию.’
‘Если вы думаете, что сможете запугать этих людей ...
‘Я никого не пытаюсь запугать. Но если вы не предупредите его о том, что я собираюсь сделать, он может ошибиться, когда я открою огонь.’
Пендлтон неохотно передал слова Мунго.
- Скажи ему, что я вызываю Виси на состязание. Вы отсчитаете одну минуту, и мы увидим, кто из нас сможет сделать больше выстрелов за это время.’
Пендлтон перевел - Нганга одобрительно кивнул, а Виси с вызовом поднял мушкет. Воины Пуну зааплодировали. В качестве мишени было выбрано дерево, расположенное примерно в ста шагах. Мунго и Виси зарядили оружие, разложили порох и патроны, а Пендлтон достал золотые карманные часы.
- Готовы?’
Мунго и Виси кивнули.
‘Начинайте.’
Оба орудия выстрелили почти одновременно. Оба мужчины были хорошими стрелками - осколки полетели от дерева, когда обе пули попали в цель. Мунго и Виси не стали останавливаться, чтобы полюбоваться своей меткостью. Оба уже перезаряжали оружие. Виси высыпал в ствол порох из фляжки, затем взял длинный шомпол и всадил в ствол следующую пулю.
Он все еще таранил его, когда Мунго выстрелил во второй раз. Услышав этот звук, Виси недоверчиво поднял голову. Он успел перезарядить ружье меньше чем наполовину, но Мунго уже выстрелил в дерево во второй раз и начал готовиться к следующему выстрелу. Вместо того чтобы заряжать пулю по всей длине ствола громоздким шомполом, винтовка Холла имела второй рычаг перед спусковой скобой, который поднимал короткую камеру из приклада. Вы могли зарядить туда пулю пальцем, захлопнуть его, и он был готов выстрелить. Пока Виси сыпал порошок в кастрюлю своего кремневого ружья, Мунго просто поместил маленький капсюль на стальной ниппель, который торчал для удара молотка.
Оба мужчины снова прицелились и выстрелили. Это был третий
