“Чепуха какая-то! Но, может, следует сказать?”
Сначала никто не сомневался, что изловить каких-то глупых зверьков ничего не стоит, но вскоре с этим заблуждением пришлось расстаться. Хозяйство звездолета занимало несколько квадратных километров, и при его конструировании никому в голову не могла прийти мысль, что оно может стать полем охоты. Раза два, правда, удалось спугнуть существо, которое немедленно взмыло над преследователями, чтобы скрыться в путанице ярусов, лифтовых клетей и переходов. Поскольку единственным летающим экземпляром фауны Биссеры на корабле был миссандр, то это, очевидно, и был миссандр. Но куда делись остальные?
Предложение настроить киберуборщиков на поиск сбежавших было сразу же отвергнуто Эвом — он знал, что обычных роботов нельзя натравить на белковое, то есть родственное человеку, существо. Биологические же автоматы, с помощью которых он сам охотился на Биссере, были бесполезны в тесных корабельных пространствах.
Чем больше Эв раздумывал над случившимся, тем меньше все это ему нравилось. Гипотеза о сумасшедшем, который вскрыл витализационные камеры, была скверным, хотя и правдоподобным, допущением. Однако в ней имелся крохотный изъян. Предположим, животных кто-то выпустил. А дальше? Ведь воздух Биссеры мало походил на земной! Как же они им дышат? Но дышат, это же факт.
Своими сомнениями он, наконец, поделился с капитаном.
— Это как же так? — опешил Ресми. — Ты изучал их и даже не знаешь, чем они могут дышать, а чем нет?
— Ты вправе меня упрекать, Антон. Но кто, как не ты, срезал биологическую программу? Знаю, знаю, экстренный вызов Земли, мы требуемся, — как всегда сверхсрочно, — в противоположном квадранте? Галактики. А мне каково? Что я мог сделать за оставшееся время? Это же типичный аврал! Спешим, вечно спешим. Сегодня одна звезда, завтра — другая, давай-давай, дел невпроворот, оглянуться некогда, а что в результате? Не думай, пожалуйста, что я снимаю с себя ответственность, но…
— Спешим, это верно. Иначе нас, возможно, не было бы среди звезд. Так как они все-таки приспособились?
— Высокая пластичность метаболизма, очевидно. Она у них действительно высокая.
— Хорошо, выяснишь после поимки. Что за идея у тебя насчет ловушек?
Они обсудили новую тактику. Их то и дело перебивали голоса поисковиков. “Капитан, на неведомых дорожках хозяйства Питера отмечены следы невиданных зверей…” Реплику перебил мрачный голос Питера: “Я давно говорил, что нам не хватает киберуборщиков. Они не успевают с обеспыливанием”. — “Ладно, ладно, — отвечали ему с иронией. — Мы закрываем глаза, а вот кто закроет глаза техкомиссии?” — “Не издевайтесь, ребята, никакая это не пыль, просто пепел. Механики тайком покуривали”. — “И не механики вовсе, а зверюшки Эва. Раз уж они смогли удрать, то почему бы им на радостях не затянуться?”
Капитан с досадой приглушил звук.
Ему было не по себе. Зверюшки его мало беспокоили, — куда они денутся! — но сумасшедший на борту… Требование держаться по двое было встречено недоуменным пожатием плеч — пусть. Хорошо, что никто ни о чем не догадывается. А вот он прозевал, тут никуда не денешься. Капитан за все в ответе, что бы ни случилось, так было, есть и будет. И для него, Ресми, это единственно правильная жизнь, — обо всем заботиться, все предусматривать и при любых обстоятельствах быть сильнее обстоятельств. Он всегда подстерегал слепой случай, теперь случай подстерег его, и не значит ли это, что он выдохся? Капитана охватила бессильная ярость. Нет, нет, он еще им всем покажет!..
Кому? Зверям? Обстоятельствам? Самому себе?
Ресми подавил волнение, прежде чем Эв успел его заметить.
— Возможно, этот план даст лучшие результаты, — он холодно посмотрел на протянутый чертеж. — Объясни техникам, что надо сделать. Я соберу команду.
— И неплохо бы позавтракать, — заметил Эв. — Я лично после всех передряг готов съесть жареного миссандра.
Выйдя из рубки, он заметил Питера, который явно ждал его появления.
— Вот, — сказал Питер, показывая тыльную сторону запястья. — Будешь смеяться или нет, но только, честное слово, сам себя я не колол…
Эв вгляделся, и ему стало не по себе.
Завтрак начался смешками, но вскоре они прекратились, так мрачен был капитан. “Чего это он? — шепотом спросил Олег. — Подумаешь, звери разбежались…” — “Да, но теперь над ним будет смеяться вся Галактика”, — ответил сосед. “Смеяться, положим, будут над Эвом”. — “Всем нам достанется. Слушай, а девушки сегодня что-то уж слишком надушились”. — “А, ты тоже заметил!” — “Мертвый не заметит”.
Капитан поднял голову.
— Муса!
— Полон внимания, капитан.
— Что у вас там с вентиляцией. Откуда запах?
— Я так понимаю, что наши милые женщины… Бурный протест заставил его умолкнуть.
— Это и не духи вовсе!
— Уж мы-то, женщины, в этом кое-что смыслим!
— Отставить! — Стало очень тихо. — Бригада систем воздухообеспечения, немедленно перекрыть…
Капитан не успел закончить, ибо потянуло таким смрадом, что на пол полетели отброшенные стулья, все вскочили, и тут же взвыла сирена.
Эв и Ресми сидели спиной друг к другу, чтобы контролировать все наспех установленные в рубке экраны. Оба остались в масках, хотя смрад исчез так же быстро, как и возник.
Передатчики были установлены на всех магистральных пересечениях, и там же, под потолком, находились примитивные, но достаточно надежные ловушки. Оставалось сидеть и ждать, пока в поле зрения не очутится кто-нибудь из беглецов.
Минуты шли за минутами, и ничего не происходило. Селектор молчал, — людям теперь было не до шуточек. Сжимая оружие за плотно задраенными дверями, они охраняли жизненно важные центры корабля и ждали. Никто не мог сказать чего.
— Наконец-то!
Эв мгновенно нажал кнопку.
Возникшее на экране существо замерло, будто почуяв неладное. Поздно, — оно уже билось в гибких силикетовых сетях.
— Попался! — воскликнул капитан.
— Угу, — отозвался Эв. — Хотел бы я знать, кто…
— Как кто? Это же асфет.
— Крылатый асфет.
— Крылатый?!
Да, у бившегося в сетях существа были крылья. Как у миссандра. И шесть конечностей. Как у асфета. И трубчатый голый хвост, какого вообще ни у кого не было.
— Эв, — в голосе капитана была мольба. — Ты же биолог, Эв, ты же ловил их. Объясни хоть что-нибудь!
Лицо Эва было мертвенным.
— Эв! — капитан потряс его за плечо.
— Смотри.
Существо затихло. Темным клубком оно лежало на полу, и лишь его трубчатый хвост слабо шевелился. Нет, не шевелился. У капитана отвисла челюсть. Конец хвоста медленно, но неуклонно раздваивался. Хвост превращался в некое подобие ножниц, и лезвия этих странных ножниц явственно заострялись. Вот они захватили пару силикетовых петель… сомкнулись…
