Особо рассусоливать Рональду было категорически некогда, и смерть раба оказалась гораздо более быстрой и менее страшной, чем Придворному Магу хотелось бы. Грубый, невежественный мужлан не оценил великой чести, когда снимающий с него кожу маг называл его Магистром и глубокоуважаемым учителем.
Найти среди посетителей заведения маркиза не составило Рональду ни малейшего труда. Как и следовало ожидать, вид у Длинных Ушей был самый что ни на есть безоблачный и жизнерадостный. Тем более безоблачный и жизнерадостный, что узнать про любовника принцессы Шу ему так толком ничего и не удалось. Посещение работорговца результата не принесло, тот просто не помнил ни молодого раба, ни, тем паче, откуда тот взялся. Охранники торговца, как и служители городской тюрьмы, где обычно содержались рабы, тоже никакой нужной информацией политься не смогли, как ни хотели услужить важному имперскому чиновнику. Судя по всему, не так все просто с этим юношей, раз уж кто-то (скорее всего, Придворный Маг), озаботился стереть память всем, кто мог пролить свет на его происхождение. И ещё маркиза интересовал вопрос — а в курсе ли сама Шу? Или это её рук дело? Не очень похоже, но чего на свете не бывает.
Но всего этого Рональд, разумеется, не знал, подсаживаясь за столик пожилого северного купца, в одиночестве отдающего должное местной кухне.
— Не помешаю? — не дожидаясь ответа, маг стряхнул со стула воображаемые крошки и уселся.
— С каких это пор вас может смутить такая мелочь? — Дайм приподнял бровь, продолжая вдумчиво отрезать тупым столовым ножом утиное крылышко.
— В смысле, приятного аппетита, коллега, — Рональд слегка улыбнулся с намеком на вежливый кивок.
— И не надейтесь, коллега, не подавлюсь, — маркиз улыбнулся не менее дружелюбно.
— Мечты, мечты… и тем не менее, коллега, кое в чем наши интересы совпадают.
— Спасибо, крови младенцев не пью, — отпив глоток красного, маркиз изящно промокнул губы салфеткой.
— Фи, разве стал бы я предлагать вам столь не модный нынче напиток? Разве что кровь юных, светловолосых, весьма одаренных менестрелей… — Рональд выудил из воздуха бокал белого лорнейского и демонстративно принялся разглядывать его на просвет.
— Вы меня ни с кем не спутали, коллега? Меня ничья кровь на данный момент не интересует.
— Возможно… не кровь главное, — Рональд неспешно смаковал вино. — Есть на свете и более интересные вещи… и явления… коллега, — между собеседниками повисло напряженное молчание. Придворный Маг пытался понять, что же именно известно Загребущим Лапам Императора, и приходил к выводу, что о его собственной причастности к появлению в Закатной Башне вышеназванного менестреля маркиз, как минимум, догадывается. Держать паузу оба могли до бесконечности, но маг не ради театральных эффектов сюда пришел.
— Могу предположить, что некоторые явления вас, маркиз, касаются непосредственно. В частности, последствия появления рядом с небезызвестной вам дамой некоего музыканта.
— Возможно да, возможно нет. Уж вас, дорогой коллега, не касаются точно.
— Не угадали. Возможно, у вас сложилось несколько превратное мнение, исходя из прискорбного непонимания между нами в прошлом, но, позвольте вас заверить, между нами довольно много общего.
— Да неужели? Вы меня заинтриговали.
— Не буду ходить вокруг да около. У меня есть к вам предложение.
— Слушаю внимательно.
— Для начала, немного информации. Просто так, из солидарности, — Рональд снова отпил вина и продолжил, не обращая внимания на ироническую улыбку маркиза. — Небезызвестная вам дама, по самым достоверным данным, питает к юноше весьма серьезные чувства, хоть, возможно, и не отдает себе пока в этом отчета. И, по всей вероятности, это увлечение вскоре перерастет в нечто гораздо большее.
— Скажите мне что-нибудь новое, — маркиз сохранял невозмутимое спокойствие, продолжая кушать утку.
— Извольте. Молодой человек — наемный убийца, Призывающий. Уважаемая дама держит его под полным контролем с помощью сильного артефакта, но, стоит ей ослабить поводок, и ей будет угрожать нешуточная опасность.
— Ну так вам что за интерес сообщать мне эти сведения? Для вас, коллега, прямая выгода, не так ли?
— Это всего лишь видимость, коллега. Не взирая на наши разногласия по некоторым вопросам, мне не хотелось бы лишаться общества вышеозначенной дамы. И, объединив наши с вами усилия, столь прискорбно неоднозначную ситуацию возможно разрешить ко всеобщему удовлетворению.
— Что конкретно вы предлагаете? С чем вам не удалось справиться самому?
— Сами знаете, мне хода в Закатную Башню нет, и вряд ли дорогая дама прислушается к моему мнению достаточно внимательно и позволит обезвредить угрозу. В отличие от вас.
— То есть, вы предлагаете мне, воспользовавшись её доверием, убить её любовника? Я вас не узнаю.
— Ну что вы, коллега. Ликвидация мальчишки для меня вовсе не проблема, а вот для вас… гораздо важнее последствия. Юношу я вполне могу взять на себя, вам достаточно будет просто отвлечь внимание дамы, чтобы она не вмешалась и не повредила сама себе. Но с её неразумной привязанностью все несколько сложнее. Вам же важно вернуть не только её верность, но и чувства, не так ли, коллега? Вот здесь я могу вам помочь. Совершенно безвозмездно и бескорыстно.
— Совершенно безвозмездно и бескорыстно? Не смешите меня, коллега.
— Скажу прямо, помешать моим планам она все равно не сможет, а вы… что ж, вы Светлый, следовательно, благородное чувство благодарности вам свойственно. Так же как и понятие долга и чести. И в данной ситуации я не попрошу от вас ничего. Совершенно ничего. Вы, как всегда, остаетесь нейтральны. Никаких законов Империи я не нарушил и нарушать не собираюсь, вы по-прежнему продолжаете блюсти всеобщую нравственность и не вмешиваетесь.
— Так вам нужно мое невмешательство… как просто, коллега.
— Да, так просто. И совершенно ничего для вас не будет стоить.
— Кроме провала моей задачи.
— Ни в коем случае! Династия не прервется, у Валанты будет совершенно законный король, законы останутся непоколебимы…
— А вы, коллега, насладитесь всей полнотой власти…
— Зачем? Власть… да на кой демон она мне сдалась? Меня привлекает всего-навсего спокойная, мирная жизнь, мои исследования… власть так хлопотна. Да и какой мне смысл взваливать на себя ответственность? Все равно, как ни старайся, Тёмного народ не полюбит, и моей заботы никто не оценит… нет уж. Есть на свете вещи поинтереснее власти.
— Убедительно, весьма убедительно… — Рональд производил впечатление полной искренности, не только тоном и жестами, но и внутренним состоянием, оттенками ауры. Такие вещи Светлый научился распознавать очень и очень давно. Как и не доверять Тёмным ни на грош, как бы правдивы и открыты они не были, и тем меньше, чем заманчивей звучали их речи. — Не возражаете, если я сначала ознакомлюсь с ситуацией поближе, прежде чем принять столь ответственное решение?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
