– Это так на гладиаторской арене, Ангрон. Однако нашему отцу нужны солдаты и генералы. Не гладиаторы. Смерть – это необходимая мера. Она приходит к нашим врагам и приходит к нашим солдатам, когда мы не можем уберечь их от нее. Ты разбрасываешься жизнями своего Легиона, словно аристократ мелочью. Так не может продолжаться.
Ангрон проследил за взглядом Русса, однако Волчий Король уделял битве лишь проблеск внимания, а Пожиратель Миров полностью погружался в нее и веселился.
– Война выиграна только когда все враги мертвы. Умиротворенный враг – все еще враг.
– Очередная гладиаторская мудрость, Ангрон. Посмотри, на моих людей, стоящих вокруг тебя. Ты и впрямь ничего не понял?
– Твои люди проигрывают, Леман, – ухмыльнулся тот брату. – Давай до последнего вздоха, а? Пусть кровь прольется в танце разящих клинков. Поглядим, чей Легион выстоит.
– Никто не выстоит. Но ты умрешь в тот же миг, как мои люди откроют огонь.
– Для меня нет в смерти какой-то священной тайны, Русс. Нет повода для страха, – после этого он рассмеялся вопреки причиняемой Гвоздями боли, рассмеялся так сильно, что на глазах выступили слезы. – Быть может, я ей буду даже рад! Наш «возлюбленный» отец дал тебе полномочия, пес? Ты действительно можешь меня убить, или твое позерство уже зашло слишком далеко? Прибежишь на Терру и доложишь, что потерял контроль над своими ублюдочными дворнягами так же, как приписываешь мне?
Глаза Ангрона, сузившиеся от боли в щелки, вперились в глаза брата, и он расхохотался еще сильнее.
– Битвы не должно было случиться! Я вижу это в твоих глазах. Ты зашел слишком далеко, маленький палач, и теперь боишься того, чем все кончится, – он шагнул ближе, и его веселье стало болезненным и свирепым. – Казнь – это убийство беспомощной добычи, Русс. А здесь, «брат», ты вынужден участвовать в честной схватке.
Он снова кивнул в сторону поля боя.
– И я повторю – твои люди проигрывают. Знаешь, почему? Потому что у твоих есть то, за что стоит жить. Им не все равно. А мои бьются ради удовольствия, зная, что им недоступна жизнь вне войны. Собственные жизни не заботят их так же, как и меня, таков дар Гвоздей Мясника. Воины, а не солдаты. Воины, которые не боятся смерти и не пытаются от нее уберечься. Они не защищаются, они убивают. Они отбрасывают прочь все мысли о своих жизнях, жадно желая оборвать чужие. Запомни это, Русс. Запомни как следует.
– Это еще не конец, – посулил Русс.
– Тешь свою помятую гордость как угодно, шавка.
Леман Русс, примарх Влка Фенрика, сделал долгий и глубокий вдох и взвыл к небесам.
– Он выл? – переспросил Лоргар. Его широко раскрытые глаза были перламутровыми от мягкого изумления.
– Сигнал к отступлению, – отозвался Ангрон. – Отступлению с боем: Пожирателям Миров потребовалось больше времени, чем ты можешь представить, чтобы понять, что сражение окончено. Пока Легион Русса бежал к своим десантным кораблям, у меня целые роты еще пытались драться с Волками, – он усмехнулся. – Они набрали много трофеев на свой счет. Многие до сих пор их носят.
Лоргару пришлось несколько секунд смотреть на изуродованное лицо брата, чтобы убедиться, что это была не какая-то затейливая шутка.
– Ты не ответил на вопрос Русса, – произнес он. – Ты действительно ничего не уяснил из того боя?
Ангрон моргнул, в его взгляде появилась доля вялого удивления.
– А что за откровение должно было меня посетить? Я уяснил, что ему не давали разрешения убить меня. Уяснил, что он блефовал в надежде вернуть меня на Терру на привязи, покорного его прихотям.
– Нет, – Лоргар едва дышал от ошеломления. – Нет, нет, нет. Ангрон, ты упертый глупец. Это все неважно.
– На том поле было больше мертвых Волков, чем Пожирателей Миров. Это важно.
С этим тоже можно поспорить, – подумалось Лоргару, однако он оставил все как есть.
– Русс вчистую тебя победил. Ты говорил, что он был в твоем распоряжении, однако он свободно отполз.
– Отполз, – снова усмехнулся Ангрон, смакуя слово.
– А когда поднялся, ты был окружен. Он мог тебя убить.
– Он попытался и не смог.
– Его люди, Ангрон. Тебя мог убить его Легион. Приказывал того Император, или нет, но Русс сохранил тебе жизнь. Он не отступал с позором, гордец… – Лоргар вздохнул. – Вероятно, он всю дорогу обратно к Терре горевал, что у тебя такой медный лоб, и надеялся, что ты учтешь непревзойденный урок о братстве и верности. Посмотри, что произошло. Да, ты победил его в поединке. Да, твои люди сразили больше его воинов. И все же, кто выиграл битву?
– Пожиратели Миров, – без колебаний ответил Ангрон.
Несколько секунд Лоргар просто смотрел на него.
– Я ценю, что каждое живое существо по-своему понимает и оценивает жизнь в силу сути восприятия. Но даже для тебя это невероятно глупо, брат.
– Ты утверждаешь, что Волки победили, – казалось, Ангрон скорее позабавлен, чем смущен.
– Как ты не видишь? – Лоргар сцепил пальцы, пытаясь обуздать собственный темперамент. – Они одержали победу, которая достойна быть навеки вычеканенной на их доспехах. Пока ты упивался своей силой, сыновьям Русса хватило верности, чтобы придти к нему, окружить вас обоих и угрожать твоей жизни, когда ты стоял во главе своего Легиона. Возможно, это самое полное тактическое превосходство в истории Легионес Астартес. Оно почти поэтично в своей элегантности и эмоциональном значении. Он доказывает верность своих сыновей, а твои бросают тебя на смерть. Он доказывает, как Гвозди вредят твоему Легиону. Он доказывает тактическое преимущество следования цели над дракой просто ради убийства. Он сохраняет тебе жизнь в надежде, что ты увидишь это все, и преподает тебе дорогостоящий урок, а ты в ответ ухмыляешься и объявляешь себя победителем.
На сей раз Ангрон не засмеялся. Лоргар видел по напрягшимся мускулам брата, что где-то у него в сознании щелкнул какой-то когнитивный переключатель, и ярость Ангрона вновь нарастала.
– В ту ночь сбежал лишь один из нас. Он слаб.
– Кровь Богов, – Лоргару еще удавалось говорить спокойно, пусть и с трудом. – Примархи это мостик между Императором и видом, который он ведет за собой. Мы все слабы, поскольку равны. Все. Мы – это преувеличенное человечество с его достоинствами и недостатками.
– Я не слаб. Я никогда не был слаб.
– Если ты не в состоянии понять урок Русса, то ты не просто слаб, но еще и глуп.
Лоргар видел по глазам Ангрона, как сложно Пожирателю Миров не позволять себе сомкнуть руки на горле брата. Он уже набирал воздуха, чтобы прокомментировать самообладание Ангрона, когда корабль задрожал у них под ногами, и они снова выпали из варпа. Металл издавал стоны, сам корабль корчился в муке от того, что его выбросило обратно в холодные не-волны реального пространства. Благородный машинный дух «Лекса» начинал любить путешествия по Морю Душ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
