Этот живописный оазис, расположенный в 500 км от побережья Средиземного моря, и в наши дни не изменил своего облика. Песчаные дюны, окружающие оазис, тянутся до горизонта. Впервые попавший сюда открывает для себя небогатую, но яркую палитру красок: ослепительную лазурь неба, оранжево-красные тона глиняных домов, яркую зелень пальм. В оазисе и его окрестностях – несколько десятков тысяч финиковых деревьев, растущих в низинах и своими корнями дотягивающихся до водоносных слоев пустыни. Местные домики венчают крыши сферической формы, сложенные из кристаллических пород.
Изабелла влюбляется в тишину и спокойное величие бескрайней пустыни. «Теперь, – пишет она, – я одна на земле ислама, в пустыне вдали от цивилизации, от ее лицемерных комедий, я свободна».
Однако молодоженам не суждено было долго жить в мире и спокойствии даже в далеком уголке Сахары. Местные европейцы, прежде всего французские военные, с подозрением смотрят на причуды шокирующий, на их взгляд, стиль жизни женщины. Некий «друг армии» направляет письмо-донос в Арабское бюро (представительство военных властей на территории Сахары). Он обвиняет россиянку Изабеллу в «шпионаже за военными властями в интересах парижской прессы». Ей даже приписывают «вражду к Франции», стремление «прикинуться мусульманкой, чтобы возбудить против метрополии туземное население». И хотя доказательств этому нет, над молодой женщиной сгущаются тучи. Ретивые чиновники «шьют дело». Ее брак со Слиманом не признается французскими властями, поскольку он освящен по-мусульмански и не легализован европейским законодательством.
И тут приходит новая беда. В январе 1901 г. Изабелла верхом на коне вместе с шейхом Си Аль-Хашми отправляется с группой паломников в Нефту (соседний Тунис) на могилу основателя суфийского братства Аль-Кадирия. По дороге местный фанатик из соперничающей секты Тиджания нападает на нее и наносит мечом тяжелые раны. Несколько дней она – на грани между жизнью и смертью, а после выздоровления предстает перед военным судом, разбирающим ее дело. Вердикт колониального правосудия суров: покушавшегося отправляют на каторгу, а «возмутительницу порядка» высылают из Алжира.
В Марселе, где высланная смутьянка находит приют, она встречает Слимана, и влюбленные оформляют свой гражданский брак по европейским законам. Приняв французское гражданство, Изабелла возвращается в 1902 г. в Алжир – на этот раз окончательно. Начинается самый плодотворный этап ее жизни.
Изабелла делает все возможное, чтобы помочь своему мужу в продвижении в карьере, настаивает на том, чтобы он продолжил свое образование. Благодаря усилиям своей жены алжирец успешно сдает экзамены на должность переводчика с французского языка и получает назначение в один из алжирских городов.
В это время наиболее полно проявляется талант молодой писательницы. Многие наблюдения и раздумья Изабеллы легли в основу ее новелл. Сочувствие и симпатии Изабеллы – на стороне обездоленных и униженных местных жителей. В некоторых рассказах Эберхарт фигурируют европейцы, приезжающие в Алжир с добрыми намерениями облегчить жизнь туземного населения. Нередко персонажи этих произведений – люди русского происхождения.
Интересно, что Изабелла практически никогда не подписывает романы, статьи, рассказы и письма своим настоящим именем, а постоянно использует псевдонимы. Хотя большинство ее произведений написаны по-французски (она одинаково свободно владела и русским языком), в них, по мнению литературных критиков, сильно влияние Достоевского, которому она поклонялась. Во многих романах писательницы так или иначе проглядывают черты и эпизоды биографии самого автора, у многих из них трагический финал.
По воле судьбы жизнь Изабеллы оборвалась под обломками размытых ливнем жилищ, когда ей было всего 27 лет. Не будь этой нелепой случайности, она, вероятно, вернулась бы в Россию. Она писала об этом в своем дневнике. Возможно, ее литературные способности и энергия полнее реализовались бы на родине ее предков.
Какой-то отпечаток рока лежит и на тех, кто был рядом с этой женщиной. Через три года, в возрасте 30 лет умер ее муж Слиман. 13 лет спустя ее брат, служивший в Иностранном легионе, кончает жизнь самоубийством.
При жизни Изабелла нередко подвергалась нападкам. Вокруг ее происхождения и поведения ходило много слухов, порою надуманных и вздорных. Ей приписывали распущенность, порицали за эксцентричный образ жизни, обвиняли в увлечении наркотиками и вином. Но после преждевременной кончины литературное наследие и биография Изабеллы, как магнит, стали притягивать внимание многочисленных издателей, прежде всего во Франции. (В России, к сожалению, не было издано ни одного ее произведения.)
Один из алжирских авторов назвал Изабеллу «загадкой Святой Руси, протянувшей мостик к мусульманскому братству». Трудно сказать, удастся ли когда-нибудь до конца разгадать эту загадку. За внешней бравадой и порою авантюристическими поступками этой женщины бурной судьбы таилась чувствительная и ранимая душа. Стоит привести одно свидетельство этому – запись из личного дневника Изабеллы, опубликованного после ее смерти: «Никто не может понять, что в этой груди бьется щедрое сердце, когда-то обделенное любовью и нежностью. Оно сейчас наполнено бесконечной жалостью ко всем тем, кто несправедливо страдает, кто слаб и обижен».
В русской рубахе к людоедам
Вильгельм Юнкер был человеком обеспеченным «по факту рождения». Он родился в Петербурге 18 апреля 1840 г. в семье банкира – немца по происхождению. Немецкая община не порывала полностью связей с родиной; детям давали два имени – немецкое и русское. Так и маленький Вильгельм получил русское имя Василий.
Немецкие корни весьма помогли Юнкеру в его карьере: образование он получил в Геттингене и Берлине, дружил с исследователями Африки Швейнфуртом и Нахтигалем. Встреча с Нахтигалем вызвала у Юнкера горячее желание проникнуть в глубь Черного континента. Его интересовало плато Дарфур в Судане, еще неисследованное европейцами. Он уже имел опыт путешествий: сначала была Исландия (1869 г.), затем – Тунис, где он собирал римские древности и изучал арабский язык. Последнее обстоятельство было особенно важно: для проникновения в глубь Африки без содействия египетской администрации нельзя обойтись. Именно с Египта Юнкер и начал серию своих нильских путешествий.
Василий Юнкер
В первой экспедиции (1876 г.), помимо Юнкера, участвовали «препаратор» Копп и двое слуг. Из Суэца они отправились в Суакин – морские ворота Судана. Отсюда караван должен был доставить экспедицию к берегам Нила. Юнкер готовился к своему походу с немецкой методичностью. Он не строил иллюзий относительно местной кухни и предпочитал консервы привезенные с собой, а если и пробовал местную стряпню, то в ограниченных количествах.
