Элиза сглотнула и отбросила в сторону свою стыдливость, сомнения и колебания. Кит учил ее быть уверенной. Он помог сделать из нее ту женщину, какой она теперь была.
Независимой, уверенной, ничего не боящейся, даже себя.
Чувствуя себя смелой, она гладила его кожу – от бедра до стопы, от живота до плеч, продвигаясь невиданной тропой.
Твердый, где она мягкая. Большой, где она маленькая. Сильный, где она хрупкая. Однако сейчас она не ощущала себя хрупкой, сознавая власть, которую имела над ним, ибо его тело буквально дрожало под ее любопытными руками к тому времени, когда они в конце концов замерли в нерешительности.
Перекатив ее на спину, он снял с нее последнюю одежду, опаляя обнаженное тело своим горячим взглядом из-под тяжелых век, в котором светилось неприкрытое желание.
– Теперь моя очередь.
Не успела она как следует вздохнуть, как он захватил ее в плен своих прикосновений. От его ласк голова шла кругом, а желание горячей влагой растеклось внизу живота. Она не знала, как ему это удалось, но всего лишь несколькими своими волшебными ласками он подвел ее к вершине, и рев бури за окном уже не заглушал ее громких стонов.
Одно ослепляющее движение пальцев – и это случилось снова.
Но он еще не закончил.
– Еще разок, Элиза. Ты сейчас такая красивая. Сделай это для меня еще раз.
– Я не могу, – выдохнула она.
– Сможешь, – пообещал он.
И он повел ее к новой вершине. Это казалось невозможным, но вскоре она уже снова плавилась, выгибаясь навстречу его пальцам, когда опустошающее напряженное наслаждение захлестнуло ее изнутри и снаружи.
Беспомощная, она извивалась под ним, когда он вел ее все выше и выше, заставляя эту трепетную, тягучую боль подниматься и идти все глубже, так глубоко, что на мгновение ей показалось, она разорвет ее на части.
Наконец восторг настиг ее, и громкий вскрик завершения потонул в оглушительном раскате грома, словно и небеса вторили ей. Густая и золотистая, пьянящая радость растеклась по ней, словно горячий, вязкий мед.
Потрясенная и оглушенная, она обмякла.
Но Киту и этого было мало.
Упиваясь ею, он завладел ее ртом в серии долгих, глубоких, пьянящих поцелуев, которые заставляли ее кровь вскипать, а мозг плавиться. А потом он стал целовать ее грудь, языком, словно кистью художника, рисуя на ней картины страсти лаская так, что, к ее изумлению, горячее желание вновь забурлило в ней с новой силой.
Она уже была полностью готова к тому времени, когда он раздвинул ей ноги. Ее тело приветствовало его, радостно принимая его внушительное проникновение.
Установив естественный ритм, который отзывался во всем ее теле, он с силой вонзался в нее снова и снова. Стараясь соответствовать его скорости, она не отставала, взбираясь на свою вершину. Отдаваясь ему полностью, без остатка, она позволяла направлять себя, зная, что он приведет их обоих к тому, чего они так жаждут.
Гроза за окнами продолжала неистовствовать, очередной раскат грома расколол воздух, когда она достигла кульминации, которая встряхнула ее, словно тряпичную куклу. Она вскрикнула от напряженной силы своего освобождения, потрясенная, переполненная абсолютной глубиной и полнотой ощущений, унесенная в небеса на крыльях экстаза.
Кит сделал еще несколько яростных, почти грубых толчков, потом застыл.
– Боже, как я люблю тебя, Элиза! – крикнул он, когда достиг своего собственного, воистину опустошающего удовлетворения.
– Я тоже люблю тебя, – пробормотала она, обнимая его, когда он задрожал. Гладя рукой его по волосам, она прижала его к себе, когда он уткнулся лицом ей в шею.
Наслаждаясь слиянием, они оба погрузились в сон.
Глава 23
Элиза и Кит вернулись в Лондон два дня спустя.
Не успела нанятая Китом для путешествия карета остановиться, как парадная дверь Рейберн-Хауса широко распахнулась.
Вайолет сбежала по ступенькам.
– Вы дома!
Как только Кит помог Элизе выйти из экипажа, Вайолет порывисто обняла ее. Счастливая, Элиза тоже крепко обняла подругу.
– С тобой все в порядке? – спросила Вайолет, и беспокойство, словно облачко в солнечный день, набежало на ее чело.
– Абсолютно, – заверила ее Элиза.
– Он ничего тебе не сделал? – Она кудахтала, словно рассерженная курица, цыпленку которой угрожала лиса.
– Нет, но мог бы, если бы Кит вовремя не нашел меня.
– Господи, благослови Кита. – Вайолет ослепительно улыбнулась своему деверю. – Он настоящий герой.
Элиза встретилась с мерцающим взглядом Кита.
– Да.
Слишком возбужденная, чтобы заметить значение интимного обмена взглядами, Вайолет продолжала:
– Дарраг уже дома. Он получил записку Кита в дороге и вернулся только несколько часов назад. Джанет с девочками тоже ждут в доме. А к вечеру мы ожидаем Адриана и лорда Бреварда. Как только они приедут, мы устроим праздничный обед, чтобы отпраздновать твое благополучное возвращение. А в знак особой благодарности Киту я попрошу Франсуа испечь целый поднос булочек с изюмом специально для него.
– Булочки с изюмом! – Красивое лицо Кита просияло от явного удовольствия. – Пожалуй, мне стоит почаще спасать Элизу.
Он забавно подвигал бровями, отчего все рассмеялись.
– Ну, входите и расскажите мне все-все, – защебетала Вайолет и обняла Элизу за талию. – И как только вы закончите, мы больше никогда не будем упоминать имя этого человека. Филипп Петтигру всегда казался мне мерзкой жабой.
– Совершенно с тобой согласна. – Элиза, в свою очередь, тоже обняла подругу за талию, и они вместе пошли в дом.
У себя в спальне Элиза искупалась и вымыла волосы, потом переоделась в одно из своих свежевыстиранных платьев. Все это время она потчевала Вайолет подробностями своего ужасного приключения, тщательно избегая, разумеется, упоминания о самой важной его части – счастливом повороте событий в их с Китом отношениях.
Как бы сильно ей ни хотелось довериться Вайолет, она решила, что Ланс имеет право узнать первым. Как только она разорвет с ним помолвку, то сразу же поделится этой потрясающей новостью с подругой. Ей не терпелось увидеть реакцию Вайолет, потому что она знала, что та будет удивлена.
Несколько часов спустя она сидела на полосатом диване в семейной гостиной, потягивая аперитив. Остальные тоже были тут, включая Даррага и Джанет со всем своим семейством. Все ждали прибытия Адриана и Бреварда, которые должны были появиться с минуты на минуту.
Вскоре после этого в холле раздались тихие шаги, смягчаемые толстым ковром, и без объявления в комнату вошли Адриан и Бревард.
Внезапно занервничав, Элиза отставила свой бокал и поднялась. Чувство вины обрушилось на нее, когда она увидела состояние виконта с дороги. Он был небрит, глаза покраснели от усталости. Не останавливаясь, он прошел через комнату прямо к ней и заключил ее в объятия.
