Читаем без скачивания Охота без милосердия - Майкл Утгер

На пятом к нему присоединился напарник, который уже поджидал его. Они спустились вниз.

Охранник доложил им, что сирена не включалась.

– Мы сумели избежать этого, – сказал круглолицый.

Сухопарый тем временем всадил под левую лопатку сторожа длинную узкую спицу. Тот даже не вскрикнул, его тело обмякло, колени подогнулись. Мужчины подхватили его под руки и оттащили под лестницу.

Через минуту они вышли на улицу. Часы показывали пять минут десятого. До начала рабочего дня оставалось пятьдесят пять минут. Они не стали прощаться друг с другом. Сухопарый пошел налево, а круглолицый направо.

Машина, оставленная ими напротив входа, им не понадобилась.

2. Счет на секунды

Стрелки часов над дверью в караульное помещение коснулись девятки, и звякнул колокольчик.

Надзиратель по имени Функер опустил прицел автомата вниз.

– Девять. Я пошел.

Он нажал на звонок в двери, загудел зуммер, замок сработал, и его впустили. В камере смертников остался один надзиратель.

Охранники добросовестно выполняли свой долг, но то однообразие, с которым это делалось, не могло не наложить определенного отпечатка на психику и даже на поведение. Охранники позволяли себе курить, пользуясь тем, что если их захотят проверить, то сначала загудит зуммер, потом сработает замок, а уж только после этого заскрипит стальная дверь.

Как правило, в этих случаях, охранники кидали сигареты в камеры и смертники их с удовольствием докуривали. Смертникам разрешалось все, кроме самоубийства. От попыток покончить счеты с жизнью их и охраняли, а не от мифических и нереальных побегов.

Спустя три минуты, зуммер вновь загудел и на место ушедшего заступил на дежурство Чик Маст, пропустив в караулку надзирателя из первой смены.

Когда двери закрылись, Дэйтлон поднялся с топчана, потянулся, взглянул на спящего соседа и оглянулся назад. Часы показывали четыре минуты десятого.

– Эй, Чик, кинь сигаретку. Сейчас придет твой напарник и все. Этот придурок шелохнуться лишний раз боится.

– Ты прав, Дэйт. Он мне и самому осточертел. Знал бы ты как от него потом воняет, как от козла.

Чик достал сигареты и бросил через решетку в камеру. Ребята не беспокоились за себя, у них имелись автоматы. Но к решеткам все-таки близко не подходили, очевидно, срабатывал инстинкт самосохранения, как в зоопарке. Не каждый медведь понимает, что такое ружье, и не каждый его боится.

Крис вынул из пачки сигарету и бросил ее обратно.

Чик поймал пачку, убрал в карман, достал зажигалку и проделал тот же трюк.

Крис чиркнул о кремень колесиком, прикурил и показал виртуозную меткость. Бросив зажигалку охраннику, он угодил в решетку и она упала на пол возле двери.

– Мазила! – проворчал Чик.

Он подошел к камере, склонился и поднял зажигалку, но в этот момент рука Дэйтлона, проскользнув сквозь решетку, обняла Чика за шею и прижала к железным прутьям. Ко лбу был приставлен пистолет.

– Тихо, Чик. Ты будешь жить, но не трепыхайся.

Прижатый к решетке сильной рукой, он ничего сделать не мог. К тому же он знал, как умеет стрелять Дэйтлон. Газеты сделали ему хорошую рекламу.

– Открывай дверь! Живо!

Надзиратель отцепил ключи от пояса и открыл дверь камеры. Дэйтлон втащил его внутрь и снял с его шеи автомат. Чик не успел и глазом моргнуть, как получил удар прикладом по загривку. Дэйтлон поднял с пола ключи, открыл замок на цепи, прикованной к его ноге, и перебросил ключи соседу. Тот уже не притворялся, что спит, он с азартом наблюдал за развитием событий и отсчитывал вслух время.

Дэйтлон вышел из камеры и прикрыл дверь. Он перевесил автомат через шею и встал к двери в ту секунду, когда загудел зуммер. Стальная дверь открылась, и вошел второй надзиратель.

Он сделал два шага вперед и оказался в тисках. Одна рука заткнула ему рот, вторая отвела его правую руку от оружия и завела за спину.

В таком положении он находился в течение тридцати секунд, пока не сработал замок, закрывший двери караульного помещения.

Крис резко развернул охранника к себе лицом и нанес ему сокрушительный удар в челюсть. Тот отлетел назад, ударился о решетки и сполз вниз. Дэйтлон снял с него автомат и бросил его соседу по камере, который уж успел покинуть ее.

Они втащили надзирателя на освободившийся топчан и уложили его.

– Ну вот и прекрасно. Как было здесь два узника, так и осталось, – воскликнул Рэймонд Кафри. – Но что дальше? Ты думаешь, что мы возьмем тюрьму штурмом?

– Не торопи события, Рэй. Я не могу доверять никому, даже смертнику. Обо всем будешь узнавать по ходу событий.

Дэйтлон взглянул на часы.

– Шесть минут десятого. У нас уйма времени! Идем!

Дэйтлон подошел к ярко-красной двери и толкнул ее. Створки распахнулись.

– Черт! Но это же коридор в башню смерти!

– Да. Мы с тобой проведем экскурсию по достопримечательностям этого замечательного здания.

Коридор был пуст, но слева, в углу стояла наплечная кожаная сумка. Крис поднял ее, повесил на плечо и пошел по коридору. Кафри, взмокший от напряжения, следовал за ним. Дэйтлон шел смело и уверенно. В конце коридора двери были открыты. Они вышли в центр знаменитой башни.

Крис остановился у электрического стула и похлопал ладонью по спинке.

– Вот сюда, Рей, они хотели тебя посадить и поджарить. Но мы им не дадим этого сделать.

Дэйтлон расстегнул сумку и вынул из нее фотоаппарат. Скинув чехол, он подал камеру Кафри.

– Отойди на пять шагов и посмотри в этот глазок. Как увидишь меня, так нажми на этот рычаг. Понял?

– Понял! Зачем это?

– Хочу сделать подарок одному парню.

Дэйтлон достал из сумки сигарету, закурил и уселся в кресло возмездия. Положил ногу на ногу, он развалился в кресле и крикнул:

– Снимай!

Кафри выполнил инструкции.

– Продолжим экскурсию, дорогой коллега! Но, вижу, ты не очень уютно себя чувствуешь здесь. Идем-ка, пройдемся, подышим воздухом, только автомат придется прикрыть пиджачком.

Они сели в лифт, спустились вниз и подошли к входной двери.

– Неделю назад я проводил в этом фойе пресс-конференцию. Надеюсь, ребята еще не забыли моих обещаний. Профессия вождя или главаря, или мифа, как угодно, включает в себя главный принцип – точное соотношение слов и дела. Ни один пустозвон никогда не стал бы лидером.

Дэйтлон распахнул дверь и они вышли на залитую солнцем улицу.

– Я не верю этому! Это сон! – прохрипел Кафри.

– Не стоит дожидаться здесь директора тюрьмы.

Они перешли через дорогу и сели в машину. В отделении для перчаток лежали ключи от замка зажигания. Через несколько секунд машина ехала вдоль стен тюрьмы.

– Смотри, Рэй. Экскурсия продолжается. Вот как нас с тобой берегут. Видишь баррикады?

Они объехали тюремный комплекс и подъехали к центральным воротам. Здесь стояли три полицейские машины, уткнувшись носом в мешки с песком. Полицейских было немного, но Крис заметил среди них женщину с бронзовой звездой на груди.

– Очень рад, что она здесь, – сказал Крис. – Инструктирует свою бригаду, а не понимает, что если из ворот выскочила машина с Дэйтлоном, то она ее не догонит. Бабьи куриные мозги не могут управлять департаментом полиции. Каждой из этих машин придется затратить уйму времени на разворот.

– Поехали отсюда, Крис. Зря ты травишь этих псов.

– Нет, старина, мы еще вернемся сюда. Теперь ты будешь выполнять мои приказы. Езжай по этой улице, она ведет в центр.

Через десять минут Дэйтлон приказал Кафри свернуть в подворотню напротив банка. Во дворе Крис вышел из машины.

– Развернись. Мотор не выключай. Я буду здесь через пять минут.

Испуганный в начале побега Кафри, становился уверенней с каждой минутой. В его глазах появился блеск. Дэйтлон подмигнул ему и направился к дверям банка. Дэйтлон был уверен, что дерзость и смелость заразительны и, глядя на сокамерника убеждался, в своей правоте.

Ровно в девять тридцать клерк банка перевернул на двери табличку с «закрыто» на «открыто». В эту секунду к дверям подошел молодой человек и дернул за ручку.

Когда он вошел в скромный операционный зал, кассир уже принес из подвала три кожаных сумки с деньгами для того, чтобы распечатать их и разложить в сейфе.

Молодой человек, вошедший в банк с его открытием, откинул полу пиджака и выхватил автомат.

– Всем не двигаться! Я – Дэйтлон-банкир! Мой портрет висит у каждого стола. Деньги на стойку!

Кассиру было все равно, кто перед ним. Он видел автомат и знал, что это такое. Свалив мешки на стойку, он поднял руки вверх. Еще двое клерков сделали то же самое.

– К стене!

Послушные, как овечки, они подчинились.

Дэйтлон взял сумки, скрепил их веревкой и, перекинув через плечо, направился к выходу. У двери он остановился и дал длинную очередь по стене, в пяти дюймах над головами служащих.

Убрав автомат под пиджак, он вышел на улицу и, перебегая дорогу, едва не угодил под машину.

Водитель успел затормозить, он не очень торопился и ехал на средней скорости. Это спасло Дэйтлона от гибели, а водителя от тюрьмы. Было бы глупо, если бы директор тюрьмы сел за решетку в собственном учреждении. Пэт Люмет высунулся в окно и крикнул вслед убегающему нарушителю пару нецензурных выражений.