— Да, кое-что я уже видел, но хочется знать точнее.
— В Демидовске производят практически все основные автоматные и пулемётные калибры – 5,56 "ремингтон", русский 5,45 и 7,62 как русские, так и НАТО. Пистолетные патроны выпускают, но ассортимент мал, только самые ходовые 9x19 и ещё сорок пятый калибр. Это из того, что я знаю, сюда их никто не везёт, а то бы я сам брал на реализацию. Цены на всё в три-четыре раза ниже, чем здесь. Качество вполне нормальное, правда используемые пороха не очень годятся для распространённых американцев, нагара больше чем у тех, что идут "из-за ленточки". Впрочем, для тех, кому не лень лишний раз почистить оружие, это не проблема при такой разнице в цене. Однако в Демидовске не выпускают снайперских и специальных пистолетных патронов, так что бери у меня, дам скидку, если очень нужно, там гарантированно дороже будет.
Я немного задумался над его словами. Вроде бы всё очевидно, я бы на месте здешних промышленников-оружейников именно так бы и делал, то есть выпускал самое распространённое в расчёте на количество, давил бы ценой при вполне умеренном качестве. А выпускать всякую редкую экзотику просто нерентабельно при наличии поставок "из-за ленточки", несмотря на все торговые накрутки многочисленных посредников.
— Мне могут пригодиться разве что снайперские 7,62x51, пару сотен в запас возьму, остальное у меня есть. Ещё могу сменять тысячу 5,56 на русские 7,62, – ответил я, подсчитывая в уме расход патронов на тренировки и возможность замены снайперских патронов имеющимися у меня в большом количестве пулемётными. — Нет, давай не две сотни снайперских, а четыре, пусть будут, — решил я, даже не советуясь со своей жабой, ибо денег теперь у меня более чем достаточно, а освоить снайперку надо бы и получше, особенно на дальних дистанциях.
— Бери тогда сразу пять сотен, с дополнительной скидкой чуть дороже четырёх будет, — продавец был в своём привычном амплуа.
— Хорошо, давай, умеешь ты убалтывать.
— Может ещё что нужно? Скидка на всё двадцать процентов, — широко улыбнулся продавец.
— Пожалуй что нет, разве что ещё один такой же шлем, как я брал раньше, мой немного пострадал.
Хотя у меня и был хороший новый шлем в трофеях, я решил иметь ещё один на всякий случай. В крайнем случае Лизу тоже надо будет полностью экипировать как бойца, а значит относительно лёгкий и надёжный шлем будет очень кстати.
— Если хочешь, всего за пару сотен, я его тебе на новый поменяю, — озадачил меня хозяин магазина, когда мы выбрались из склада в торговый зал с оружейным ящиком в руках.
— Годится, — согласился с этим предложением я.
Я оттащил ящик с оружием в грузовик и принёс в две ходки то, что пошло на обмен. Пару М16А3 я оставил себе на всякий случай, в другом месте продам, ещё один пошел в обмен на патроны, шлем и кое-что по мелочи типа оружейной смазки и наборов инструментов для ремонта и обслуживания оружия. Также на витрине я обнаружил отдельно продающийся кронштейн с ремнями для крепления ноктовизора на шлем, которого мне так сильно не хватало. Едва я закончил грузиться, зазвонил мой сотовый телефон.
— Слушаю, — сказал я в трубку.
— Это Джек, — ответила мне она, — подъезжай сейчас к банку, уладим все необходимые формальности, если ты ещё не забыл про это.
— Не забыл, буду минут через пятнадцать, я здесь рядом, в оружейном магазине.
— Где ж тебя ещё было искать, раз дома нет – значит в оружейном засел, — рассмеялся Джек и прервал связь.
В этот раз формальности заняли неожиданно много времени. Если с премией за убитых бандитов разобрались всего за полчаса, то оформление опекунства над Элизабет отняло у меня почти два часа. Хорошо хоть ехать за ней для подтверждения её личного согласия не потребовалось, хватило моего слова и подтверждения Джека, как представителя Патруля. Я подписал кучу разных бумаг, и ответил на множество вопросов, возникших у служащего Ордена, занимавшегося моим делом. В результате выяснилось, что у погибших родителей девочки был дом, купленный в кредит, и часть кредита была ими уже выплачена. Я не собирался записывать этот дом на себя и продолжать выплаты, впрочем, оставшаяся сумма была относительно небольшой, всего двенадцать тысяч экю, и я мог сразу погасить его, что мне и посоветовал сделать Джек. Ибо этот дом, свободный от закладной орденского банка, можно быстро продать в течение одного дня, если не стараться получить его полную цену, а не ждать, пока банк самостоятельно реализует его на ежемесячном аукционе, положив полученные деньги за вычетом остатка кредита на Лизин счёт. Этим счётом, я как её опекун, практически не смогу пользоваться, разве что потратить деньги на покупку нашего совместного дома где-нибудь в другом месте, опять же через орденский банк. Мой вариант решения вопроса был не очень корректным, однако вполне законным из-за особенностей местного законодательства, позволяющего опекуну полностью распоряжаться имуществом опекаемого, в отличие от денег. На счёт девочки перешли деньги со счетов её родителей, так что к своему совершеннолетию у неё будет некоторая заметная сумма, которой она сможет распорядиться по своему усмотрению.
— Что будешь делать дальше? — спросил меня Джек, когда закончив возится с бумагами и формальностями, мы вышли к машинам.
— Завтра вечером отплываю, уже обо всём договорился.
— Значит не хочешь оставаться, так? — переспросил он меня.
— Нет, чувствую, что если останусь, то обязательно случится какая-то беда, такое со мной уже бывало. Так что даже не уговаривай, ни на какие золотые горы я больше не соглашусь.
— Возможно ты правильно делаешь, тут к тебе слишком много лишнего внимания кое-кто проявлять стал, это не очень хорошо, хотя уехать – это и не самый лучший выход для тебя…
— Вы что, так и не решили все свои проблемы, Джек? — немного удивился я некоторым реальным подтверждениям своего плохого предчувствия.
— Все нет, многие – да, — Джек посмотрел мне в глаза и вздохнул. — Тут теперь многое изменится, станет спокойнее, но не всем это пришлось по нраву. Многие потеряли слишком много денег и не только денег, такое не любят прощать. Нам они вряд ли что сделать смогут, руки коротки, а вот тебе попортить жизнь могут и попытаться. Выход для тебя идти на работу в Патруль в мой отдел, иначе рано или поздно достанут, даже если уедешь.
— В русских землях не достанут, — уверенно сказал я.
— Это смотря где, — задумчиво сказал Джек, — если в Протекторате Русской Армии, то не достанут, а вот насчёт Москвы и Одессы, я б не был так уверен. Не всё там чисто, короче. Москва так и вовсе тот ещё рассадник всякой швали, сидящей на шее Ордена, только это между нами, хорошо.
