Видать, подо мной, на склоне, тоже дырка где-то открылась, только мне нагибаться и заглядывать туда вовсе не хотелось. Но дырка с бельмом раскупорилась на все сто, потому что через ближний уже край ломанулась целая армада воздушных шаров...
Не хотел бы я такой шарик голой рукой поймать!..
Часы выкинул давно, так и не знаю, сколько времени там проторчал и как все закончилось. Заплющило |меня конкретно, колени не мог разогнуть, когда с сосны вниз спускался. Но решил, что все-таки валить надо, пока тишина. Может, срань эта на дне поспать улеглась, а потом как начнет по-новой лес хавать, и меня заодно засосет?!
Ну, кстати, так и вышло, она потом снова лес к себе потянула, только я уже далеко был, не зацепило.
Я потом понял, много позже. Оно жрет не только лес, оно жрало вообще все, что найдет, даже камни и металл. Но с камнями и металлом похуже, частенько выплевывало. А то, что хрени вонючей удавалось переварить, она высирала в виде шаров и серой такой реки, даже не одной, а двух рек. Они вытекали снизу ввepx из воронки и фигачили сквозь лес в поисках воды. Больше всего они любили воду, они ее сразу превращали в каменный такой лед, хрен разрубишь и хрен растопишь. А потом, превратив воду, серые реки вылезали наружу и превращались в такие гнусные грибы...
Ох, блин, ну и засада получилась!
Короче, я отступал, отползал по сосне жопой вперед, не в силах отвернуться. Мне казалось, что если я отвернусь, за мной из ямы выстрелит прозрачная сопля, закрутит в себя и подвесит, как муху в коконе. А когда стемнеет, хрень эта со дна выпустит мохнатые лапы и выжрет мне мозг. Я тогда не знал, что она расширяется и жрет по часам. Каждые два часа одиннадцать минут, как по расписанию, ну!
Так я полз, задом наперед, и глядел на кружащую надо мной снежинку. Она была огромная и очень красивая, она блестела, отражая звезды, переливалась и медленно поворачивалась, а снизу все взлетали и вплетались в сердцевину новые нити. Снежинка очень медленно кружилась, будто игрушка, подвешенная на новогодней елке, вокруг темнело, сиреневое солнце уползло куда-то. Красота, полный абзац...
Так я отползал, пока не сполз потихоньку в овражек. Этого овражка справа от дороги раньше не было; и вообще здесь бор раньше был, косогоры такие плавные, солнечные. Я сполз в овраг и понял, что лучше выбираться назад по дну. Здесь не росли колючие кусты.
И я пошел. Через какое-то время затылок напекло так, что пришлось снять футболку и намотать на голову. Вокруг потрескивало, как во время пожара, но на звуки мне стало наплевать. Я хотел только одного — добраться до воды. Овражек казался бесконечным, под ноги постоянно лезли кочки, становилось все темнее. В какой-то момент я очнулся, лежа носом в землю. Наверное, споткнулся, рюхнулся и даже не заметил. Чтобы встать на колени, понадобилась масса усилий, руки тряслись, а перед глазами все стало черного цвета.
Я понял, что футболка на голове не спасает. Жарило отовсюду, не только с неба.
Кажется, я вставал и падал несколько раз. Однажды лежал на спине и вдруг увидел странное, явный глюк. Надо мной, в темно-синем небе кружили веселые розовенькие шарики. Потом они пропали, и стало темно. Несколько раз становилось светло и темно, я пытался считать, но сбился. Я рассматривал ладони, они стали фиолетовыми. Когда я упал в очередной раз, всю рожу и рот залепило сухими колючками, ну, полный абзац, потому что не отплеваться. Я пополз ввepx по склону оврага и окончательно убедился, что земля пошла складками. Я хотел оторвать коры или веток от любого куста, от зеленого, красного или черного, уже наплевать.
Оторвать ветку и жевать, жевать, жевать, высасывать из нее сок.
Но оторвать не получилось, я только порезался о колючки. Чертов куст раскачивался при полном безветрии, он словно насмехался надо мной. Тогда я подполз ближе, подлез под куст и попытался грызть проволоку, не отрывая ее. Я поранил рот, но не добился ни грамма воды. Кажется, я звал маму, долго звал...
Потом стемнело, я снова скатился в овраг, перевернулся на спину и минут сорок, наверное, расстегивал ширинку. Я готов был выпить что угодно, но и теперь ничего не получилось. Из меня вылилось несколько граммов, и даже их я не смог донести до рта.
Потом я во что-то уткнулся лбом, очень больно, так, что искры сыпанули. Оказалось, я полз на коленях и уперся в каменный сарайчик. Я головой распахнул дверь.
Внутри, в темноте, я решил умереть.
24
ХУДОЖНИК, ЧТО РИСУЕТ ДОЖДЬ...
Оно пело, а мне хотелось завыть.
Зинка придумал название — Симулятор. Как в компьютерной игре. Симулятор плетет интригу сиреневого мира, Симулятор искрит триллионами сообщений радиообмена, от которых искрят волосы, Симулятор воздвиг снежные горы, подарил нам чудесный лес и замысловатых обитателей чудесного леса. Замысловатые обитатели уверенно освоили первую сотню гектаров и расширяют экспансию. Они убили все, что не успело убежать, и скоро доберутся до тех, кто неудачно спрятался. В целом, развитие стратегии идет по плану.
Ждем появления на сцене игроков...
Кое в чем мои рассуждения неверны. Симулятор ткет не среду обитания для межпланетных злодеев, он ткет иллюзию среды. Хищники, разорвавшие половину населения поселка, отнюдь не производят иллюзорного впечатления, однако...
Двух зеленых червей мы убили на окраине поселка. Можно сказать, что голыми руками, хотя как раз руками к ним никто не прикасался. Зиновий указал на нору возле забора, мы замерли и стали ждать, когда они вылезут. Я слышал страх Муслима, страх Зинки, а вот Эля практически не боялась. Она очень замкнулась последнее время, особенно после того, как сорвался наш план по всеобщему спасению. Девочка так надеялась уговорить всех «слышащих» покинуть подвал и присоединиться к нам...
Однако в результате нас только четверо. Антонина Ливен выразила сожаление, что не может пока уверенно ходить, иначе непременно составила бы нам компанию. Тем не менее, вальяжная дама выбралась из кресла и вышла на крыльцо, помахать нам платочком...
Итак, мы стерегли червей несколько минут, пока нам не надоело ждать. Зиновий пошуровал палкой, но первая колючая гадина выскочила у него за спиной, взорвав почву, как ракета подводного базирования.
Мы убили ее моментально, в полете. Мы даже не тренировались, мы просто сосредоточились. Затем точно так же убили вторую, даже не вызывая из-под земли. Муслим вызвался провести вскрытие. И хотя времени до темноты оставалось немного, я согласился. Как и следовало ожидать, вскрытие ничего не дало. Точно такая же, как внутри белых медведей, рыхлая, полужидкая структура, без запаха и без малейших признаков внутренних органов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
