Затворив за собой дверь, я, шагая сразу за собиравшим все стенки гномом, быстро миновал небольшую, обклеенную карминово-красными обоями прихожую и ступил в обширный зал. Здесь в очаровательной гармонии собрались большой кирпичный камин, ныне полыхавший, несколько высоких и укрытых пышными ажурными занавесями окон, объемная в коричнево-белую полоску тахта, напротив которой располагался небольшой круглый столик, белая медвежья шкура на полу, а также многообразные кресла, стулья, вазы, зеркала, горшки с цветами и кустами, тумбы, всевозможные шкафы и шкафчики. К самой стене была притороченная широкая разворотная лестница с изысканными резными перилами.
Сопровождавший меня гном остановился и, приложив ладони к уголкам губ, во весь голос закричал на второй этаж:
— Васа-а-ак!
В ответ, вскоре, донеслось лишь неразборчивое бурчание.
— Васа-ак, гремлин тебя раздери! Очнись, питок сенильный!
— Чего? — наконец, вяло отозвались сверху.
— К тебе пришли! Какой-то… — гном быстро смерил меня взглядом.
— Мое имя Феллайя.
— Какой-то Фел… — Икота не дала ему закончить мое имя. — Фел… — И снова. — Ой, пацан какой-то, короче. Ходи сюда уже, а то почем мы как бабки на базаре перекрикиваемся?!
— Дай мне минуту, — вздохнув, тихо и нехотя проговорил голос так, что эти слова еле коснулись моих ушей.
На втором этаже заслышалось смутное шебаршение, треск и малопонятная ругань. Под самой притолокой показалась чья-то неторопливо ступившая на верхнюю ступень оголенная волосатая нога. Однако уже вторым шагом стопа неловко повстречалась с самым краем лестничного выступа, соскользнула, и невысокая коренастая туша, сея вокруг брань и грохот, кубарем покатилась вниз. Лишь достигнув площадки и гулко влетев спиной в стену, гном остановил свой колесообразный спуск. Тряхнув седой бородой, тяжело привстал, попытавшись поставить-таки ступни на лестничную платформу, однако и здесь задурманенное тело дало о себе знать. Нога, споткнувшись, отправила только-только пришедшего в себя гнома в очередное, на этот раз менее долгосрочное путешествие вниз по ступеням. Но в итоге, гремя костями и досками, он все же оказался у цели.
— Ух! — только и смог мученически выдавить из себя седобородый, распластавшись на паркете.
Второй гном, подле меня наблюдавший за спуском своего сожителя, вразвалку подступил к лежачему, присел.
— Ничего себе не сломал, фетюк?
— Вроде, нет, — чуть помедлив, буркнул Васак, едва разомкнув губы.
Буробородый гном поднялся, спорой и кривой походкой двинувшись в сторону небольшой, державшей на себе куст сирени тумбы. Его же товарищ, перевалившись набок, устало повернул голову в мою сторону.
— Мое почтение, — произнес он, привставая на локте.
Решив не оставлять своего товарища слишком надолго, молодой гном вскоре воротился, сжимая в руке фигурный бутыль темно-зеленого стекла. Откупорил, пригнулся, дав сидевшему в чудной позе седобородому вкусить содержимого. Сделав несколько глотков, Васак скорчил мину, что-то буркнул и, спустя несколько мгновений, без памяти рухнул навзничь, закатив глаза.
Его сожитель как ни в чем не бывало выпрямился, стал отступать назад, походя запрокинув бутыль в глотку. Только оторвав зеленое горлышко от губ, протяжно икнул, захлопнул веки и, точно подрубленное под самый корень дерево, завалился спиной на маленький чайный столик, с треском развалив искусную мебель на две половинки.
Я же, разинув рот от недоумения, стоял посреди огромной залы в компании двух резко впавших в казавшуюся беспробудной спячку гномов. Выждав какое-то время, начал ходить взад-вперед, не понимая, что нужно предпринимать в такой ситуации. И что вообще, бесы, только что произошло?! Подошел, поднял лежавший в расхлопнутой гномьей ладони зеленый флакон, поднес к носу, резко отдернулся, почуяв выходившую из горлышка резкую тошнотворную вонь. Поставил бутылочку на пол, и решил носком сапога проверить, не отошел ли Васак вообще в мир иной. Как вдруг седой гном решительно подорвался, что я от неожиданности даже взвизгнул. Он осел на полу, посмотрел на меня вмиг прояснившимся взор, тягуче встал, отряхнулся.
— Пожалуйста, присаживайся, — указав ладонью на стоявшее подле тахты бержер, вежливо сказал алхимик, и стал мерно отступать в сторону камина.
Я, от смятения так и не сумев развязать язык, внял просьбе гнома. Оглянулся, приметил маленькое бархатное с золотой тесьмой кресло, сел, перекинув из-за спины котомку и опустив ее на пол. Васак в свою очередь, распахнув стеклянные дверцы примостившегося подле пылающего очага буфета, взял с одной из полок небольшой лазурный пузырек.
— Прошу меня простить за подобный прием, — отходя к все так же бессознательно лежавшему на груде разломанных досок товарищу, говорил Васак. — У нас с братом была веселая ночка, и мы лишь недавно решили отойти ко сну. Да и посещений сегодня совсем не ждали…
Вдруг лежавший неподвижно гном, разинув рот в тяжелых вздохах, очнулся, и Васак, точно пустышку расхныкавшемуся младенцу, молниеносным отточенным движением вдел откупоренный пузырек в губы товарищу. Тяжело сглотнув, буробородый отстранился от питья.
— Мерз… ость… — закашлялся он.
— Знаю. Но я не виноват, что ты не умеешь пить.
— Это кто еще тут не умеет?!
— Уймись, Курло, — грозно взглянув на брата, сказал Васак. — У нас все же гость.
Буробородый, завидев меня словно в первый раз, как ошпаренный вскочил на ноги, обтер ладони о штаны.
— Курло Бломскогг.
— Феллайя. — Пожал я протянутую десницу.
— Рад знакомству. А это мой брат, Васак, — указывая большим пальцем на вставшего рядом седого гнома, быстро проговорил бурый. — Из того же рода.
Мы обменялись короткими приветственными кивками.
— Дальнейшую беседу позволь вести мне, Курло. Как-никак Феллайя пожаловал к моему имени.
— Безусловно, брат, — чрезмерно учтиво согласился Курло. — Оставлю вас наедине.
И, быстро развернувшись, засеменил в один из отходивших от залы проемов.
Васак же только хотел что-то сказать, как вдруг осекся и поджал губы, принимаясь пристально разглядывать мою физиономию.
— У-у, — затянул он, — как посмотрю, ты минувший вечер тоже не за книгами провел? Не удивляйся, мне, как знатному любителю хмельного, хватит одного взгляда, чтобы понять, что именно человек пил и какие в итоге возымел побочные эффекты. Я вижу нечто крепкое, но не слишком, быть может, наливка какая или темный эль. Хм… У меня есть для тебя кое-что.
Васак быстрым шагом подступил к все тому же незакрытому буфету, вытянул из его недр новую микстуру, на этот раз ядовито-желтую.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
