химикатов. От коктейля подходила разве что сама бутылка и ткань. Остальное было изменено. И то, ткань почему-то стала носками.
Ножи превратились в набор из магазина по типу «всё по десять рублей». Максимально дешёвые, с пластиковой ручкой, но главное достаточно острые.
Сходил в школу, но не получил обычного удовольствия от созерцания архитектуры и общения с одноклассниками. Сбегать ночью из дома и ехать два часа туда и два обратно — ужасный план. Надолго ли меня хватит спать по три-четыре часа в сутки? Да и приключения с Цапом и Бараном могут потребовать куда больше времени.
Так и не найдя решения этого вопроса я вернулся домой, и схода получил новый повод крепко задуматься.
— Как дела в школе? — спросила бабушка.
— Да как обычно, — улыбнулся я, с теплом глядя в её мудрые глаза. Это ведь именно её глаза, я же помню! Я не могу её с перепутать с подменой… или могу?
— Раздевайся. Картошку будешь? Салатик с капусточкой?
— Конечно, — кивнул я, снимая рюкзак.
— Тебе, кстати, письмо пришло.
— Письмо? — я не сразу понял о чём идёт речь. Мобильных телефонов у меня в две тысячи первом не было, но и с обычными письмами по почте сильно много не сталкивался.
— Да, сейчас принесу.
— От кого?
— От Анны. Подруга твоя, да?
Какая ещё нахрен Анна?
Я сжал зубы и ничего хорошего уже не ждал.
Будь мне сейчас реально шестнадцать, я бы даже вкуса еды не почувствовал. Но я нынешний заставил себя успокоиться и небрежным жестом вскрыть конверт.
Линии не исчезнут. Они ждут.
Мы можем поговорить, когда ты будешь готов.
Жду в кафе «Шаман»
Анна Луричева.
Жареную картошку нужно уметь правильно жарить. Лучше всего — в сливочном масле. И пофиг, что потом придётся дольше мыть сковородку — вкусно же. И соль лучше кидать не сразу. Сперва картошке нужно подрумянить, и солить потом. Тогда же и приправы.
Свежая капуста очень хороша с нерафинированным растительным маслом и каплей обычного столового уксуса. Мелко порезать, помять — и получаем деликатес с лёгкой приятной кислинкой. Главное, не переборщить ни с чем.
Я насладился пищей и лишь потом дал себе волю. Наедине с собой в комнате. И не бессмысленной злостью, а размышлениями на тему, что мне с этим делать.
Что у меня в глазах мне не так уж и важно. А «линии ждут» — вообще абстрактная чушь. Я так тоже умею.
План начал вырисовываться. Встреча с Михаилом. Встреча с Цапом и его огненной тварью. И всё это после ещё одного события, которое грядёт уже совсем скоро. Если, конечно, оно не окажется подставой.
Но ради разнообразия — должно же хоть что-то идти правильно?
В субботу пятнадцатого сентября две тысячи первого года я остановил свой велосипед перед лавкой «Нагваль», постучался в дверь и вошёл, не дожидаясь ответа.
Над головой зазвенели колокольчики. В помещении впервые на моей памяти был посетитель. На меня посмотрели серые глаза девочки с распущенными прямыми каштановыми волосами.
При виде меня она напряглась. Плохой знак. Нет, глаза я спрятал за солнцезащитными очками, но что делать ребёнку в эзотерической лавке?
Какова вероятность, что это мой коллега? Я бы дал девять из десяти.
Знал бы, что тут кто-то есть — подождал бы, пока она уйдёт.
— Вот Маша, ваш заказ, — подлил масла в огонь Леший, протянув ей какой-то свёрток.
Получив его, девчонка коротко кивнула, пробурчала поспешное «спасибо» и быстрым шагом вышла, низко опустив голову.
— Доброго дня, Леший, — поздоровался я, дождавшись когда дверь за ней закроется.
— Заходи, твоё тоже готово.
— Получилось?
— Ещё как, — глаза его заблестели. — Проходи, сейчас вынесу.
— А это кто был? — спросил я у него невзначай. — Вечная?
— Что? А, нет, просто клиент. Не забивай себе голову. Двери закрой хорошо и задёрни окна.
Он скрылся в подсобке, а я принялся выполнять его просьбу. Затем начал рассматривать выставленные экспонаты. Большая часть — просто обычная эзотерическая лабуда. Ароматические палочки, эфирные масла на все случаи жизни, массажные, статуэтки из оникса, каменные яйца, вытянутые керамические кошки в стиле Египта, набор ловцов снов…
— Закрыл? — вывел он меня из задумчивости.
В руках у него тоже был ящик. Только посовременней. Леший его вскрыл и вытащил из неё массивный плащ. Но обработка была не такой, как у стирателей. Серебристая оборка, внизу серая лента со сложным узором из серебряных чешуек. Присмотревшись я увидел ритуалистическую вязь символов.
— Выглядит круто. Он вроде потемнел, — заметил я. — тогда был ярко красный, а теперь бордовый почти. И почему шипы на спине стали белыми?
— Думаешь я твой плащ умыкнул? Спасибо бы сказал лучше…
— Спасибо. Просто я впервые сталкиваюсь с артефакторикой и хочу понимать, почему так. Без негатива.
— Без негатива, говоришь? Ну-ну? — прищурившись, передразнил старик, но ответил. — Цвет изменится под твою ману, так что скоро будет сиреневый, как твои глаза. А шипы — это концентраторы. Фактически, это внешний магический источник бестии. Их плащи — это часть их тела.
— А белые почему?
— Да отцепись ты со своим цветом… не знаю я. Это магический материал, я впервые работал с таким!
— Хорошо, а что он может?
— Могущество и способности как колдуна точно поднимет. Но то на других планах. А в реальности на низком эхо должен давать физическую силу. Помни только, что такую одёжку узнает любой, кто тебя встретит. Не говори потом, что я не предупреждал.
— Спасибо, это шикарный артефакт! — с запозданием, но я всё же изобразил радость. Тем более, что я и вправду был очень рад получить этот предмет.
Чего могут артефакты, я уже понял по тому, сколько раз меня выручал Гераний.
Хотел было сразу на месте примерить, но сразу же нарвался на гнев Лешего.
— Э, ты чего удумал? — остановил он меня.
— Так примерка же.
— Какая тебе нахрен примерка? Прячь в ящик и уноси, пока никто этого не увидел. Считай, что это большая вывеска «убей меня» для всех, кроме разве что неписей.
— Понял, — я с сожалением положил плащ себе в сумку.
— Вот, побрякушки ещё, — всё ещё недовольно протянул мне торговец. — Здесь попроще, но это всё равно вещи экстра класса. Амулет с клыком бестии это, считай, бонус к могуществу…
